Зримая суша

«Разум есть стыд, стыд есть разум», – говорили еврейские мудрецы. С их мнением был полностью согласен «отец» психоанализа Зигмунд Фрейд. Ему приписывают утверждение: «Первым признаком глупости является полное отсутствие стыда». Полагаю, верность этого подтверждается следующим.

Что определяет облик, моральное состояние и человека, и человеческого общества? На мой взгляд, Тора с первых же строк объясняет, что это принятые параметры стыда, и показывает их необходимость и значимость. То, что считается постыдным, и то, чего стыдятся в первую очередь, определяет моральное состояние людей и, соответственно, облик человеческого общества.

 

«И назвал Б-г сушу землей»

«И сказал Б-г: Да стекутся воды под небесами в одно место, и станет зримой суша! И назвал Б-г сушу землей, а стечение вод назвал Он морями. И видел Б-г, что хорошо» («Берешит», 1:9–10).

Почему Сам Творец назвал сушу землей? Полагаю потому, что целью творения был человек, а земля может подразумевать и человека, и человечество. Рамбам объяснял: «О многозначности слова Адам. Это имя первого человека, являющееся производным, согласно содержащемуся в Писании указанию на то, что оно образовано от „земля“. Иногда оно является видовым именем (первое слово – имя рода, к которому принадлежат эти виды, название его рода)».

«Адам в рассказе о грехопадении может обозначать человеческий род в целом», – комментируя «Путеводитель растерянных» Рамбама, пишет Михаил Шнейдер.

«...человек был назван Адам, т. к. был создан из земли… О связи между именем Адам и землей – „адама“ напрямую говорится в Мидраше... точное значение слова „адама“ – это „грунт“, „почва“ и т. п. ...Маараль из Праги добавляет, что имя Адам, производное от „адама“ – земля, намекает на возможность человека работать над собой. Это подобно свойству земли взращивать посеянные в ней семена», – рассказывает рав Натан Агрес, что непосредственно связано со с

ледующим. Разумеется, видов человеческой деятельности и соответствующих знаний огромное множество. Но какую работу над самим собой подразумевает Тора?

Итак, Сам Творец называет землю, которая может олицетворять человечество, сушей. Что еще может означать подразумевающая людей суша? Рассмотрим вроде бы столь разные по значению слова «суша» и «стыд».

«На иврите слово суша – от корня, созвучного с корнем глагола стыдиться, стыд. Появляется потенциал стыда. Почему стыда? Если нет общего знаменателя знаний, если они не сводятся к одному источнику, то нет общей правды, и каждый прав по-своему. Тогда нет проблемы стыда, нет общего эталона, нет общей шкалы. Это как в нашем обычном человеческом мире – когда нет закона, то нет и преступления... Благодаря тому, что знания нижнего мира сводятся к одному источнику, появляется возможность стыда», – объясняет рав Йорам Лемельман. Почему Тора объединяет такие понятия, как человек, человечество и стыд?

 

Стыд

Источники рассказывают: «Стыд – это система контроля, которая заставляет нас принимать установленный набор ценностей или моделей поведения, которые определяют, как мы себя ведем и как реагируем в определенной ситуации или окружении». Упоминает ли Тора о стыде?

Рав Йорам Лемельман рассказывает: «„Стекутся воды под небесами в единое место“ («Берешит», 1:9). Мы знаем, что вода – символ знания... куда-то эти знания должны устремиться, к какому-то единому месту. Имя и Место, это символы Творца. Все знания нижнего мира, воды, созданные во второй день после разделения, распавшиеся на какие-то речки, речушки, также и в духовном смысле на какие-то направления, все они теперь должны свестись к единому. Должен появиться общий знаменатель, общий сток для них. Это главный намек. Верхний мир остался со Вс-вышним, а нижний пребывает как бы отдельно, Всевышний в нем отчасти скрылся. И теперь в нижнем мире нужно восстановить образ этого единства, его отражение. Это уже не будет полное единство, но это будет отражение верхнего единства, если воды-знания стекутся к единой творящей Сущности. Благодаря тому, что знания нижнего мира сводятся к одному источнику, появляется возможность стыда». Стыд – одно из главный отличий человека от животного.

Почему суша, земля, среда обитания человека, питающая и поддерживающая его жизнь, столь основательно связана со стыдом? А может, именно стыд, называемый современными психологами «дискретной базовой эмоцией», поддерживает здоровую духовную жизнь человеческого общества?

«Сказано: сотворил Б-г, Судья, и не сказано: сотворил Г-сподь (Милосердный)» (Раши). Милосердным Всевышний будет назван во второй главе, когда «вдохнет» в человека живую душу. Почему стыд, суша, создан не Милосердным Б-г, а Б-гом Судьей? Может, стыд, – это один из главных внутренних судей человека? Всевышний дает человеку возможность становится первым судьей самого себя. Наверное, это крайне важно в плане понимания произошедшего и, соответственно, раскаяния.

«„И назвал Б-г сушу землей». В данном случае „земля“ как понятие означает ту часть мира, которая будет заселена людьми и станет ареной их деятельности» (Сончино). И обязательной составляющей «арены человеческой деятельности» должен стать стыд. Осознанность и анализ своего собственного пути, который подразумевает суша. Подобное может выглядеть обременяющим, связывающим по рукам и ногам явлением. Не потому ли многие современные психологи призывают искоренять стыд как ненужный отравляющий жизнь фактор по принципу «вздор, чего не знает Митрофанушка»? Но, может, человек зачастую сам не догадывается, насколько его жизнь, настоящая человеческая жизнь связана с этим понятием? Первое чувство, которое испытали прародители человечества, нарушив запрет Творца вкушать плоды с Древа познания добра и зла, был стыд. До этого они не подозревали о подобном чувстве, поскольку ходили голыми и не стыдились. А теперь, после искушения змея, обнажилась их порочность. Так может, стыд – это зачастую внутренний сигнал о том, что не то делаешь, не так живешь? Б-г дал человеку сигнал, который в нем и проявляется прежде множества других сигналов.

А что может закрывать олицетворяющую стыд сушу? Полагаю, граничащие с ней воды. Вода в еврейской традиции олицетворяет знание. Может ли человеческое знание закрывать, прятать от людей истинные параметры стыда, суши, по аналогии с потопами и наводнениями? Полагаю, запросто может. История человечества пресыщена примерами этого. Но разделение земных вод и суши, знания и стыда, произведено самим Творцом. И произведено в первую очередь основываясь на установленных Им моральных нормах человеческого бытия. Могут ли быть позитивными другие границы знания и стыда, фактически, другой стыд, неизбежно порождающие иную мораль, вопреки установленной Творцом? Полагаю, ни в коем случае. Но ложные границы между библейскими сушей и водой, увы, довольно распространенное в нашей жизни явление...

 

Нарушение границ

Итак, земные воды подразумевают человеческое знание. Но земных знаний у человечества огромное множество, как водных источников на земле. Притом очень разных: от океанов до маленьких ручейков и затягивающих в трясину болот.

Мораль и, соответственно, параметры стыда формулируются конкретным человеческим обществом, точнее, людьми, возглавляющими это общество. Нарушение установленных законов морали считается стыдным. Так возникают свои, изобретаемые людьми критерии стыда. Но обществ и общественных устройств много. Получается, законов морали и стыда также предостаточно. Так как же всё-таки находить столь необходимые человечеству подлинные мораль и стыд? Полагаю, Тора дает на это однозначный ответ в самом начале: «И сказал Б-г: Да стекутся воды под небесами в одно место, и станет зримой суша». Как уже было сказано, нижние воды подразумевает человеческое знание. Суша, олицетворяет и человека, и человечество, и стыд. Между водами и сушей – установленная Творцом, и потому единственно верная и обязательная граница. Любые границы, чтобы соблюдаться, в первую очередь должны быть четко различимыми, то есть видимыми. У них должны быть четкие места нахождения и присущие им признаки. Не это ли означают слова Творца: «станет зримой суша»? Что может означать «зримость» суши?

Что делает человека и человечество «зримыми», то есть имеющими четкие, конкретные черты и признаки, позволяющий утверждать: «Да, это человек. Да, это люди»? Степень прогресса, благосостояние, уровень образования, культуры и т. п.? Разумеется, всё это и важно, и нужно. Но, полагаю, Тора говорит, что одним из главных признаков человеческого общества являются принятые в обществе параметры стыда. Типично человеческой особенностью, доселе доподлинно не изученной, но в такой степени сильнодействующей и столь многое определяющей, что она видна и ощутима. Можно сказать «зрима». Кроме того, какими являются люди, определяется в первую очередь тем, чего они стыдятся.

Самое интересное, что стыд могут испытывать люди не только за свои поступки, но и за поступки других. Вот такое связывающее людей воедино проявление. Не об этом ли говорит библейское «единство» суши? Может, в этом еще одно из свидетельств того, что библейское значении слова «суша» объединяет и человека, и человечество, и стыд?

Итак, четкая, установленная Творцом граница между человеческим знанием и параметрами стыда, воды и суши. Так вправе ли человек менять ее? А что Сам Всевышний говорит человеку об этом? «Кто это омрачает мысль неразумными словами? Я буду спрашивать тебя, а ты поведай Мне: Где был ты, когда Я основал землю? скажи, если обладаешь разумом. Знаешь ли ты, кто положил ей меру? Во что погружены ее основания, или кто заложил краеугольный камень ее? Кто затворил вратами море, когда оно устремилось, как бы извергаясь из чрева. И утвердил ему Свой закон и поставил затвор и ворота, и сказал: „доселе дойдешь, а не далее; и здесь предел надменным волнам твоим“? А почему так? Дошел ли ты до морских глубин, и ходил ли ты по дну пучины?» (Книга Иова, 38:2–6;8; 10–11; 16).

Не должен человек по своему усмотрению менять границы библейских морей, то есть земных вод и суши. Да потому, что на «дне пучины», которой была земля до Б-жьих деяний по сотворению мира, очутиться может. Да и оказывается не единожды, когда пытается мораль и соответствующий ей стыд по своему усмотрению выстроить.

А почему воды, земные знания, должны составлять единое целое? Какое знание подразумевает Тора? Полагаю, в первую очередь человеческую мораль и соответствующие ей параметры стыда. Мораль исходит от Б-га. Нет и не может быть правильной морали, создаваемой людьми. Почему? Да потому, что мораль создается в угоду конкретным интересам конкретных людей.

Например, нечистый на руку был рядом с тем, что плохо лежало, и упустил возможность украсть это. Наверное, для человека, привыкшего прикарманивать то, что плохо лежит, – это постыдный, выставляющий его недотепой поступок. Или преданный делу Сталина сознательный «товарищ» не написал вовремя разоблачающее «врага народа» послание в соответствующий органы. Опять же стыд и позор. Таких ситуаций и примеров огромное множество, и они явно демонстрируют связь между порядками, моралью общества и параметрами стыда. Национализация и коллективизация. По сути, узаконенный и возведенный в ранг блага грабеж. Но это не стыдно, поскольку законно. Как говорил Михаил Жванецкий: «Что охраняешь, то имеешь. Ничего не охраняешь, ничего не имеешь. Недаром говорят: „Все на охрану всенародной собственности“». Поэтому не красть всенародную собственность глупо, а глупости, естественно, стыдишься. И все это достаточно явно и наглядно. В этом могут быть упоминаемые выше признаки «зримой суши».

Еще один смысл «зримой суши», полагаю в том, что свое видение, понимание и следование установленным для себя законам стыда невозможно постоянно скрывать. Стыд неизбежно воздействует на поведение, поступки людей, их мораль, образ жизни. Он обязательно раньше или позже проявится.

Полагаю, стыд может открывать человеку самого себя. Иногда внезапно возникшее и доподлинно непонятное чувство стыда открывает человеку в себе самом такое, о чём он даже не подозревал. И это доселе неведомое становится «зримым», то есть наглядным, неоспоримым, физически ощутимым и сильнодействующим, как то, что видишь собственными глазами. Полагаю то, чего стыдишься, наиболее верно характеризует человека.

 

Стыд перед Б-гом

«Б-г не требует от нас непогрешимости; Он хочет, чтобы мы стыдились своих ошибок, ибо без стыда и подлинного раскаяния невозможны прощение и исправление. Стыд напрямую связан с мудростью... А поскольку мудрость настолько важна, то стыд, ее сотоварищ, должен быть близок к ней по важности и достоинству. Орхот цадиким: „ты не видел стыдливого без разума и разумного без стыда...“ Мудрость в еврейском мировоззрении – это осознание своей задачи и цели, которой может достигнуть каждый человек» («Толдот Йешурун»). И это опять же непосредственно связано с чувством стыда, поскольку именно нарушения разного рода обязательств зачастую порождают в человеке чувство стыда. И тут возникает проблема. Свои обязательства, свои жизненные цели и принципы каждый видит по-своему. Это может быть ложное видение. Потому и связанное со стыдом также может быть ложным.

Стыд пробуждает в человеке раскаяние. Но если стыд и раскаяния оказались ложными? Как часто люди стыдятся не того, чего на самом деле следует стыдиться, и не тогда, когда следует? Что же делать? Полагаю, еврейская традиция предлагает крайне верную подсказку. Нужен стыд перед Б-гом. Именно этот стыд является наиболее верным стыдом, поскольку связан с нарушением исходящего от Б-га. И мудрейшие из наших предшественников утверждали это.

Например, царь Давид очень боялся быть пристыженным Всевышним: «Путь веры избрал я, законы Твои поставил (пред собой). Прильнул я к заповедям Твоим, Г-споди, – не пристыди меня! Отврати позор мой, которого страшусь я, ибо решения Твои благи». Он призывает людей к самой верной расстановке приоритетов: сначала стыдись Творца, а потом людей: «Не отнимай совсем от уст моих слова правды, ибо правосудия Твоего ожидаю я. И говорить буду по заповедям Твоим пред царями и не устыжусь. Злодеи осмеивали меня чрезвычайно – от Торы Твоей не уклонился я» (Теилим/Псалмы, 119:30–31;39;43;46;51).

Знаменитый мудрец Торы и законоучитель рабейну Йона писал: «Вот высшая степень стыда – из-за своих преступлений человек должен чувствовать себя опозоренным пред Всевышним».

Стыд перед Б-гом на первом плане. Это не означает, что наплевать на находящихся рядом. Б-жье Учение основано на отношении человека к человеку. Может, стыд перед Б-гом как нельзя надежнее охраняет человека от того, что в последствии и перед людьми станет позором?

Возникает вопрос: если царь Давид будет говорить и жить по заповедям Творца, то какой же стыд от этого? Полагаю, в этом один из вариантов, когда земные воды нарушают установленную Творцом границу между водами и сушей. Полагаю, это глубочайшая правда и пророчество об искажении подлинных законов бытия, то есть границ, предписанных Творцом, и установления разнообразными «царями», рвущихся к власти над душами, своих правил бытия, несогласие с которыми будет навязываться человеческому обществу как порочное и потому постыдное, достойное осуждения, что ведет к нарушению установленных Всевышним границ. И за это должно быть стыдно. Стыдно перед Б-гом. Такое глубоко внутренне чувство, как стыд перед Б-гом, говорит о том, что Б-г уже вошел в человека и готов вместе с ним совершать работу по изменению и справлению того, что стало причиной стыда. Стыда перед Б-гом.

А как понять, распознать в себе самом стыд перед Б-гом? Полагаю, одним из признаков этого становиться стыд, о котором неведомо людям. В их глазах человек выглядит порядочным и хорошим, но... До чего же стыдно и тяжко... А может, еще одним признаком становится скорее всего неожиданная, непонятная самому себе мольба к Творцу вразумить и помочь? И в жизни начинают происходить неожиданные перемены... Пример такого зачастую поворотного события в жизни человека показан в романе Льва Толстого «Воскресенье».

 

«Стыдно и гадко»

Несправедливый суд над пьянствующей с купцом и обвиненной в убийстве клиента проституткой, к падению которой всеми почитаемый князь-аристократ Дмитрий Нехлюдов имел самое непосредственное отношение. Это никому не известно, да и обществом, в котором он живет, такое практически не осуждается. Эка невидаль – попользовался молодой офицер горничной. Но вызывает в нём неустранимый тяжкий стыд и невыносимое внутреннее страдание: «Стыдно и гадко, гадко и стыдно, – думал Нехлюдов. – Всё гадко и стыдно... какая гадость! Только мерзавец, негодяй мог это сделать! И я, я тот негодяй и тот мерзавец... – Да неужели в самом деле, – он остановился на ходу, – неужели я в самом деле, неужели я точно негодяй? А то кто же? – ответил он себе... Ах, ах! какая гадость! – вслух проговорил он. – Только мерзавец, негодяй мог это сделать! И я, я тот негодяй и тот мерзавец! – вслух заговорил он» (вспоминая свой поступок с Катюшей. – Е. Д).

Но перед кем так мучительно стыдно имеющему жизненный опыт и здравомыслящему человеку? Про его поступок с Катюшей и то, что он сегодня принимал участие в суде над ней, никто не знает и знать не может. Он как был, так и остался «незапятнанным» в глазах людей. Так перед кем же так стыдно весьма положительному и благополучному князю? Полагаю, перед Б-гом. Хотя он вряд ли тогда осознавал это... Так может, десятилетиями молчавший в человеке Б-г неожиданно, необъяснимо приходит на помощь тогда, когда стыдно перед Ним? Стыдно за то, что пренебрегал Его законами бытия, Его заповедям. И получается, что человек, быть может, неосознанно уже ощутил Б-га в самом себе и стыд перед Ним стал первым шагом к Нему, Своему Б-гу, откликающемуся на то, что не может быть видно даже самым проницательным людям. Не в этом ли одна из причин того, что «Раскаяние приближает к Вс-вышнему даже людей, далеких от Него» (рав Элиягу Ки-Тов)? И он просит Б-га помочь ему. Так может, верный, не заглушенный, не искажаемый и не изгоняемый привычными доводами окружающего мира стыд и есть то ли начало пути к Б-гу, то ли пробуждение Б-га в человеке?

«Всевышний создал возможность обратного влияния, в результате которого наш мир может воздействовать на те, что выше него», – объясняет рав Захарья Матитьяу.

А может ли человеческий стыд проявляться в верхних мирах? Полагаю, если Творец ощутимо для человека реагирует на этот стыд, то получается, что может. Наверное, земной стыд показывает, в чём наиболее остро нуждается сейчас мающийся земной человек, и это зачастую отражает и то, в чем нуждается и само земное бытие. И это сближает человеческую жизнь и с высшими мирами и, соответственно, с Творцом. Раскаяние, порождаемое даже неосознаваемым стыдом перед Ним, и приближает к Нему, то есть Б-г становится ощутим и осознаваем человеком.

«– Г-споди, помоги мне, научи меня, прииди и вселися в меня и очисти меня от веяния скверны!

Он молился, просил бога помочь ему, вселиться в него и очистить его, а между тем то, о чём он просил, уже совершилось. Б-г, живший в нем, проснулся в его сознании». И Нехлюдов принимает неожиданное для себя и совершенно неприемлемое с позиций его общества решение в корне изменить свою жизнь и искупить свой грех перед Катюшей, женившись на ней и отправившись за ней на каторгу.

Так может, человек, сам не осознавая этого, совершая столь важное и очень непростое, нелегкое, порождаемое стыдом перед Всевышним раскаяние, приходит к Творцу за помощью и обязательно получает ее? Получается, стыд перед Б-гом – самая искренняя и подлинная просьбы о помощи. Помощи в том, в чем сам виноват и потому необходимость помощи и поддержки ощущается особенно остро. И Всевышний приходит на помощь. Что ощущает человек, получающий, находясь в такой тяжкой ситуации, самую подлинную и необходимую помощь? Полагаю, он испытывает неожиданное, неизмеримое благо, сменившее изводящее его отчаяние стыда: «„Как хорошо! Как хорошо, Б-же мой, как хорошо!“ – повторял он». Неужели в этом один из лучших моментов человеческой жизни: постигаемая и обретаемая «зримая суша»?

Раскаивающийся человек сам открывает Творцу свой стыд, ставший причиной раскаяния, то есть сам делает зримой перед Творцом свою душу, стыд. А что, если в этом самый главный смысл осознаваемой человеком библейской «зримой суши»?

 

Е. ДЕРЕВЯНЧЕНКО