«В роддоме побоялись оставить еврейского ребенка…»

Виктория Энгель

Виктория Энгель – исполнительный директор общественной организации «Лицом к лицу: содействие диалогу религий и культур». Она рассказала мне о том, как ее прабабушка, бабушка и мама чудом спаслись во время нацистской оккупации: «Мой прадед Хаим Гриншпун. Моя прабабушка Хана Гриншпун. Моя бабушка Рахель в девичестве Гриншпун, потом Бирман, далее Ваксман. Моя мама Надежда в девичестве Бирман, потом Тетельбина. Кстати, имя ей дали в надежде на скорую победу, иначе она была бы с каким-то еврейским именем, – начинает наш разговор Виктория. – Бабушкина семья проживала в Унгенах. До 1918 г. Унгены входили в состав Российской империи, в январе 1918-го Бессарабия была оккупирована Румынией. Но 28 июня 1940 г., за год до начала вой­ны, на территорию Бессарабии были введены войска Красной армии. После чего была образована Молдавская ССР, в состав которой вошли и Унгены».

Бабушка Виктории происходила из обеспеченной семьи, у них был свой магазин, а у родителей ее мужа имелся небольшой заводик. Конечно, в 1940 г. всё это было национализировано. Это оказалось большим ударом для всей семьи, но постепенно жизнь начала налаживаться. Так прошел год. И вот рано утром 22 июня 1941 г. в Унгенах прозвучали выстрелы. Но в то время жителей приграничного городка подобным было не удивить, так как в тех краях постоянно проводились военные учения. Однако в этот раз всё было по-другому, и утром семья, как и весь город, проснулась буквально на фронтовой территории. Дедушку Виктории, Иону Бирмана, сразу мобилизовали. Считается, что он пропал без вести. Виктория объясняет, что до сих пор ни в каких поисковых системах ее дедушка не числится: «Унгены стали частью СССР лишь в 1940-м. Думаю, дедушку, как и многих мобилизованных с „новых“ советских территорий, бросили в самое фронтовое пекло. А когда погибали воевавшие в 1941-м, их, вероятнее всего, некому было идентифицировать. Поэтому, думаю, никаких концов уже не найти».