Сталин и евреи: был ли он антисемитом?

К 70-летию со дня смерти советского диктатора

Отношение И. Сталина к евреям, его политика в «еврейском вопросе» до сих пор вызывает различные оценки. Существует мнение, будто Сталин не был антисемитом, а его антиеврейская политика была следствием прагматического расчета. Согласно другой, более распространенной точке зрения, Сталин был откровенным антисемитом, подобным Гитлеру, и готовил для евреев СССР «окончательное решение». Думается, обе точки зрения страдают крайностями. Более взвешенная оценка требует обратиться к отношению Сталина к евреям и к еврейском вопросу на протяжении всей его политической деятельности.

Родившийся в 1879 г. в бедной грузинской семье в г. Гори и получивший лишь религиозное образование в духовном училище и в духовной семинарии, Иосиф Джугашвили рано проникся бунтарским духом и вскоре примкнул к революционному крылу Российской социал-демократической рабочей партии – к большевикам, во главе которых изначально стоял В. И. Ульянов-Ленин. И сама партия, и вождь большевиков Ленин стояли на интернационалистских позициях и резко осуждали антисемитизм. Джугашвили же, как отмечается в некоторых биографических работах о нем, с первых лет своей политической деятельности не мог скрыть свою неприязнь к евреям – политическим противникам. Так, выступая в 1905 г. перед грузинскими рабочими Батуми, он будто бы шутливо сказал: «Ленин возмущен, что бог послал ему таких товарищей, как меньшевики. В самом деле, что за народ! Мартов, Дан, Аксельрод – жиды обрезанные...» А в 1907 г. Сталин в своей статье о Лондонском съезде РСДРП (1907 г.) приводил шутливое замечание одного из делегатов о том, что «меньшeвики – еврейская фракция, большевики – истинно русская», и, «стало быть, не мешало бы нам, большевикам, устроить в партии погром». Еврей по происхождению, большевик Я. М. Свердлов, который находился вместе со Сталиным в сибирской ссылке, однажды обвинил его в антисемитизме, за что суд чести ссыльных вынес будущему вождю СССР порицание.

После захвата власти большевиками в 1917 г. Сталин стал народным комиссаром по делам национальностей. В этой должности он поддержал ивритоязычный театр «Габима», которому грозилo закрытие.

Однако во время борьбы за лидерство в партии после смерти Ленина (1924 г.) Сталин не стал гнушаться и антиеврейской демагогией по отношению к оппозиционерам-евреям. В узком кругу своих сторонников он говорил, что во главе его противников стоят «три недовольных еврейских интеллигента», т. е. Л. Троцкий, Г. Зиновьев и Л. Каменeв. В 1927 г. Сталин выступил в печати с провокационным заявлением, в котором подчеркнул еврействo оппозиционеров: «...мы боремся против Троцкого, Зиновьева и Каменева не потому, что они евреи, а потому, что они оппозиционеры». Л. Троцкий впоследствии писал в своей книге «Сталин», что это заявление сознательно питало антисемитизм: «„Не забывайте, что вожди оппозиции – евреи“, таков был смысл этого заявления Сталина, размноженного всеми советскими газетами». И это заявление имело результат: когда оппозиционеры 7 ноября 1927 г. возглавили параллельную антисталинскую демонстрацию в Москве, ее сопровождали выкрики из толпы: «Бей жидов!», «Бей жидов-оппозиционеров!». За этой демонстраций последовало исключение лидеров оппозиции из руководящих партийных структур, в связи с чем Сталин в узком кругу своих приверженцев сказал: «Мы теперь всех жидов из Политбюро удалили».

К концу 1920-х гг. Сталин обрел неограниченнyю власть. Отныне все решения, в том числе и по «еврейскому вопросу», стали определяться только им. Вскоре под предлогом подъема антисемитизма в стране было прекращено обсуждение вопроса о создании еврейской автономии в Крыму. Вместо Крыма она была создана в малообжитом районе Дальнего Востока.

Однако для Запада, обеспокоенного ростом антисемитизма в СССР, Сталин в 1931 г. высказал следующее: «Антисемитизм, как крайняя форма расового шовинизма, является наиболее опасным пережитком каннибализма... Поэтому коммунисты как последовательные интернационалисты не могут не быть непримиримыми и заклятыми врагами антисемитизма. В СССР строжайше преследуется антисемитизм как явление, глубоко врaждебное советскому строю». Однако в стране в эти годы не было случаев уголовного осуждения за антисемитизм, а советские люди узнали об этом заявлении вождя лишь в 1936 г. из уст В. Молотова.

С 1933–1934 гг. в стране началось удаление евреев из партийно-государственного аппарата и замена их на «национально-русские» кадры. Одновременно по инициативе Сталина принцип «пролетарского интернационализма» начал вытесняться великорусским патриотизмом, что стало проявляться в трактовках истории России. Вслед за этим последовало сокращение идишских учебных и научных учреждений.

Дальнейшему распространению антисемитизма в СССР способствовали организованные по заданию Сталина громкие судебные процессы 1936–1938 гг. над виднейшими деятелями «ленинской гвардии» большевиков, когда на скамье подсудимых оказалось от половины до двух третей выходцев из еврейской среды. Это было замечено в нацистской Германии. В январе 1937 г. Й. Геббельс записал в дневнике: «В Москве опять показательный процесс. На сей раз почти исключительно против евреев... Возможно, Сталин все же желает избавиться от евреев». Последующая волна массовых репрессий вырвала из партийного, государственного, хозяйственного аппарата, из армии и карательных органов, из среды культуры многие тысячи евреев. Их заменяли послушные воле вождя «выдвиженцы», среди которых уже почти не было евреев.

С первых месяцев 1939 г. началось тайное сближение сталинскогo руководства с руководством гитлеровской Германии. А 3 мая 1939 г. в угоду Гитлеру был смещен нарком иностранных дел еврей М. Литвинов. Поставленный на его место послушный Сталину В. Молотов сказал, что намерен покончить в наркомате «с синагогой». Вслед за этим последовало значительное сокращение числа евреев в этом наркомате, в Наркомате внешней торговли и в заграничных представительствах СССР.

23 августа 1939 г. был подписан германско-советский пакт и секретный протокол о разделе Восточной Европы, означавший тесное сближение сталинского СССР и гитлеровской Германии. Принятый Сталиным в ночь подписания пакта министр иностранных дел Германии И. Риббентроп был приятно удивлен не только предложенным советским вождем тостом за здоровье Гитлера, но и прозвучавшим из его уст замечанием о том, что он «ждет лишь момента, когда в СССР будет достаточно своей интеллигенции, чтобы полностью покончить с засильем в руководстве евреев, которые пока ему нужны».

Сразу же после подписания пакта Молотова–Риббентропа в СССР была полностью прекращена антифашистская пропаганда и критика нацистского режима, в том числе расистско-антисемитской идеологии и политики гитлеризма. Были сняты с проката созданные ранее антифашистские фильмы по сценариям немецких еврейских писателей Л. Фейхтвангера и Ф. Вольфа «Семья Оппенгейм» и «Профессор Мамлок», в которых осуждался нацистский антисемитизм. Зато в Большом театре в Москве была поставлена опера любимого Гитлером композитора Р. Вагнера «Валькирия», которую посетил Сталин.

После германско-советского раздела Польши в сентябре 1939 г. на территорию СССР устремились многие тысячи польских евреев из областей, отошедших к Германии. Однако советское руководство, хорошо зная о том, что ждет этих людей под нацистской оккупацией, приказало выдворять их обратно. А когда в 1940 г. из Берлина в Москву поступило предложение принять в СССР евреев из Германии и других покоренных ею стран, что могло спасти жизни сотням тысяч или миллионам евреев, советская сторона ответила многозначительным молчанием.

Так сталинский тоталитарно-коммунистический режим, отбросив принципы интернационализма, пришел к союзу с родственным ему по механизму власти расистско-антисемитским гитлеровским режимом. Сам же Сталин всe более проявлял интерес к антиеврейским аргументам Гитлера. В переведенной на русский язык книге немецкого автора-антифашиста К.  Гейдена «История германского фашизма» советский вождь подчеркнул сказанные еще в 1922 г. слова Гитлера о том, что евреи «культивируют жажду денег, цинизм, жестокосердие, отвратительный снобизм».

После начала германско-советской вой­ны в июне 1941 г. Сталин проявил полное равнодушие к трагической судьбе евреев территорий, подвергшихся нацистской оккупации. Прекрасно осведомленный о расистcком антисемитизме нацизма, он лишь один раз за все время вой­ны публично осудил его, да и то своеобразно: выступая 6 ноября 1941 г. по случаю очередной годовщины установления большевистского господства, он сравнил гитлеровскую pасистскую политику тотального уничтожения еврейского народа с черносотенными погромами в царской России. В советских же газетах и по радио все годы вой­ны рассказывалось преимущественно о героизме русских и других славян, о героизме же евреев на фронте и в тылу сообщалось очень скудно. А в беседе с польским генералом В. Андерсом в декабре 1941 г. Сталин дважды повторил фразу «евреи – плохие солдаты». Замалчивая трагическую участь евреев на оккупированной Германией территории СССР, советская пропаганда почти никогда не выделяла их из числа «мирных советских граждан». Даже об освобождении Освенцима Красной армией 27 января 1945 г. было сообщено лишь 7 мая, и в этом сообщении не было ни слова об уничтоженных там евреях.

В кадровой же политике в годы вой­ны возобновилось вытеснение евреев из партийно-государственного аппарата, политуправлений армии, из дипломатического корпуса, учреждений культуры и т. п. Евреев оставляли в их должностях лишь там, где им не было замены. Антиеврейская политика «верхов» начинала соединяться с возраставшим антисемитизмом «низов».

Вместе с тем уже в начале вой­ны власть решила использовать «еврейский вопрос» вo внешнеполитических целях, для просоветской пропаганды и сбора средств в пользу СССР. Эту роль выполнял Еврейский антифашистский комитет (ЕАК). А когда среди руководителей комитета в 1944 г. возникла идея создать в Крыму еврейскую автономию, Сталин отнесся к ней сугубо отрицательно и спустя несколько лет использовал «Крымское дело» для жестокой расправы над активом комитета. Об антисемитизме Сталина в годы вой­ны писал югославский политик-коммунист М. Джилас в своей книге «Разговоры со Сталиным».

Возросшая враждебность Сталина к евреям проявлялась и в его семейном кругу. Он сослал еврейскую жену старшего сына Якова, погибшего в немецком плену, приказал арестовать и сослать известного кинодраматурга А. Каплера, в которого влюбилась его дочь Светлана, затем добился развода Светланы с еврейским мужем Г. Морозовым.

После окончания вой­ны Сталин, давший новый импульс возраставшему великорусскому национализму своей речью в конце мая 1945 г. о «руководящей силе» русского народа среди народов СССР, еще более усилил нараставший в стране антисемитизм. Евреев он все больше подозревал в симпатиях к Западу, особенно к США, в которых видел главного внешнеполитического врага. Начались нападки на ЕАК за то, что он установил в годы вой­ны хорошие отношения с еврейскими организациями США, а после вой­ны якобы превратился в «комиссариат по еврейским делам», способствующий распространению в стране «еврейского национализма». По той же причине был запрещен выпуск уже готовой к печати «Черной книги» о страданиях евреев под нацистской оккупацией.

Но параллельно с этим в 1947–1948 гг. Сталин начал разыгрывать «ближневосточную карту» – поддерживать создание еврейского государства из стремления ослабить позиции Англии на Ближнем Востоке, а также в надежде обрести союзника в лице сионистско-социалистического Израиля.

Это, однако, не помешало главе госбезопасности В. Абакумову, хорошо знавшему о растущем антисемитизме Сталина, сфабриковать сценарий американо-сионистского заговора в ближнем окружении вождя с целью добывания сведений о его жизни и жизни его семьи. В центре этого заговора якобы стоял С. Михоэлс, убийство которого в январе 1948 г. Сталин спланировал лично.

14 мая 1948 г. было провозглашено создание Государства Израиль, встречeнное евреями СССР с огромным энтузиазмом. Большой подъем среди них вызвало и прибытие в Москву первого дипломатического представителя Израиля в СССР Голды Меерсон (Меир) и посещение ею Московской хоральной синагоги. Из всего этого Сталин сделал вывод о нелояльности евреев советскому государству. А крушение надежд на превращение Израиля в сателлита СССР убеждало советского вождя, у которого растущий антисемитизм соединялся с усугублявшимся психическим расстройством, в том, что почти все евреи СССР являются сионистской агентурой. Убеждая дочь Светлану расстаться с мужем-евреем Г. Морозовым, он доказывал ей: «Сионизмом заражено все старшее поколение (евреев), а они и молодежь учат... сионисты подбросили тебе твоего муженька». Добившись развода дочери, Сталин потребовал избавления от евреев в семьях своих соратников Г. Маленкова, В. Молотовa, А. Андреева и др.

В ноябре 1948 г. был ликвидирован ЕАК, его члены и сотрудники арестованы и подвергнуты жестоким допросам. 8 февраля 1949 г. Сталин подписал постановление Политбюро ЦК ВКП(б) о роспуске объединений еврейских писателей в стране, о закрытии альманахов на идише. Вскоре были арестованы многие еврейские писатели и журналисты, некоторые из них расстреляны. Затем последовало закрытие еврейских театров, в том числе и всемирно известного ГОСЕТа. Почти одновременно была проведена «чистка» среди руководителей Еврейской автономной области, некоторые из них были приговорены к длительным тюремным срокам.

1949 г. был отмечен широкой кампанией борьбы против «безродных космополитов», носившей откровенно антисемитский характер. В «преклонении перед Западом», «буржуазном национализме» и «идеализме» публично обвиняли сотни евреев – видных деятелей культуры, искусства, науки и т. д. Разоблаченных «космополитов» публично осуждали, изгоняли с работы, а иногда и судили за «антисоветскую деятельность». Само слово «космополит» стало синонимом слова «еврей». Эта публичная идеологическая кампания легализовала в глазах народных масс государственный антисемитизм.

В эти и последующие годы сталинский антисемитизм был навязан и странам «народной демократии». По личному указанию Сталина и под контролем советских секретных служб в Чехословакии в 1951–1952 гг. был проведен громкий откровенно антисемитский судебный «процесс Сланского» над видными партийными и государственными деятелями еврейского происхождения.

В январе 1952 г. было возобновлено следствие по делу ранее арестованных членов и сотрудников ЕАК. Сталин внимательно следил за его ходом и даже лично составил вопросник для ведения допросов, в котором особое внимание уделялось выявлению связей арестованных с американской разведкой. От подследственных требовали признания в том, что ЕАК был шпионским центром. В ходе следствия из подследственных жестоко «выбивали» показания против Л. Кагановича, В. Молотова, а также против многих евреев – известных деятелей культуры: И. Эренбурга, С. Маршака, В. Гроссмана и др. «Дело ЕАК» неоднократно рассматривалось на Политбюро, где был предрешен и приговор – расстрел всех обвиняемых, кроме женщины-академика Л. Штерн, что и было осуществлено в августе 1952 г.

Кульминацией антисемитской политики Сталина стало «дело врачей». Оно началось в январе 1951 г. как одно из многих в то время сфабрикованных «дел», по которому один из арестованных врачей был обвинен в «еврейском национализме». Но следователь госбезопасности М. Рюмин, зная о подозрительности Сталина и его способности поверить во «вредительские методы» лечения еврейскими врачами высших советских руководителей (умершего А. Жданова и др.), направил ему соответствующий донос. И Сталин потребовал от министра госбезопасности применения «решительных мер по вскрытию группы врачей-террористов» и приказал жестокими методами расследовать это «дело». Он лично следил за ходом следствия и требовал скорейших результатов по вскрытию «террористов, американских агентов среди врачей».

Обострившаяся ненависть Сталина к врачам-евреям была связана с его ухудшавшимся здоровьем и уверенностью в том, что они хотят отстранить его от власти. Осенью 1952 г. была арестована группа виднейших врачей, многие из которых имели отношение к лечению высшей элиты страны. Большинство арестованных были евреями. Сталин потребовал от органов госбезопасности скорейшей разработки версии о «сионистском заговоре» и связях «заговорщиков» с американской и английской разведками через крупнейшую еврейскую благотворительную организацию «Джойнт». Он настаивал, чтобы в отношении арестованных применялись самые жестокие методы дознания, сам ежедневно читал протоколы и лично руководил следствием.

К этому времени Сталин проникся убеждениeм, будто все евреи страны – враги. На заседании президиума ЦК партии 1 декабря 1952 г. он сказал: «Любой еврей – националист, это агент американской разведки. Евреи-националисты считают, что их нацию спасли США». На совещаниях армейских политработников объяснялось, что следующая вой­на будет с Соединенными Штатами, а там тон задают евреи, значит, советские евреи – «пятая колонна», будущие предатели. Они уже и сейчас шпионят на американцев или занимаются подрывной работой. Подготовку к большой вой­не следует начинать с уничтожения внутреннего врага. Это сплотит народ.

9 января 1953 г. на расширенном заседании Бюро Президиума ЦК партии был утвержден текст сообщения ТАСС «Об аресте группы врачей-вредителей». Сталин лично редактировал, а возможно, и написал ту зловещую редакционную статью в «Правде», которая облетела страну 13 января. Тем самым был дан старт самой массовой, самой злобный, самой открыто антисемитской кампании в СССР. В резких выражениях осуждались еврейские «врачи-убийцы», сионизм, «Джойнт», американский империализм. В стране была развернута широкая кампания «антисионистской», а фактически антисемитской пропаганды, преследований и арестов врачей-евреев. Небывалых масштабов достиг бытовой антисемитизм. Атмосфера в стране стала такой, что евреи ожидали самого худшего. Распространялись всевозможные версии, поползли страшные слухи о предстоящей публичной казни «врачей-отравителей», о массовых еврейских погромах, о депортации евреев в сибирские лагеря с устройством по пути крушений поездов и т. п.

К счастью, 2 марта 1953 г. у Сталина случился удар, а 5 марта он скончался. Оголтелая антисемитская кампания сошла на нет. Но посеянный Сталиным государственный антисемитизм, хотя и в более умеренной форме, стал неотъемлемой частью созданного им тоталитарного режима.

Отношение Сталина к евреям и к «еврейскому вопросу» претерпело в течение его полувековой политической деятельности большие изменения. Неприязнь к еврейским политическим противникам из лагеря бундовцев и меньшевиков в виде вульгарных выражений, высказанных в начале ХХ в., усиливалась и нашла свое новое выражение в популистских спекуляциях на антисемитских настроениях некоторой части членов партии и населения в ходе борьбы за власть во второй половине 1920-х гг. Затем, добившись единоличного господства и все более проникаясь антисемитизмом, Сталин осуществил резкое сокращение «еврейского влияния» в политической жизни страны в ходе Большого террора второй половины 1930-х гг., когда он начал тайно пересаживать антисемитизм нa номенклатурную почву и превращать его государственный. Этот антисемитизм «сверху» получил продолжение даже во время антифашистской вой­ны, быстро соединяясь с антисемитизмом «снизу», в немалой степени посеянным гитлеризмом.

Сразу после окончания вой­ны престарелый диктатор, страдавший многими, в том числе, очевидно, и психическими болезнями и испытывавший новую потребность в «образе врага», окончательно превратился в злобного антисемита, которому везде мерещились заговоры евреев-сионистов. Особенно опасные формы антисемитизм Сталина принял во время «дела врачей». Вместе с тем, считая себя коммунистом и даже интернационалистом и будучи фактическим лидером мирового коммунистического движения, он не мог позволить себе публичные антисемитские высказывания, камуфлируя их в антиимпериалистические, антисионистские оболочки.

Но антисемитизм Сталина нельзя отождествлять с антисемитизмом Гитлера. Австриец по происхождению, тот еще в молодые годы, находясь в Вене (в 1908–1913 гг.), на всю жизнь проникся расистско-антисемитскими идеями, согласно которым евреи представляют собой особую, низшую расу, угрожающую существованию высшей, арийской расы (т. е. германцам). Поэтому арийцы должны вести против еврейской расы решительную борьбу. Антисемитизм стал одной из идейных основ возглавленной Гитлером вскоре после Первой мировой вой­ны национал-социалистической (нацистско-фашистской) партии. Активно используя антисемитские лозунги, Гитлер шел к власти, а достигнув ее в 1933 г. и вскоре став диктатором Германии, он превратил расовый антисемитизм в государственную политику. На первом этапе гитлеровcкого режима, в 1933–1939 гг., эта политика проявлялась в основном в расовых законах, лишавших евреев политических и гражданских прав, в принуждении евреев к эмиграции. На втором же этапе, в годы Второй мировой вой­ны (1939–1945 гг.), когда под властью нацистской Германии оказались миллионы евреев Европы, Гитлер и его режим приступили к «окончательному решению еврейского вопроса», т. е. тотальному истреблению евреев Европы, в результате чего погибло около 6 млн евреев. Следовательно, антисемитизм Гитлера носил расистский характер и преследовал цель полного истребления евреев.

Антисемитизм Сталина был иным. Во-первых, он не был расистским. Во-вторых, нет ни одного доказательства того, что советский вождь ставил своей целью тотальное истребление евреев не только Европы, но даже СССР. Хотя это ничуть не оправдывает «вождя всех народов».

 

Аркадий ЦФАСМАН

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


Нееврейская Еврейская область

Нееврейская Еврейская область

К 90-летию образования в СССР Еврейской автономной области

Обещаниям антисемитов следует верить

Обещаниям антисемитов следует верить

«Уроки» Второй мировой вой­ны, которые не спасли бы ни одного еврея

«Подпишите здесь!»

«Подпишите здесь!»

За кулисами церемонии провозглашения Государства Израиль

Вой­на и мир Шетиеля Абрамова

Вой­на и мир Шетиеля Абрамова

К 20-летию со дня смерти героя

Четвертый президент

Четвертый президент

15 лет назад скончался Эфраим Кацир

О чем писала Jüdische Rundschau 100 лет назад

О чем писала Jüdische Rundschau 100 лет назад

Можно ли приравнивать события 7 октября к Шоа?

Можно ли приравнивать события 7 октября к Шоа?

Беседа с историком Ароном Шнеером

«Палестинцы» на службе у России

«Палестинцы» на службе у России

Некоторые страницы досье КГБ по Ближнему Востоку

Последний из коммунистов

Последний из коммунистов

К 40-летию со дня смерти Юрия Андропова

Ученый еврей при губернаторе

Ученый еврей при губернаторе

20 лет назад ушел из жизни Александр Бовин

Антисемитизм и антисионизм

Антисемитизм и антисионизм

Трансформации отношений в паре понятий-братьев, насчитывающих тысячелетия

С крыши шестиэтажного дома

С крыши шестиэтажного дома

81 год назад началось восстание в Варшавском гетто

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!