Еврейское 11 сентября

В еврейской истории тоже есть свое 11 сентября. И, как водится, оно произошло гораздо раньше аль-кайедовского. В знаменательном 1882 г. Нет, это не были знаменитые погромы в России 1881–1882 гг., приведшие к зарождению российского сионизма. Это был 1-й Международный антиеврейский конгресс в Дрездене.

Этот конгресс заложил основу современного европейского антисемитизма, после создания Государства Израиль политкорректно называемого антисионизмом. Цель которого, тем не менее, проста: лишить еврейский народ права на политическое самоопределение и ликвидировать его как экономического и социально-государственного конкурента.

В 1880-е гг. еврейская эмансипация в Европе вызвала резкую реакцию общества в ответ на освобождение евреев, ранее удобно закрытых в гетто. И там же периодически вырезаемых. Евреи неожиданно оказались в экономике, в университетах и в обществе в целом – и эту досадную оплошность появления успешных конкурентов надо было исправлять.

Вдохновленные идеями пастора Адольфа Штёкера и либерального академического философа Генриха фон Трайшке, немецкие, австрийские, венгерские и российские антисемиты собрались в Дрездене бороться с этим самым «еврейским засильем». Созданный ими Всемирный антиеврейский альянс (в противовес первому политическому объединению евреев – l’Alliance Israélite Universelle 1860 г.) долго не просуществовал, но дал толчок к созданию политических антисемитских партий в Германии, Австро-Венгрии, России и других странах.

Середина 1880-х становится апофеозом деятельности Георга Риттера фон Шенерера, лидера австрийских антисемитов. Именно он формулирует основные идеи, вдохновившие потом Гитлера: про чистоту арийской расы, про второсортность евреев и славян, про необходимость консолидации немецкого этноса и обязательность «аншлюса» – присоединения Австрии к Германии. Добавим к этому, что фон Шенерер требовал от сторонников называть его «фюрер» и ввел приветствие «Хайль!», – и всё встанет на свои места в исторической перспективе.

Именно эта активность «фюрера» фон Шенерера и всего политического антисемитизма – на примере «дела Дрейфуса» – подтолкнула австрийского же ассимилированного еврея Герцля к пониманию этой опасности и к созданию кaк реакции на него политического сионизма. Так традиционный – народно-церковный – антисемитизм перерос в политический, и в ответ ему традиционное стремление евреев вернуться в свою страну – Эрец-Исраэль – приобрело современную политическую форму сионизма.

Но эта семантика последствий индустриальной революции и политических реформ постнаполеоновской Европы не изменила сути традиционной ненависти европейцев к евреям. До сих пор. Раньше мы мешали им религиозно, затем – в XIX в., – социально-экономически. А теперь, обретя независимость, – политически и геоэкономически. И их целью является вернуть нас в привычное состояние подчинения и зависимости. Недавнее решение МИД Израиля под руководством Яира Лапида об отмене сноса незаконного поселка Хан эль-Ахмар под давлением и прямым шантажом ЕС наверняка очень бы понравилось Штёкеру и фон Шенереру. А решение БАГАЦа о присуждении Премии Израиля профессору – адепту бойкота университета в Ариэле было бы встречено овациями Антиеврейским альянсом, призывавшим к бойкоту еврейских бизнесменов, ученых и прочих общественных конкурентов…

Отцы-основатели современного политического антисемитизма узнали бы столь вожделенный образ потерявшего уверенность в себе и зависимого от них «юде», компромиссами покупающего себе ненадолго немного будущего в ущерб самоуважению и национальному достоинству. И самой жизни. Чем это заканчивается, нам хорошо продемонстрировал ученик фон Шенерера и тезка Штёкера. Мы опять хотим в этот тупик?

 

Михаил ЛОБОВИКОВ

 

P. S. Известный русскоязычный еврейский писатель Фридрих Горенштейн посвятил вышеупомянутым событиям свое произведение «Дрезденские страсти. Повесть из истории международного антисемитского движения» (М.: Новое литературное обозрение, 2015. – 320 с. ISBN: 978-5-4448-0246-5)