Ангел с красным флагом

Почему не говорили правду о первой в Крыму майской демонстрации

Может, из Петербурга, Москвы или даже Киева Симферополь в начале прошлого века смотрелся эдаким захолустьем. Но сами жители губернского города так не считали. Есть ведь несколько центральных улиц, мощенных булыжником, с магазинами, гостиница с электричеством и ваннами в номерах, библиотеки, гимназии. В общем, Симферополь старался следовать за новыми веяниями, даже политическими.

Тихую жизнь провинциального города политическая демонстрация сотрясла в 1901 г. Произошла она, правда, не 1-го, а 5 мая. И стала вторым по счету уличным шествием на юге страны (первое состоялось за год до этого в Харькове). Маевки в России проходили с конца XIX в., но в виде, например, встреч на природе, с политическими выступлениями и дискуссиями. А вот уличные демонстрации были явлением иного уровня – протестные настроения должна была увидеть широкая публика.

Газета «Искра», которая не могла не упомянуть об этом событии, писала: «Толпа рабочих и работниц местных портняжных, сапожных, столярных, слесарных мастерских, табачных фабрик, всего около 100 человек, впервые в Симферополе устроили публичную майскую демонстрацию... с пением рабочей марсельезы прошлись по главной улице нашего города при громаднейшем скоплении публики, которой раздавались прокламации».

Но дело не в том, что до Симферополя добрались идеи о разрушении мира насилия и эксплуатации. Подлинная история именно этой демонстрации оказалась напрочь вычеркнутой из официальной истории революционной борьбы в Крыму из-за… евреев. Не годились они, по мнению советской власти, на роль «первых ласточек» революции.

В книгах советского времени демонстрация 5 мая 1901 г. освещалась обтекаемо: мол, проведена была подпольной социал-революционной организацией. Ну, да, организация была. Только социал-демократическая, и называлась она «Поалей Цион» («Рабочие Сиона», образованная за год до этих событий Еврейская социал-демократическая рабочая партия. – Ред.). Поддержали идею демонстрации и представители Бунда. Организаторами были В. Громан, П. Терноруцкий, М. Седловский. И еще социал-демократ Лев Хинчук, позже примкнувший сперва к меньшевикам, а затем проникнувшийся идеей большевизма. Политическое прошлое советская власть припомнила ему в 1938-м, приговорив к расстрелу.

Но вернемся к демонстрации. Под красными флагами и лозунгами шли в основном еврейские ремесленники. Большой промышленности в Симферополе не было: несколько пивных, табачных и консервных заводиков, небольшие цеха, портняжные и слесарные мастерские. В общем, демонстранты оказались трудящимися, но не чистой воды пролетариатом. К тому же еще и с определенным национальным подтекстом…

Впереди колонны шел с красным флагом… Ангел. Так звали знаменосца – Ангел (его имя в разных источниках писали по-разному: Ангель, Анхель, Аншель, Аксель) Дискин. Дамский портной, уроженец Могилевской губернии, осевший в Симферополе.

Колонна с лозунгами двинулась от здания статистического бюро губернской земской управы по главной улице – Екатерининской – в семь вечера. Демонстрантам важно было не просто пройтись, а заинтересовать публику. Как раз в это время из находящегося в паре десятков метров Александро-Невского собора стали выходить симферопольцы, отстоявшие службу. Зрелище их заинтересовало.

Как, впрочем, и симферопольскую полицию, еще не пуганную революционерами. Полицейские принялись рьяно… расчищать дорогу демонстрантам, тесня любопытную публику к обочинам. Как потом объяснял в участке городовой Зубовский, он решил, что это провожают рекрутов или воспитанников учебных заведений. А зеваки объясняли друг другу, что видят шествие, приуроченное к дню рождения государя императора (Николай II родился 6 мая по старому стилю).

Тем временем демонстранты пели, разбрасывали листовки. Неладное полицейские почувствовали, когда демонстрация практически закончилась. Тогда же и поступил наконец-то приказ задержать нарушителей порядка. Но колонна уже рассеялась, схватить удалось только знаменосца. Его доставили в участок, где помощник пристава Ковалевский словом и увесистым кулаком стал вразумлять «бунтовщика».

Довольно быстро выявили и организаторов – в городе с населением 50 тыс. человек это было сделать нетрудно. Судили семерых, самый суровый приговор – четыре года тюрьмы – был вынесен бывшему студенту Громану. Двое на восемь месяцев были отправлены в Петербургскую крепость, а четверо – в ссылку.

Ангел Дискин был среди тех, кого сослали на три года в Иркутскую губернию. Про его дальнейшую судьбу известно немного. Из ссылки Дискин в Симферополь вернулся, революционной деятельностью заниматься не прекратил – но уже стал членом РСДРП. Однако видного положения, в отличие от многих товарищей, после революции и окончательного утверждения советской власти в Крыму не занял. И много лет был доволен местом портного, а затем закройщика на симферопольской швейной фабрике им. Крупской.

А потом началась войн­­­а. Фашисты в Симферополь вошли 1 ноября 1941-го, и через месяц город пестрел приказами для евреев, крымчаков и цыган явиться на пункты сбора. Тянулись по улицам колонны людей с пожитками и маленькими детьми на руках. Никто не мог предположить, что путь 15 тыс. человек закончится в противотанковом рве на 10-м километре шоссе Симферополь – Феодосия. Полного списка этих потерь нет, после войн­­­ы удалось собрать сведения всего о тысяче с небольшим расстрелянных симферопольских евреев и крымчаков. Но в этом перечне есть 65-летний Ангел Менделевич Дискин – первый знаменосец майской демонстрации в Крыму.

Наталья ДРЁМОВА

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


История провалов и ухода от ответственности

История провалов и ухода от ответственности

Роль международных миротворческих сил в арабо-израильском конфликте

Девочка из гетто: страницы дневника

Девочка из гетто: страницы дневника

К 95-летию со дня рождения Тамары Лазерсон

«Некоторые умирали тихо, а некоторые так кричали от голода…»

«Некоторые умирали тихо, а некоторые так кричали от голода…»

Воспоминания узницы гетто и лагеря Иды Спектор, освобожденной 80 лет назад

«Стеклянный дом» против «поезда Кастнера»

«Стеклянный дом» против «поезда Кастнера»

80 лет назад нацисты оккупировали Венгрию

Как зарождался современный Эйлат

Как зарождался современный Эйлат

75 лет назад мало кто задумывался о том, что самый южный город Израиля может стать столицей туризма

О чем писала Jüdische Rundschau 100 лет назад

О чем писала Jüdische Rundschau 100 лет назад

Продолжатели дела нацистов

Продолжатели дела нацистов

Что говорит истинное происхождение ХАМАСа о его природе

Ученый и «большой ученый»

Ученый и «большой ученый»

75 лет назад Сталину было направлено необычное письмо

«Не позволял душе лениться…»

«Не позволял душе лениться…»

К 115-летию со дня рождения Льва Арцимовича

«За нас работать никто не будет»

«За нас работать никто не будет»

К 115-летию со дня рождения Александра Печерского

105 лет назад: Гражданская вой­на и погромы

105 лет назад: Гражданская вой­на и погромы

Фрагмент будущей книги о различных этапах еврейской истории Украины

Жертва истории

Жертва истории

120 лет назад родился Леопольд Треппер

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!