«Меня в кино интересует человек»

Кто же не знает Петра Ефимовича Тодоровского – легендарного кинорежиссера, замечательного сценариста, кинооператора, актера, продюсера, музыканта, композитора, художника и поэта? Как продюсер он сделал около 40 фильмов, как режиссер создал 17 картин, написал сценарий для 15, к 14 сочинил музыку, а сам снялся в четырех. Универсально одаренный чудотворец прославился своим неповторимым вкладом в советское и российское киноискусство. Достаточно вспомнить его драматический жизненный путь и бесценное творческое наследие.

 

«А детство у меня было жуткое»

Родился Петр 26 августа 1925 г. в украинском городке Бобринец, расположенном в междуречье Днестра и Южного Буга (ныне Кировоградская обл.). Его родители – Ефим Гильевич Тодоровский и Розалия Цалевна Островская – были рядовыми служащими. К тому времени в семье подрастали дочь Раиса и сын Илья. Братья были совсем разными: Петя – шалопай, утром вместо книг укладывал в портфель кусок хлеба с колбасой, а вместо уроков гонял футбольный мяч, Илья же был серьезным и на правах старшего воспитывал брата. «Я ходил всегда грязный, в подтеках, а Илья аккуратист и очень начитанный», – вспоминал Петр. Вместе с тем Петя любил музыку, занимался в кружке художественной самодеятельности. В четыре года он стащил у отца 5 руб., чтобы купить балалайку. Быстро научился на ней играть, но развивать музыкальные способности не смог из-за вой­ны.

В памяти мальчика остался Голодомор, который семья пережила в 1932–1933 гг. «Мы со старшим братом и сестрой ходили по сараям, искали использованные веники и отмывали их до белизны. Я выбирал из веника пупырышки, толок их с гнилой свеклой, ее нарезали мелко и варили суп... В те годы нас спасли заводские ребята, которые приехали менять лопаты, клещи, молотки на зерно и пшено. Они признались: „Мы выменяли худущую корову, она упала, не дойдя до деревни, попробуйте привести ее сами“. Мы побежали в ночь, нашли ее лежащей на дороге. С помощью веревок с большим трудом подняли буренку. Я помогал переставлять ей ноги, сестра и брат поддерживали корову с боков. После того как довели ее до сарая, я помчался к реке и стал выдергивать из земли жухлую травку. В общем, мы спасли буренку, а она спасла нас».

Вместе с тем Петя был патриотом-оптимистом. «Наше поколение с октябрятских лет воспитывалось по особой методике. Мы должны были быть всегда готовыми к бою, беззаветно любить Сталина и быть преданными идеалам партии. И я был таким. Обожал Сталина дольше всех товарищей, сомнения появились позже».

Он окончил 9 классов средней школы, когда грянула вой­на. «Было воскресенье, мы играли в футбол. Возвращаясь со стадиона, заметили большое скопление людей. Дома я застал рыдающую мать: старший брат служил в армии, на границе. Долгое время ничего о нем не знали, да и самим вскоре пришлось бежать: немцы выбросили десант в 50 км от нашего городка, и мы бежали в чем были – на одной подводе 13 пожилых людей, а мы – пешком. Это был длинный путь под бомбежками, с ночевками в поле, через Запорожье и Ростов».

В Сталинграде подросток работал с 60-летним отцом на электростанции. «Приходили эшелоны, и мы разгружали по 12 часов уголь. По обледеневшему трапу грузились на баржу, а кругом рвались снаряды. В ноябре 1942-го нам снова пришлось бежать. Чудом добрались до Камышина и после долгих скитаний поселились в заброшенной деревушке Шишке посреди голой степи». Два года юноша трудился в колхозе. Там освоил всю сельхозтехнику и работы в бригаде с плугом на лошадях и верблюдах. И мешки с пшеницей таскал, зимой на быках ездил в поле за сеном.

В 1943-м его призвали в армию, он стал курсантом Саратовского военно-пехотного училища. «Нас поселили в недостроенные казармы, стены внутри были покрыты инеем. На всё помещение квартировали две роты и одна печка-буржуйка. Кормили тушеной полугнилой капустой... Но, несмотря на холод, бесконечную муштру на морозе, ежедневное взятие заснеженного оврага с условным противником, скудное питание, мы быстро адаптировались. Вскоре в Саратове у каждого появилась любимая девочка. Мы общались с подругами через забор, целовались через железные прутья ограды». Однажды взвод Тодоровского на месяц отправили на заготовку дров для штаба военного округа. А в это время училище по тревоге подняли и всех курсантов отправили на Курскую дугу, где большинство из них погибло. Остались начальник и офицеры-преподаватели. Присвоив курсантам звание младших сержантов, взвод оставили в училище еще на один срок.

«В молодости легко быть счастливым»

На фронт Петр попал уже в 1944-м.Молодым лейтенантам выдали сухой паек на месяц, который они уничтожили за две недели, в июльскую жару продали шинель и запасные сапоги. Тодоровский стал командиром минометного взвода 93-го стрелкового полка 76-й стрелковой дивизии 47-й армии 1-го Белорусского фронта. В окопе на переднем крае было зябко, и лейтенанту помог сержант, снявший длиннополую шинель с убитого немца. В его фронтовой жизни было немало лобовых атак, схваток врукопашную, тяжелых оборонительных боев. «Кто хотел выжить в бою, тот искал большую лопату – у нас были маленькие саперные лопатки, и, если грунт окажется каменистым, это смерть. Лопаткой надо было вырыть себе хотя бы лунку для головы, и мы стали доставать немецкие лопаты».

Командир пехотного взвода – это была самая смертельно опасная категория офицеров. В 1944-м во время артналета его с тремя бойцами накрыло тонной осыпавшегося песка. Чудом откопали одного Петра Тодоровского. От взрыва у него повредился слуховой нерв, и пришлось надеть слуховой аппарат. Вскоре он был серьезно ранен: осколок прочертил борозду на черепе командира. После госпиталя вернулся в строй, а в марте 1945-го снова был контужен. На фронте вступил в партию. Участвовал в освобождении Западной Украины и Польши, взятии Варшавы и Щецина, штурме Берлина. Старший лейтенант Тодоровский был награжден орденами Отечественной вой­ны I и II степеней, боевыми медалями.

«Я вспоминаю тот день, 9 мая 1945-го, когда мы с тяжелыми боями вышли к Эльбе и остались живы! Наконец, наступила тишина, и мы были счастливы. И это было так непривычно. Мы впервые услышали, как птички поют, как вода бежит, и это была для нас не водная преграда, а просто река, в которой можно было искупаться. Вокруг высокая зеленая трава – май, солнце светит, и мы сбросили вонючие сапоги и портянки и валялись в траве вместе с лошадьми».

Тодоровский закончил вой­ну у Шёнхаузена и был назначен комендантом этого городка. Там научился играть на трофейном аккордеоне. «После ужина садился в одних трусах на крылечко и до утра играл. Выучил песню „Огонек“ и через полгода участвовал в самодеятельности». Завел роман с официанткой, бывшей зенитчицей, выдававшей себя за племянницу Паулюса, но ее вскоре увез спецотдел. О военном периоде позже размышлял как о стержне своей жизни: «Это четыре года в противоестественных, нечеловеческих условиях, когда ты в каждую минуту можешь получить кусок железа в затылок. Но во мне играло ощущение молодости, когда очень легко переносить трудности и быть счастливым даже при всех невзгодах... Там было всё – жестокость и несправедливость, смерть и любовь, если условия позволяли. Была храбрость и трусость, бездарность командиров и героизм солдат, предательство и самопожертвование».

Затем он еще четыре года служил в военном гарнизоне под Костромой. «Армия дала мне навык, который остался на всю жизнь, – рассказывал режиссер позже. – Я могу варить, шить, подшивать, гладить, всё, что должен был делать солдатик сам. Для меня важно, чтобы я мог в темноте протянуть руку и взять всё, что мне нужно... Вместе с тем глубокие знания получать в молодости мне было негде. На фронте где уж там книжки читать». Демобилизовавшись, он полгода трудился на заводе стеклотары, брал уроки рисования и одновременно в вечерней школе окончил 10-й класс.

Всё это время Петр искал брата, посылал запросы в архивы и разные инстанции. Ответ был один: «В списках погибших и пропавших без вести не значится». О том, что Илья погиб под Ленинградом в январе 1942-го, он узнал лишь через 60 лет. Родители и сестра ушли из жизни, так и не узнав, где и как погиб Илья. Однажды в интервью Петра Тодоровского спросили: «У вас, еврея, особый счет к немцам имелся?» И он ответил: «Наша семья многих за эту вой­ну потеряла: на фронте погибли мой брат, мамин родной брат и племянник, папина сестра с мужем и тремя детьми немецким танком были раздавлены. Дедушку и бабушку, которые в Бобринце остались, расстреляли, евреев собрали, закрыли в доме, забили окна, двери и сожгли живьем».

 

«Я – кондовый реалист»

Получив аттестат зрелости, Петр задумался о выборе профессии. На фронте он увидел работу военных операторов и решил, что обязательно овладеет этой специальностью, благодаря которой потомки увидят тех, кто воевал. Сперва его потянуло к музыке, и он с ходатайством своего начальства решил подать документы в Московскую консерваторию, но у подъезда одумался: ведь он даже нотной грамотой не владел. И поступил на операторский факультет Всесоюзного института кинематографии (ВГИК) в мастерскую профессора В. Волчека. По окончании ВГИКа с красным дипломом в 1954-м Тодоровский на Кишиневской киностудии хроникальных и документальных фильмов снимал людей и события для киножурнала «Советская Молдавия». А в игровом кино как оператор дебютировал фильмом «Молдавские напевы». С 1955-го он десять лет трудился на Одесской киностудии, участвовал в съемках картин «Весна на Заречной улице», «Два Федора», «Моя дочь» и «Жажда». Стал лауреатом Всесоюзного кинофестиваля за работу оператора и членом Союза кинематографистов.

Он влюбился в кинодиву Надежду Чередниченко, и через месяц они расписались. Н. Мордюкова однажды сказала о нем: «Ты себе не представляешь, какой это был зеленоглазый, хрипатый, сексуальный еврей с гитарой». Но семейная жизнь у пары не сложилась. Актриса с шикарной квартирой, дачей и машиной через 1,5 года ушла от скромного оператора к прежнему именитому супругу-киноактеру. А Петр через год в Одессе встретил Миру Герман, которая училась в Институте инженеров морского флота и танцевала в студенческом ансамбле. Она похвалила его музыку и покорила сердце композитора. Свадьба состоялась в 1962-м, и вскоре у них появился сын.

Тогда же первой режиссерской работой П. Тодоровского стала драма «Никогда» по сценарию Г. Поженяна. А в 1965-м он снял киноповесть военных лет «Верность» об учебе в пехотном училище, дороге на фронт и первом бое. «Мне всё время хотелось рассказать правду о своей молодости», – говорил Тодоровский. Сценарий Б. Окуджавы, выражавший «абстрактный гуманизм», трижды не принимался к постановке и был запущен в производство только после того, как в него была вписана пафосная сцена принятия присяги. Перед показом на Венецианском кинофестивале, где фильм получил приз за лучший режиссерский дебют, эта сцена по настоянию Тодоровского была удалена. Режиссер был награжден также премией Всесоюзного кинофестиваля в Киеве. Рассказав всю подноготную фронтовых будней, он признался: «Я не снимаю про вой­ну, я снимаю про людей на вой­не. В кино меня интересует человек».

В 1966-м впервые на киностудии в Москве П. Тодоровский снял мелодраму «Фокусник». Главную роль доброго и гордого волшебника великолепно сыграл З. Гердт, его пассию – А. Ларионова, а начальника – В. Басов. Несмотря на блистательный ансамбль участников, фильм не получил достойной оценки. Более высокий рейтинг достался ленте «Городской романс», созданной режиссером в 1970-м на Одесской студии по собственному сценарию. В качестве актера он сыграл одну из главных ролей в фильме М. Хуциева «Был месяц май», сюжет которого перекликался с его биографией. В 1976-м инсценировал на широком экране пьесу А. Островского «Последняя жертва».

А в 1978-м поставил по своему сценарию «В день праздника» – драму о бывшем фронтовике в мирной жизни. Бесспорно, крупной удачей Тодоровского стала трагикомедия «Любимая женщина механика Гаврилова» (1981) с Л. Гурченко и С. Шакуровым в главных ролях. Она пользовалась широким успехом у зрителей и получила приз на фестивале в Маниле. Премьера мелодрамы «Военно-полевой роман» (1983) режиссера, сценариста и композитора состоялась в конкурсной программе 34-го Берлинского кинофестиваля, где И. Чурикова была награждена «Серебряным медведем» за лучшую женскую роль. Сюжет фильма тоже навеян воспоминаниями режиссера о реальном событии в его жизни. Картина собрала награды на фестивалях в Берлине, Вальядолиде, Сопоте, Праге, получила главный приз на 17-м Всесоюзном кинофестивале. Также номинирована на премию «Оскар» в категории «Лучший фильм на иностранном языке», но заветная статуэтка досталась антисоветской ленте о Викторе Корчном.

В 1986-м Тодоровский создает мюзикл «По главной улице с оркестром» о преподавателе сопромата Муравине (О. Борисов), которого обходят в должности завкафедрой, а жена (Л. Федосеева-Шукшина) высмеивает его увлечение игрой на гитаре. В знак протеста Муравин уходит из семьи, увольняется с работы и становится уличным музыкантом. По словам критика, этот фильм – «о грядущей революции, которую несет с собой волна перестройки. Режиссер-сценарист-композитор облекает эту волну в форму оркестра, идущего по улице с обычными гражданами, каждый из которых устал от советского быта и начал противиться системе».

А в 1989-м, на пике перестройки, Тодоровский снял двухсерийный фильм «Интердевочка» по повести В. Кунина в совместном производстве со Швецией. Мира убедила мужа в своевременности создания картины, пусть не на государственные средства, и дебютировала в ней в качестве продюсера. Скандальный фильм был одним из самых популярных в годы перестройки. «Интердевочка» стала социальной драмой о безуспешной попытке голодной девушки воплотить мечту миллионов: свалить из страны любой ценой в места обетованные, выскочив замуж за богатенького заграничного клиента. Тодоровский получил за нее приз жюри Токийского кинофестиваля, а Е. Яковлева, сыгравшая главную роль, была признана лучшей актрисой.

Режиссер никогда не боялся правды жизни, что еще раз доказал, взявшись в 1992-м снимать комедийную драму «Анкор, еще анкор!» по собственному сценарию. Название ее заимствовано из жанровой картины П. Федотова («анкор!» – повтори!). Сюжет основан на фактах из личной жизни автора времен военной службы под Костромой. Действие происходит в заснеженном гарнизоне, где женатый командир полка Виноградов (В. Гафт) сожительствует с офицером медслужбы Любой (И. Розанова), которая влюбляется в молодого лейтенанта Володю (Е. Миронов) и тайно встречается с ним, о чем узнает полковник. Тут всё на виду: пьянство, семейные ссоры, любовь, смерть, предательство, подлость и трусость. Это фильм про людей, которые выиграли вой­ну, но не нашли себя в мирной жизни.

«Отзывы о картине были лестные, – рассказывал режиссер. – Благодарили за правду о той армии и том времени. Но были и ругательные послания: „Ты оболгал нашу армию, замарал честь офицера!..“ Все мои герои мне очень близки... Я ничего не придумал». Премьера на ТВ должна была состояться 23 февраля, но глава Комитета ветеранов вой­ны потребовал отменить ее в праздничный день, и после вмешательства министра обороны показ был перенесен. Фильм получил 12 призов: «Нику» на Всероссийском фестивале, приз на фестивале в Токио за лучший сценарий, «Кинотавр» фестиваля в Сочи, специальный приз жюри на Международном кинофестивале в Сан-Ремо и призы ведущим актерам за лучшее исполнение ролей.

 

Династия режиссеров

На рубеже веков мэтр продолжал создавать шедевры. В 1995-м он снял по своему сценарию жестокую социальную драму «Какая чудная игра», в которой приговорены к расстрелу четыре студента, причастные к розыгрышу по радио: голосом Левитана были прочитаны сообщения об отмене прописки, снижении цен, введении свободы слова, вероисповедания и свободного выезда за границу. Продюсер Мира Тодоровская сочла этот фильм мужа самым лучшим по режиссуре, смыслу и содержанию. Международный фестиваль в Женеве присудил ему приз «Титра-фильм», а «Киношок» в Анапе – награду за лучшую режиссуру.

В 1998-м на экраны вышлa картина «Ретро втроем» – рeмейк ленты Абрама Роома 70-летней давности, показавший любовный треугольник конца 1990-х. А в трагикомедии «Жизнь забавами полна» (2001) изображены обитатели коммунальной квартиры. Они ссорятся и мирятся, плачут и смеются вопреки превратностям жизни, понимая, что коммуналка навсегда связала их судьбы. Петр Ефимович исполнил в ней песню на стихи Г. Поженяна «Нужно, чтоб кто-то кого-то любил».

В своих последних картинах он вновь вспоминает о военном времени. Драма «В созвездии Быка» (2003) посвящена жизни в деревушке севернее Сталинграда в декабре 1942-го. Ее герои – дети вой­ны – оказались в плену юношеской любви. Режиссер получил за нее призы имени Андрея Тарковского на кинофестивале в Выборге и на фестивале «Сталкер» в Москве, а также приз Гильдии кинорежиссеров. В основу сюжета «Риориты» (2008) положена еще одна реальная история: отец и три сына, призванные в армию из белорусского села, освобожденного от немецкой оккупации в конце 1944-го, сталкиваются с произволом ефрейтора, бывшего надзирателя лагеря политзаключенных. Фильм вскрыл изнанку фронтовых будней, вызвав протесты ветеранов, окрестивших его «неполиткорректным».

Тодоровский вел режиссерские мастерские на Высших курсах сценаристов и режиссеров. Он получил широкое общественное признание и престижные награды за выдающиеся заслуги в развитии киноискусства, в том числе ордена «Знак почета», Трудового Красного Знамени, «За заслуги перед Отечеством». До конца своих дней оставался верен музыке: виртуозно играл на разных инструментах, сочинял мелодии к фильмам, восхищая серьезных музыкантов своими импровизациями. Исполнял песни, аккомпанируя на семиструнной гитаре себе, В. Высоцкому и Г. Сукачеву, а с С. Никитиным записал два музыкальных альбома.

Петр Ефимович был прекрасным семьянином. Признавая себя ценителем женщин, он с иронией произносил: «Я не ловеласенко», а о жене шутил: «Хочешь Миру – готовься к вой­не». Несмотря на периодические трудности, супруги были счастливы. Мира Григорьевна вносила весомый вклад в пополнение семейного бюджета: писала сценарии, ткала, вязала и вышивала, продавая поделки за приличные деньги, позже стала продюсером. Сын Тодоровских Валерий, раскрывая секрет их семейного союза, как-то заметил: «Они очень разные и с лихвой дополняют друг друга. Отец больше человек не от мира сего, а мама – реальный, приземленный и практичный». Об отце он сказал: «Папа в первую очередь киношник, а это особые люди. Они любят детей, но всё время в экспедициях, переговорах, переживаниях. В таких семьях детей никто не терзает, не придумывает, как им жить. Папа в этом смысле очень хороший отец. Он исходил из того, что лучше быть честным и неправым, чем суетливо-трусливо-ловким».

Мира с гордостью говорит о сыне: «Валера такой же застенчивый, как его отец, не любит светиться на тусовках, лишний раз ничего не попросит. Хотя, конечно же, жестче отца. И кино он снимает более жесткое». Тодоровский-сын – не менее успешный режиссер и сценарист, чем прославленный отец. Он сочинил, поставил и продюсировал более ста фильмов, которые были отмечены множеством высоких наград («Катафалк», «Любовь», «Подмосковные вечера», «Страна глухих», «Стиляги», сериал «Оттепель», «Большой» и др.). Его сын, Петр Тодоровский – младший, уже успел создать более десяти картин и сериалов («Здоровый человек», «Полет», «Лавстори» и др.).

В апреле 2013 г. Петр Ефимович перенес сердечный приступ и скончался 24 мая. Похоронен на Новодевичьем кладбище с воинскими почестями. Творчеству выдающегося режиссера посвящены документальный фильм и телепередача. По мотивам его автобиографической повести «Вспоминай – не вспоминай» поставлена картина «Курсанты». Мира Тодоровская сняла по сценарию мужа «Встречи на Эльбе». Дм. Быков сказал о нем: «Во взгляде, жестах, манерах Тодоровского удивительным образом сочетались уверенность, бесшабашность, насмешка и чувство вины за вечное попадание в немыслимые ситуации. И под этим его взглядом артисты и зрители в самом деле начинали верить, что всё преодолимо и мы еще пройдем по главной улице с оркестром».

 

Давид ШИМАНОВСКИЙ