«Британский Шиндлер»

Николас родился 19 мая 1909 года в семье немецких евреев Рудольфа и Барбары Вертхайн, которые в 1907 г. эмигрировали в Великобританию, приняли христианство, крестили сына и изменили свою фамилию на английскую Уинтон. Образования Николас толком не получил, даже школу не окончил. Однако это не помешало ему устроиться на работу в банк. Он проработал несколько лет в банковской системе Великобритании, потом перебрался на континент, где трудился в банках Гамбурга и Парижа, попутно изучая опыт их деятельности. В 1930-е гг., вернувшись в Англию, работал брокером на Лондонской фондовой бирже.

В 1938 г. Николас собирался провести рождественские каникулы вместе со своим школьным другом Мартином Блэйком на курорте в швейцарских Альпах. Но вечером 23 декабря позвонил Мартин и сказал, что отменяет свою поездку, а вместо этого срочно вылетает в Прагу, где ему нужна помощь Николаса. Времени входить в детали сейчас нет, лучше встретиться как можно скорее в чешской столице.

Через несколько дней они встретились в отеле «Шрубек» на Вацлавской площади. Мартин рассказал, что спешно созданный и финансируемый правительством «Британский комитет помощи чехословацким беженцам», членом которого он стал, занимается оказанием помощи людям, жизнь которых находится в опасности, в первую очередь – пожилым женщинам и старикам еврейской национальности, с целью, по возможности, организации их выезда из страны. Но есть особый контингент – еврейские дети. Друзья решили, что Николас с выделенными ему помощниками возьмет детей на себя.

Это было вызвано недавними событиями в Чехословакии: 29–30 сентября главы государств Великобритании, Франции, Италии и Германии подписали так называемое «Мюнхенское соглашение» о передаче последней Судетской области Чехословакии. После событий «Хрустальной ночи» 9–10 нояб­ря 1938 г. из этого региона хлынул поток беженцев в остававшуюся независимой часть страны, особенно в крупные города. Их общее число, по разным подсчетам, составило не менее 150 тыс. человек. Это были не только евреи, но и чехи, а также антифашистски настроенные судетские немцы. Стало очевидным, что самостоятельно чешское правительство с потоком беженцев не справляется. Тогда власти Великобритании и решили организовать помощь, создав упомянутый комитет.

Уинтон решил действовать незамедлительно. Прежде всего он стал составлять списки и собирать фотографии самых обездоленных еврейских детей, чьи родители были арестованы или скрывались от преследования, госпитализированы или просто пропали. Уинтон посещал детские приюты для сирот и лагеря беженцев в Праге и окрестностях, выискивая таких детей, и вносил их в свои списки.

Его рождественские каникулы закончились, но Лондонская биржа продлила их еще на десять дней. Уинтон вернулся в Лондон 16 января 1939 г., оставив вместо себя для координации работы троих доверенных лиц. В его картотеке к тому времени было уже свыше 900 имен и фотоснимков. В английской столице Уинтон продолжил действовать практически самостоятельно. Он заказал несколько пачек бланков, на которых значилось: «Британский комитет помощи чехословацким беженцам. Детская секция. Адрес организации (он же домашний адрес Уинтона). Почетный секретарь Николас Уинтон».

Выглядело вполне официально. На этих бланках Уинтон рассылал запросы в школы-пансионаты, коммуны и различные благотворительные организации. Но британское МВД согласилось выдать разрешение на въезд детям в возрасте от 2 до 17 лет лишь при условии, что они будут размещены в английских семьях, готовых их содержать. И еще условие: на специальный счет за каждого ребенка следовало внести 50 фунтов стерлингов для обеспечения оплаты последующего его возвращения на родину. По тем временам это была весьма солидная сумма. Фиксировались и сведения о родных и близких детей, которые оставались в Чехословакии, чтобы впоследствии они могли найти друг друга.

Тогда Уинтон стал размещать объявления в газетах и собирать необходимые средства. Ему удалось найти сотни британских семей, согласных принять у себя еврейских детей из Чехословакии. Тем, кто колебался, кого – девочку или мальчика, какого возраста, светло- или темноволосого – взять на содержание, Уинтон высылал фото детей, предлагая им самим выбрать понравившегося ребенка.

Первый транспорт с 20 детьми вышел из Праги 14 марта 1939 г. На следующий день, объявив всю Чехословакию протекторатом Третьего рейха, войска вермахта заняли Прагу. Оккупационные власти не стали запрещать «чешские киндертранспорты» с еврейскими детьми. Гитлер тогда еще не выдвинул программу «окончательного решения еврейского вопроса», и нацистская администрация в Праге была не против того, чтобы «нежелательные элементы» просто покинули Чехословакию.

19 апреля 1939 г. из Праги были вывезены очередные 36 детей, через десять дней уехали еще 44, 13 мая – 61 ребенок, 2 июня – 123, 1 июля – 241, 20 июля – 76 детей, 2 августа – еще 68. В общей сложности за 4,5 месяца из Праги было вывезено 669 еврейских детей. Путь длиною около 1500 км они преодолевали в поездах по Чехии, Германии, Нидерландам, паромом через пролив Ла-Манш до английского порта Хэридж, а оттуда – снова по железной дороге, до Лондона.

Много лет спустя Уинтон рассказывал в интервью: «На Ливерпульском вокзале в Лондоне я встречал каждый поезд из Праги. В Британии тогда всё было довольно хаотично. То, чем я занимался, больше походило на деловое предприятие. Нужно было вызволить ребенка и найти семью, согласную его принять. Затем нужно было их соединить, получить подпись на квитанции о доставке ребенка – что похоже было на передачу коммерческого груза – и сопроводить его к месту жительства... Я бы назвал эту операцию лучшим, что мне удалось сделать в жизни. Кроме того, в моей жизни не было больших успехов. Мне не очень нравится та слава, которую мне принесло спасение детей: как мне кажется, это очень естественный, обычный поступок».

Спасенных могло быть и больше. Последний поезд с самой многочисленной группой детей – 250 человек – должен был отправиться из Праги 1 сентября 1939 г. Но в этот день германские войска вторглись в Польшу. Границы закрыли, и поезд не выпустили. Началась Вторая мировая война. Николас Уинтон позже так говорил об этом: «Если бы мы знали, сколько у нас осталось времени, мы не решились бы организовать последний транспорт с детьми. Последний поезд, который не удалось отправить, мне особенно памятен. Это должен был быть наш самый большой транспорт. Нам удалось тогда собрать 250 детей на вокзале в Праге. У нас были адреса 250 английских семей, гарантировавших, что примут этих детей. Однако нам не удалось их вывезти. Через несколько часов после объявления о начале войны отправку поезда отменили. Самое ужастное, что все дети уже находились в вагонах. Всего лишь днем раньше поезд бы проехал. Это одно из самых тяжелых моих воспоминаний. Никого из 250 детей, которые должны были тогда уехать, позднее найти не удалось».

Спасенных же детей «чешских киндертранспортов» разбросало по всему миру. Кто-то остался в Великобритании, кто-то вернулся на родину, другие оказались в США, Канаде, Южной Америке, Австралии, Израиле. Некоторыe из них стали известными людьми – учеными, кинематографистами, публицистами, политиками.

В годы войны Николас был летчиком ВВС Великобритании, закончив ее в звании лейтенанта. В послевоенные годы работал в Международной организации по делам беженцев, созданной при ООН, в Международном банке реконструкции и развития в Париже, где познакомился со своей будущей женой Гретой, датчанкой. Они поженились в 1948 г., у них родилась дочь, которую назвали Барбарой. В дальнейшем занимался благотворительностью, участвовал в организации домов и приютов для пожилых и больных людей.

Эта страница в истории Холокоста могла остаться неизвестной, если бы не случай. В 1988 г. жена Николаса, наводя порядок на чердаке, наткнулась на старый увесистый портфель с документами. В нем оказались бумаги со списками неанглийских имен детей с указанием их возраста, листы с наклеенными фото, домашние адреса настоящих и приемных родителей, иммиграционные формуляры, письма от частных лиц. Николас хотел выбросить обнаруженный портфель, но жена воспротивилась, считая, что его деятельность по спасению детей в оккупированной гитлеровцами Чехословакии, о чем он ей рассказал, должна стать достоянием гласности. В процессе поиска тех, кого содержимое портфеля могло заинтересовать, супруги Уинтон встретились с Элизабет Максвелл – историком, исследовательницей Холокоста женой британского медиамагната Роберта Максвелла.

Британские журналисты разыскали 80 спасенных Уинтоном детей. В феврале 1988 г. газета Sunday Mirror поместила статью «Затерявшиеся дети» об Уинтоне и «киндертранспортах» из Праги. Вечером того же дня на телеканале ВВС вышла в эфир программа «That’s Life» («Это жизнь»), на которую был приглашен в качестве гостя Николас Уинтон с супругой. Ему сказали, что программа посвящена Холокосту, но он не знал, что речь пойдет о нем. В зале находилось и 20 спасенных им полвека назад детей. Неожиданно для Уинтона ведущая стала рассказывать его историю, после чего попросила встать находящихся в зале спасенных им людей. Николас не смог сдержать слез.

Передача имела невероятный успех, имя Уинтона стало известно многим британцам, а он сам – знаменитостью. К нему проявляли интерес историки, писатели, публицисты, кинематографисты. Журналисты в своих статьях называли его «британским Шиндлером».

В 1989 г. Николас Уинтон с женой впервые приехали в Израиль, чтобы лично передать мемориалу «Яд ва-Шем» документы о спасенных детях. Но он не был признан Праведником народов мира, так как таковым может быть только человек, с риском для жизни спасавший евреев в годы нацистской оккупации Европы и не имеющий еврейских корней. Уинтон считал, что это справедливо: «По всем статьям не подхожу. Во-первых, я не рисковал своей жизнью, спасая еврейских детей. Во-вторых, я еврей, крещеный, но еврей».

Но Николас Уинтон был удостоен многих государственных наград Великобритании и Чехии. В 2002 г. он получил наградной знак «Гордость Британии» за жизненные достижения, а королева Елизавета II возвела его в рыцарское достоинство. В 1998 г. Уинтон был награжден чешским орденом Томаша Масарика и Крестом Заслуг Министерства обороны Чехии 1-й степени за доблесть и отвагу. В 2014 г., к 105-летию со дня рождения, Уинтон был удостоен орденa Белого льва – высшей награды Чехии.

К 100-летию со дня рождения Чехия приготовила Николасу Уинтону особый подарок – мемориальный «поезд Уинтона»: пассажирский поезд, составленный из довоенных вагонов и паровоза, который отправился из Праги по тому же маршруту, которым в 1939 г. следовали «чешские киндертранспорты». В нем ехали несколько десятков давно повзрослевших спасенных им детей и их потомки. Поезд провожали первые лица чешского государства. 4 сентября на вокзале в Лондоне поезд встречал сам юбиляр – сэр Николас Уинтон.

Перед отходом поезда 1 сентября 2009 г. на главном вокзале Праги, ровно через 70 лет с того дня, когда отсюда так и не отправился последний состав «чешского киндертранспорта», состоялось открытие памятника Николасу Уинтону. Его автор – английский скульптор Флор Кент. Композиция выглядит очень символично и трогательно: на перроне стоит молодой мужчина в очках, он держит на руках прижавшегося к нему мальчика лет четырех-пяти. Рядом с ним – грустная девочка постарше, у их ног – большой старый фанерный чемодан. Они как бы ждут поезд, который увезет детей в далекую страну от ожидающей их на родине смерти.

Николасу Уинтону суждено было прожить долгую жизнь. До конца своих дней он вел активный образ жизни, не терял чувства юмора. Когда ему исполнилось 104 года, он сказал в интервью: «У меня столько дел, мне некогда умирать. Спасенные мною дети стареют, начинают хворать, нужно строить дом для ухода за ними».

Николас Уинтон умер 1 июля 2015 г. в возрасте 106 лет.

 

Андрей ГРОМОВ