Театральная жизнь Иова

Библейской истории о благочестивом, богобоязненном Иове тысячи лет. Он потерял своих десятерых детей, лишился стада скота и дома, тело его покрылось ужасными язвами, деревенская община вынудила его жить на улице. Сказать, что библейский Иов прошел многие испытания, значит не сказать ничего. Он терпел ужасные лишения, но сохранил свою веру в Бога. Как такое возможно? Этот вопрос задал писатель Йозеф Рот и написал роман «Иов», опубликованный в 1930 г. В нем описываются мытарства набожного еврея, учителя Торы Менделя Зингера в период с 1900 г. до окончания Первой мировой вой­ны. Действие происходит в вымышленном местечке Цухнов в Российской империи, затем в США, куда Мендель последовал за своими детьми. По сюжету Мендель терпит жестокие удары судьбы, которые сотрясают его благочестие и сурово испытывают его веру в Бога.

В Австрии на сцене Государственного театра Клагенфурта по мотивам романа Рота режиссер Михаэль Штурмингер поставил оперу, музыку для которой написал композитор Бернхард Ланг. Режиссер также стал автором либретто. Возможно, оно слишком прямолинейное. Немного метафизики не помешало бы для полного счастья. Но постановка оперы «Hiob» очень точна и в то же время очень экономна по средствам. Наиболее важные моменты спектакля происходят на передней части сцены по направлению к рампе, часто создается атмосфера камерного спектакля. Задняя часть сцены погружена в тень. Полную тьму рассеивает большой светящийся объект, который время от времени двигается. В основном постановка нарочито прямолинейна. Но в повествовании есть немало интересных нюансов. В финале Иов то ли засыпает, то ли умирает. Он лежит, и его сын-инвалид, который со временем стал великим дирижером, подходит к нему, и происходит очень трогательный заключительный разговор. Отец говорит сыну: «Завтра еще поговорим, поедем на прогулку завтра».

Поскольку действие оперы происходит и в США, то Бернхард Ланг включил в свое сочинение элементы музыкальных течений, которые были характерны для Нового Света начала ХХ в. Временами музыка очень цепляет джазовыми ритмами и красивыми гармониями. Бернхард Ланг также работает с характерными для минимализма повторами, которые в этой опере тоже встречаются, но используются гораздо реже, чем в более ранних работах композитора. 90 минут игрового времени весьма насыщены интересными музыкальными элементами. Неистовые джазовые вкрапления в американском духе соседствуют с впечатляющими, торжественными комментариями хора. Время от времени возникают напоминающие религиозные медитативные песнопения, которые также органично вплетены в действие.

В звуковых мирах Ланга самое главное – прямое воплощение эмоций, которые словно проникают под кожу зрителя, заставляют его остро реагировать на происходящее на сцене, даже двигаться в такт музыке. Несложно себе представить, что эту оперу можно играть и на камерной сцене. Бернхард Ланг легко использует в своих сочинениях смешение стилей, в том числе и привычных для поп-сцены. Он также смело обращается с инструментарием. Для него нет табу на оперной сцене. Например, в постановке «Hiob» активно используется синтезатор, на котором играет Адам Рогала. Встречаются моменты, где композитор экспериментирует с микротональной техникой. Всё это в комплексе приводит к богатым звуковым мирам. Но они не слишком сложны для восприятия, поскольку композитор умеет делать очень точный микс из простого и сложного.

Премьеру оперы в Клагенфурте приняли стоячей овацией. В этом заслуга и прекрасного актерского состава. Партию главного героя, Менделя, очень убедительно спел Александр Каймбахер. Мириам, одну из дочерей главного героя, блестяще сыграла Ава Додд. А партию Менухима пел великолепный контртенор Томас Лихтенеккер. Похвалы достоин и Тим Андерсон, который дирижировал Kärntner Sinfonieorchester.

 

Сергей ГАВРИЛОВ