Камерный джаз Юваля Коэна

Сопрано-саксофонист, композитор и руководитель нескольких джазовых групп Юваль Коэн разработал свой собственный уникальный звуковой и мелодический подход к джазовой композиции и импровизации. Все его проекты выдержаны в русле объединения джаза и камерной академической музыки.

Коэн родился в 1973 г. в Тель-Авиве, изучал музыку в Тель-Авивской консерватории и в Высшей школе искусств им. Тельмы Йеллин. Во время учебы ему доверили исполнение Концерта для альт-саксофона и струнного оркестра Глазунова, он гастролировал как солист по Европе и Израилю. В 1996-м Юваль с отличием окончил музыкальный колледж Беркли (Бостон, США), представляя его своими композициями в публикации престижного журнала Jazziz. В 1997-м музыкант получил полную стипендию на обучение в магистратуре Манхэттенской школы музыки.

За пределами Израиля Юваль Коэн стал известен в первую очередь концертами, которые с 2003 г. давал вместе co своими сестрой и братом – кларнетисткой и саксофонисткой Анат Коэн и трубачом Авишаем Коэном (полный тезка израильского контрабасиста). Семейная группа называется «3 Cohens», она выпустила четыре альбома. С 2016 г. альбомы Авишая появляются в каталоге легендарного германского лейбла ECM Records, который выпустил уже шесть дисков трубача. Все они пользовались большим успехом, самый недавний из них, «Ashes to Gold», вышел в прошлом году. Авишай послушал недавние сольные записи Юваля и восхитился: «Ух ты, это замечательная музыка, она вполне подходит ECM Records» – и начал агитировать основателя и главу лейбла Манфреда Айхера в пользу своего брата. Семейная протекция сработала, и в феврале этого года в каталоге ECM Records появился дебютный диск Юваля, озаглавленный «Winter Poems» («Зимние стихи»).

 

Вместе с возмужавшими учениками

Название диска сочетается с одной из вошедших в него композиций – «Winter Poem» («Зимний стих»), – которая, в свою очередь, вдохновлена песенным циклом Франца Шуберта «Winterreise» («Зимний путь»). Новый квартет Юваля Коэна однажды стал играть мелодию «Gute Nacht», которой открывается шубертовский цикл. Она и стала источником вдохновения при написании темы «Winter Poem», в которой определенно присутствует атмосфера музыки Шуберта, передающей драматическое настроение ночной прогулки по снегу в лесу. И остальная музыка альбома сохранила это качество. Юваль рассказывает: «Во время концерта мы можем начать с темы Шуберта, а потом соединяем ее с моей музыкой. Tак приятно – развить шубертовские идеи в джазовом ключе. Получается удивительная музыка в духе, свойственном джазовому музыканту. Мне каждый раз сносит крышу, когда я играю что-то из Листа, Шуберта, Мусоргского или Шопена. При этом не стремлюсь играть ноту за нотой, но и стараюсь, чтобы эти прекрасные сочинения не превратились в некий банальный джазовый пастиш».

Юваль давно и много занимается преподавательской деятельностью. Он руководитель отдела джазовых исследований Иерусалимской академии музыки и танца, руководитель джазовых исследований в Израильской консерватории Тель-Авива, преподает в Высшей школе искусств им. Тельмы Йеллин и в филиале Новой школы при Тель-Авивской музыкальной консерватории. Именно преподавание помогло ему собрать новый квартет, с которым он записал «Winter Poems». Коэн познакомился с пианистом Томом Ореном, контрабасистом Алоном Неаром и барабанщиком Алоном Беньямини около 15 лет назад, когда был их учителем импровизации в Высшей школе искусств им. Тельмы Йеллин. Коэн говорит: «Мне очень повезло, что я много занимаюсь музыкальным образованием в Израиле. И на протяжении многих лет, практически в каждом своем классе я замечал музыканта, в котором есть особая искра творчества. Такой всегда нацелен идти вперед к далеким музыкальным горизонтам. Таковыми были все участники моего нынешнего квартета». В какой-то момент они все разъехались по разным странам. Но пандемия коронавируса заставила их вернуться в Израиль, потому что мир словно остановился. И тогда Коэн долгое время играл вместе с ними. А уже перед записью программы диска «Winter Poems» все четверо собрались дома у Юваля на неделю, много играли каждый день, чтобы сделать всю программу более совершенной. Коэн признается: «Я очень люблю этих троих невероятно талантливых молодых музыкантов. Они – замечательные люди. Мы чудесно провели вместе время, когда поехали во Францию для записи диска. Я с нетерпением жду будущих музыкальных приключений с ними, потому что это прекрасное сотрудничество с замечательными музыкантами и друзьями, каждому из которых около 30 лет».

Во время процесса проработки материала, создания окончательных аранжировок отсутствовал абсолютный диктат лидера, каждый участник квартета имел право высказать собственное мнение. Процесс был очень демократичным. Юваль поясняет: «Для меня моя роль как композитора заканчивается, когда высыхают чернила сочиненной мною темы. Затем группа собирается вместе – пианист, контрабасист и барабанщик обычно находят наиболее подходящее звучание. Все участники группы должны вместе исследовать пространство каждой композиции. И во время работы над аранжировкой ребята предлагают какие-то новые линии. Это отличный процесс совместного творчества с уже полностью сложившимися музыкантами, у которых так много замечательных идей. Позволять им осуществить их – просто счастье».

 

С чего начинается музыка

Около 15 лет назад Коэн обнаружил сильную связь между своей глубокой, развиваемой с самого детства любовью к джазовой музыке и классической музыкальной традицией, которая его постоянно воспитывает и вдохновляет. Собрав свой первый квинтет, Коэн добавил в него виолончель. И музыка группы стала звучать принципиально иначе. Десять лет назад умер отец Юваля, после чего он решил написать сюиту в честь родителя. В состав исполнителей Коэн добавил тромбониста. И с той поры оформилась новая музыкальная концепция Коэна, которую он назвал камерным джазом. У Юваля есть секстет, квинтет и квартет, которые развивают основную концептуальную идею своего лидера. Главное, что объединяет музыку всех его проектов, – сильный акцент на яркую мелодию, с которой для Юваля начинается вся музыка.

Коэн изучал композицию у Цви Авни, которому сейчас 96 лет. Он родился в Саарбрюккене (Германия), но еще ребенком вместе с родителями эмигрировал в подмандатную Палестину. В 1960-х Авни по рекомендации Эдгара Вареза начал работать в Columbia-Princeton Electronic Music Center. Позже основал электронную студию в Иерусалимской академии музыки, следуя советам своего наставника в Нью-Йорке Владимира Усачевского, одного из пионеров электронной музыки. Со временем Авни стал одним из ведущих классических композиторов Израиля. Именно он привил Коэну вкус к мелодии. Юваль рассуждает: «Когда homo sapiens только еще начинали музицировать в пещерах, когда они постигали музыку, они не использовали аккорды, они, вероятно, просто бормотали мелодии. Так что это и есть начало музыки».

С влиянием еще одного известного израильского композитора связано появление композиции Коэна «Helech Ruach» («Настроение»). В 1934 г. из Советского Союза в подмандатную Палестину эмигрировал Саша Аргов – автор нескольких сотен популярных в Израиле эстрадных песен. Одна из них «Hu lo yada et shma» («Он не знал ее имени»), в которой есть мелодический рисунок, связывающий куплеты. Эта музыкальная фраза и стала источником вдохновения для Юваля при сочинении «Helech Ruach».

 

От сопрано-саксофона до мелодики

С 1991 по 1994 г., во время воинской службы, Юваль Коэн играл на альт-саксофоне в биг-бэнде армии Израиля. В инструментальном арсенале Коэна тогда также были тенор-саксофон, кларнет, флейта и сопрано-саксофон. И такая жизнь мультиинструменталиста проходила довольно успешно. Но в 1997 г. Коэн перенес серьезную операцию, после которой по многим причинам пришлось выбирать – или играть только на сопрано-саксофоне, или вообще оставить исполнительскую практику. Юваль, конечно же, не смог полностью отлучиться от сцены и студийных сессий. И в течениe последних почти 30 лет ежедневно практикует игру на сопрано-саксофоне. Коэн обращает внимание: «Это сложный инструмент, он не позволяет вам дурачиться, вы не можете игнорировать его особенности. Для вдохновения я стал часто играть классические произведения, в том числе сочиненные для гобоя, скрипки или кларнета. И вот почему я придерживаюсь традиции чистого звука и интонации. Эти качества, по моему убеждению, являются частью игры на сопрано-саксофоне. И если у вас их нет, то игра на инструменте может превратиться в рискованное занятие».

Правда, на альбоме «Winter Poems» есть композиция «For Charlie» («Для Чарли»), при записи которой Коэн играл не только на сопрано-саксофоне, но и на более простом духовом инструменте – мелодике. Тема посвящена Чарли Чаплину, и она опять же стала ярчайшим примером преклонения Юваля перед ясной мелодией, которая, что называется, льется свободным потоком. Отправляясь во Францию для записи альбома «Winter Poems», Коэн взял с собой не только сопрано-саксофон, но и мелодику. Музыкант рассказывает: «Я купил этот инструмент, потому что бывают такие ситуации, когда саксофон с собой не возьмешь – например, во время отдыха, когда едешь на пикник, или во время длительной поездки на природу, в лес, когда хочется поиграть у вечернего костра. В таких ситуациях неудобно брать с собой дорогой и относительно большой инструмент. А вот мелодика идеально подходит для таких ситуаций. Иногда я позволяю себе играть на этом инструменте совсем простые мелодии, которые могут неловко звучать на саксофоне. С мелодикой ты снова как ребенок – можешь даже делать мелкие ошибки, потому что это не твой основной инструмент. Мелодика дает тебе новую свободу. Ты можешь сыграть на ней просто полную мелодию в определенный момент времени. И мне показалось, что этот инструмент даст хороший оттенок в пьесе, посвященной Чарли Чаплину».

 

Сергей ГАВРИЛОВ