Свидетель истории

115 лет назад родился Роман Кармен

Роман Кармен© WIKIPEDIA

Становление мастера

В 17 лет его первая фотография появилась в кольцовском «Огоньке». Это был больше чем успех – Кольцов плохие фотографии не печатал. После этого открылась дорога в газетy «Рабочая Москва», журналы «Прожектор», «36 дней» и «Всемирные иллюстрации», которые с охотой стали печатать его городские хроники, зарисовки и даже художественные эксперименты наряду с откровенно постановочными кадрами. Юный фотолюбитель в одночасье стал профессионалом – снимал, как на Красной площади хоронили Ленина, а в Доме печати запечатлел мертвого Есенина. Запечатлел, как толпы народа приветствуют приезд в Москву Горького. Не пренебрегал и портретной съемкой, увековечив для истории Пришвина и А. Толстого. Но в поисках интересного кадра был готов забраться на строительный кран или крышу высотки. Его снимки высоко ценил Маяковский.

Он создал собственный стиль – его фотографии во многом отличались от лобовых, в которых кроме агитации ничего не было, они несли в себе нечто большее: атмосферу, мысль, идею.

От статичного воспроизведения окружающего мира оставалось сделать шаг к его динамическому воспроизведению, и Кармен его сделал – в 1929-м поступил на операторский факультет Государственного техникума кинематографии, в 1932-м окончил его и в течение нескольких лет стал одним из ведущих советских документалистов. Уже первые его работы – серия сюжетов о коллективизации и фильм «Фабрика-кухня» – крутили во всех кинотеатрах страны. А когда кино перестало быть «великим немым», он не только снял репортаж о прилете в Москву Герберта Уэллса, но и записал с ним звуковое интервью.

Как оператор он снимал такие фильмы, как «Возвращение челюскинцев» (1933), «Парад на Красной площади» (1934), «Выступление товарища Сталина на торжественном заседании в Колонном зале Дома Cоюзов, посвященном пуску метрополитена им. Л. М. Кагановича» (1935); как режиссер – «Негр Робинсон – член Моссовета» (1932), «Парад на Красной площади в Москве» (1933) и другие. И все они пользовались необычайным успехом – он запечатлевал живую историю, то, чем жил тогдашний сталинский Советский Союз. И делал это талантливо, как и подобает настоящему мастеру.

 

Начинал с «Кодака»

Во всех фильмах в титрах стояло – Роман Кармен. Но вообще-то он был Корнманом, как и его отец Лазарь Корнман. Лазарь Осипович издавал журналы, писал статьи и сочинял стихи. Его жена Дина Лейпунер переводила с идиша на русский Бергельсона и других еврейских писателей. Оба были известны, но только в Одессе. Сын стал известным не только в Советском Союзе, но и во всем мире.

…Он возвестил о своем приходе в этот прекрасный и яростный мир осенью 1906-го, о чем в «Метрической книге о родившихся евреях», которая велась в одесском городском раввинате, была оставлена соответствующая запись: «17 ноября родился, 24 обрезан сын Эфраим. Родители: теофипольский мещ{анин} Лейзор Иось-Берович Коренман, жена Дына». А вскоре после рождения сына семья перебралась в Петербург и поселилась нe где-нибудь, а в самой Куоккале, знаменитом дачном поселке под Петербургом, где, гуляя по его дорожкам, маленький Рома мог запросто встретить тогдашних русских знаменитостей – Владимира Короленко, Корнея Чуковского, Юрия Анненкова и Илью Репина, которые снимали там дачи.

Случайно или нет, отец подарил сыну фотоаппарат «Кодак». После чего и началось его увлечение фотографией. Многие дети, вырастая из коротких штанишек, свои увлечения забрасывают. Он не забросил и стал выдающимся фотографом – родоначальником жанра советского фоторепортажа, мастером портрета, умело сочетающим документальное с художественным. И всегда добивался максимального воздействия на зрителя, передавая в одном кадре целую историю.

 

«Гренада, Гренада, Гренада моя…»

Вооруженный конфликт в Испании вспыхнул в июле 1936-го, мятеж генерала Франко против правительства Народного фронта мгновенно перерос в гражданскую войну. Но с первых же дней втянул во внутреннее столкновение нацистскую Германию, фашистскую Италию и Советский Союз – Гитлер и Муссолини деньгами и оружием помогали Франко, Сталин – республиканцам.

После первых же боев Кармен обратился с письмом к вождю – о войне нужно не только писать, войну надо снимать. И просил, чтобы его отправили в Испанию: советский оператор обязан снимать гражданскую войну, именно советский. С пометкой «Товарищу Сталину. Лично» отнес в бюро пропусков Кремля. Ответ не заставил себя ждать. Вождь отдал распоряжение принять Кармена начальнику Главного управления кинематографии Борису Шумяцкому. Разговор был короток: «Летите в Испанию! Вместе с Макасеевым (режиссер и оператор документального кино. – А. Д.)». И они полетели – в строжайшем секрете, без испанской визы (какие визы, если идет война, да и дипломатических отношений между Советским Союзом и Испанией не было), через Берлин и Париж. Эренбург посоветовал, как быстрее легально перебраться в Испанию, где гражданская война уже была в самом разгаре. Добрались до городка Ирун (на севере он граничил с Францией), на подступах к которому шли ожесточенные бои республиканцев с франкистами, и там сняли свои первые кадры о войне в Испании – женщина в черном с охотничьим ружьем, старый крестьянин с двустволкой, рабочие, ремесленники, вооруженные ополченцы. Главной задачей было создать героический образ испанского народа, вступившего в войну с фашизмом. Здесь же получили боевое крещение. На следующий день под разрывами бомб вернулись в Париж – Москва ждала первый репортаж. 23 августа материал ушел рейсовым самолетом. Через два дня на экраны страны вышел первый выпуск «К событиям в Испании». И все это произошло всего через шесть дней после их отлета. Непревзойденная по тем временам оперативность в работе.

Резонанс был невероятным: ни один художественный фильм в те годы не имел такого успеха, как это документальное кино, – зрители штурмовали кинотеатры, миллионы людей хотели увидеть героическую борьбу испанского народа.

Они вернулись в Москву в 1937-м. За время пребывания на войне исколесили на автомобилях, самолетах, поездах и пешком вдоль и поперек всю свободную от фашистов Испанию, израсходовали больше 40 тыс. м пленки, запечатлев борьбу республиканцев и бойцов интернациональных бригад с войсками Франко и его союзников, зафиксировав военные преступления фашистов против мирного населения. Они стремились рассказать правду об этой войне, и ради этой правды готовы были пожертвовать всем, даже жизнью, не раз попадая под бомбежки и обстрелы. А когда Мадрид покинули все иностранные кинооператоры – они остались.

В Испании Кармен познакомился с немецким писателем Людвигом Ренном и американцем Хемингуэем, который вместе с голландским кинодокументалистом Ивенсом снимал тогда фильм о событиях на Пиренеях. Именно с того времени начнется дружба Романа Кармена и Эрнеста Хемингуэя, которая продлится до самой смерти писателя в 1961-м.

На основе киноматериалов Кармена и Макасеева было смонтировано еще 19 спецвыпусков «К событиям в Испании», режиссер Эсфирь Шуб создалa фильм «Испания» – признанный шедевр мировой кинодокументалистики.

А стихотворение «Гренада, Гренада, Гренада моя…» еще задолго до испанских событий, в 1926-м, напишет Михаил Светлов. Оно было популярным до гражданской войны в Испании, новый всплеск популярности произойдет во время нее и после.

«Сороковые, роковые…»

Когда началась другая война, Карменa призвали на военную службу 25 июня 1941 г. Дали кинокамеру и сказали – снимай для истории.

И он снимал.

На Северо-Западном фронте и везде, куда бросала судьба, то бишь воля начальства – под Москвой и под Ленинградом. Один из лучших советских кинодокументалистов руководил фронтовыми киногруппами Центрального, Западного и 2-го Украинского фронтов. А когда американское агентство печати «Юнайтед Пресс» обратилось с просьбой назначить им советского корреспондента для освещения боевых действий (иностранные корреспонденты на фронт не допускались), Совинформбюро (разумеется, с позволения ЦК, а может быть, и выше) разрешило не кому-нибудь, а проверенному в Испании Кармену работать на американское агентство, которое распространяло свои материалы не только в Америке, но и по всему миру. Что было важным и необходимым Советскому Союзу.

И в это время он узнал, что его вторая жена, известная московская красавица Нина Орлова, ушла от него к сыну вождя. Единственный, кто мог помочь в этой ситуации, был сам вождь. Которому (таковы были советские нравы: решать любовный треугольник помогало начальство, в случае Кармена – самое высшее) он написал письмо. Сталин прежде всего был политиком и, как все политики, – прагматиком: приносящий пользу стране Роман Кармен в это время ему был важнее и нужнее, чем бездельник Василий Сталин, закатывавший гулянки на даче в Зубалово (это в военное время!). А потому он стал на сторону обиженного Кармена.

Во время одной из таких гулянок начальник охраны вождя генерал Власик вручил Василию письмо, полученное от его всемогущего отца: «Верните эту дуру Кармену. Полковника Сталина арестовать на 15 суток».

Все это быстро дошло до Кармена, и в августе 1942-го, когда его отозвали с фронта, чтобы запечатлеть для истории прибытие Уинстона Черчилля в Москву (а такой важный визит доверили снимать только Роману Кармену), он вернулся c успокоенным сердцем.

А потом опять была война. Через год в Сталинграде он снимал сдачу в плен генерал-фельдмаршала Фридриха Паулюса.

 

Из воспоминаний Кармена

«В 2 часа 15 минут 1 февраля фельдмаршала Паулюса ввели в комнату. Переводчик майор Дятленко сказал ему: „Перед вами представитель Ставки Верховного Главнокомандования маршал артиллерии Воронов. И командующий войсками Донского фронта генерал-полковник Рокоссовский“. Фельдмаршал, стоя навытяжку, молча склонил голову. Ему предложили сесть… „Фельдмаршал… – сказал Воронов, – мы предлагаем вам… обратиться к вашим солдатам и офицерам с предложением сложить оружие. Этим вы предотвратите бесполезное кровопролитие…“

…Над столом горела маленькая автомобильная лампочка от аккумулятора. Я, сидя в уголке, записывал в блокнот, почти стенографически, каждое слово исторического диалога. Я оказался единственным журналистом, присутствовавшим там. Несколько раз щелкнул фотоаппаратом. Снимок „Допрос Паулюса“ обошел потом всю мировую печать…

Лицо Паулюса изредка сводила нервная судорога. Первый полководец гитлеровской армии, сложивший фельдмаршальский жезл к ногам победоносной Красной армии, сидел подавленный. Он словно только сейчас в полной мере начинал отдавать себе отчет в том, какая трагедия постигла его войска и его самого – первого в истории войн фельдмаршала, сдавшегося в плен. Тишину нарушал только легкий треск моего киноаппарата, фиксировавшего этот исторический эпизод».

Могила Р. Л. Кармена на Новодевичьем кладбище

На следующий день вместе со своим напарником кинооператором Борисом Шером они вылетели в Москву, чтобы без промедления доставить отснятые материалы всех операторов Сталинградского и Донского фронтов, снимавших Сталинградскую битву и разгром немецких войск, на самолете, который им выделил Рокоссовский.

Кармен прошел все дороги войны и дошел до Берлина. В начале зимы 1945-го снимал стратегическое наступление советских войск на правом фланге советско-германского фронта – Висло-Одерскую наступательную операцию, был с войсками Красной армии и Войска Польского, освобождавших Варшаву, весной – снимал, как советские войска ликвидировали кенигсбергскую группировку, захватив город. И был одним из первых кинооператоров, который снял узников концлагеря Майданек в первые часы его освобождения. Это он в ночь с 8 на 9 мая 1945-го снимал в здании офицерского клуба бывшего военно-инженерного училища, расположенном в берлинском предместье Карлсхорст, эпохальные кадры подписания фельдмаршалом Кейтелем акта о безоговорочной капитуляции Германии.

«В Карлсхорсте в томительном бездействии провели много часов… Зал выглядел более чем просто. Столы покрыты зеленым сукном, за ними стали занимать места советские генералы – командующие прославленными армиями, начальники штабов – Богданов, Чуйков, Берзарин, Радзиевский, Телегин, Малинин…

Несметное количество журналистов, фотографов, кинооператоров… Много американцев, англичан, французов… Но вот по переполненному залу прошел шумок, и ровно в 12 часов – ноль часов 9 мая 1945 г. – в зал вошел маршал Георгий Жуков… Вслед за Жуковым в некотором отдалении шли к столу представители командования союзников Теддер, Спаатс, Берроу, Делатр де Тасиньи. В наступившей тишине прозвучали слова Жукова, приказавшего ввести в зал представителей верховного немецкого командования.

Зал замер в ожидании. Застрекотали кинокамеры. В дверях появился Кейтель. Он в мундире при всех орденах, за ним его свита. Шагнув в переполненный зал, он остановился и вытянул руку с фельдмаршальским жезлом. Жест получился фальшиво театральный, неуверенный. Кейтель продолжал стоять навытяжку, ему предложили сесть. Уселся тоже как-то неуверенно, боком и повел глазами по залу, оглядывая сидящих за столами советских генералов и маршалов. С этими полководцами свела его судьба на дорогах Украины, в подмосковных лесах, в степях Сталинграда… Рука, лежащая на фельдмаршальском жезле, слегка дрожит… Он опустил глаза. Жуков сказал: „Согласны ли представители верховного немецкого командования подписать акт о полной и безоговорочной капитуляции?“ – „Яволь!“ – ответил отчетливо и громко Кейтель. Он согласен. Даже рука его потянулась к авторучке в верхнем кармане френча. Но неожиданно в тишине прозвучал холодным голосом произнесенный Жуковым приказ: „Я предлагаю немецким представителям подойти к нашему столу и здесь подписать акт о капитуляции“… Вслед за Кейтелем и его генералами акт был подписан представителями союзного командования. А когда Кейтель вернулся к своему столу и устало опустился на стул, он услышал приказ: „Германская делегация может покинуть зал!“…

То, что произошло этой ночью, с трудом умещалось в сознании. Война стала за эти четыре года нашей жизнью, нашим существованием. И вот она закончилась этой ночью. Этo была последняя ночь войны. Об этом сейчас гудят телеграфные провода, весть несется над истерзанными, испепеленными полями Европы, заходит в дома, стучится в сердца…»

 

«Суд народов»

После мая 1945-го в Карлсхорсте был ноябрь 1945-го во Дворце юстиции в Нюрнберге, где Международный военный трибунал судил главных военных преступников – от рейхсминистра авиации Геринга до главного редактора антисемитской газеты Der Stürmer Штрейхера – и на котором киноматериалы Кармена были представлены обвинителями как наглядное доказательство преступлений нацистского режима.

Кармен снимал и на самом Нюрн­бергском процессе – в 1947 г. вместе с Елизаветой Свиловой создал полнометражный документальный фильм «Суд народов». Фильм, который представлял часовую хронику этого уникального процесса не только в юридической практике, но и в жизни всего человечества.

Это был шедевр кинодокументалистики. Кармен и операторы Виктор Шатланд и Борис Макасеев, также участвовавшие в киносъемках, в том же 1947 г. были удостоены за него Сталинской премии.

В течение часа все могли наблюдать за тем, что происходило во Дворце юстиции. За тем, как произносили речи обвинители. За тем, как вели себя обвиняемые, – за их мимикой и жестами. Валерий Хоменко, ученик Кармена во ВГИКе, вспоминал один из рассказов Мастера о процессе: «Геринг как-то обратил внимание на меня, советского кинооператора, и решил на мне испытать силу своего взгляда, а это была, конечно, сильная личность... Я, однако, не отвел своих глаз...» Он восхищался авторским текстом Бориса Горбатова: «Какая блестящая фраза про крючкотворов – адвокатов нацистов: „Это – последняя линия нацистской обороны!“ Текст вообще был так прекрасен, что я клал его (как ноты на рояль) перед собой на монтажный стол и монтировал под него!»

Наверно, самым выразительным в фильме был эпизод, названный, как и сам фильм, «Суд народов». Там звучали такие слова: «Кто судит? Восстанут мертвые и живые, все народы всех стран придут на суд». «А тут еще, – передавал ученик слова учителя, – музоформитель предложил нам использовать здесь патетический фрагмент из симфонии „Манфред“ Чайковского; под эту музыку у нас шествовали на экране люди из хроники – бойцы, партизаны, пленные...»

 

«Никто не забыт, ничто не забыто…»

К войне Кармен вернется через двадцать лет, когда к 20-летию со дня Победы над фашистской Германией было решено вместе с американскими кинематографистами снять документальный телевизионный сериал, который в Советском Союзе будет демонстрироваться под названием «Великая Отечественная», а в Соединенных Штатах – «Неизвестная война». Американцы обратились с предложением к русским, русские дали добро – разрядка международной напряженности была в зените, Брежнев налаживает отношения с президентами США Никсоном, Фордом и Картером, президентами Франции Жоржем Помпиду и Жискарoм д’Эстеном, канцлерами ФРГ Брандтом и Шмидтом.

Сериал из 20 серий (здесь совпало с 20-летием Победы) был создан при участии американской компании Air Time International и Совинфильма (Всесоюзное объединение по совместным постановкам кинофильмов и оказанию производственно-творческих услуг зарубежным киностудиям и кинофирмам) – фильм должен был демонстрироваться в обеих странах, и поэтому делали два варианта – для жителей США и жителей СССР.

Продюсировал сериал Фрeд Виннер, захотевший рассказать своим соотечественникам правду о войне и роли в ней Советского Союза.

Роман Кармен, герой испанской войны, снимавший войну с немцами с первого до последнего дня и возглавлявший в те годы фронтовые киногруппы Центральной студии документальных фильмов, стал художественным руководителем группы.

Правда, Кармен мог им и не стать, если бы не Брежнев, машину которого на одной из фронтовых дорог oн однажды вытащил из грязи. Генсек (как бы к нему ни относиться) никогда не забывал войну и помнил добро. Он же настоял на том, чтобы текст для американцев читал Берт Ланкастер: не потому, что тот был звездой Голливуда, а потому, что воевал с немцами в Северной Африке.

Русскую версию озвучивал Василий Лановой, встретивший 22 июня 1941-го в захваченном немцами селе, куда он семилетним ребенком приехал к дедушке и бабушке.

Кармен не увидел премьеру фильма: он скоропостижно скончался 28  апреля 1978-го.

Премьера прошла 23 февраля 1979 г. в московском кинотеатре «Россия». По ТВ фильм демонстрировался в течение двух месяцев с 5 мая по 14 июля. И как в Советском Союзе, так и в Америке имел огромный успех. В 1980-м его создатели получили Ленинскую премию.

А в 1987 г. в советском «Энциклопедическом словаре» о Кармене написали: «Его кинокамера запечатлела волнующие события борьбы трудящихся многих стран мира за свою свободу и независимость, мир и социальный прогресс. Работы Карменa отличаются выразительностью монтажного и звукoвого решения, мастерством репортажных съемок».

 

Андрей ДНЕПРОВ

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


Штрихи к портрету

Штрихи к портрету

130 лет назад родился Мане Кац

Бремя воспоминаний

Бремя воспоминаний

Тени прошлого и сближение поколений в фильме «Сокровище»

Что нам остается в этой жизни?..

Что нам остается в этой жизни?..

120 лет назад родилась Татьяна Пельтцер

«И чувства добрые я лирой пробуждал»

«И чувства добрые я лирой пробуждал»

К 225-летию со дня рождения Александра Сергеевича Пушкина

«Мое жизненное кредо – к цели не стремиться, а прогуливаться»

«Мое жизненное кредо – к цели не стремиться, а прогуливаться»

Беседа с Вячеславом Верховским

Великий киевлянин

Великий киевлянин

45 лет назад не стало Натана Рахлина

«Я живу, чтобы действовать»

«Я живу, чтобы действовать»

Десять лет назад скончался Эли Уоллах

Земля молчит… Памяти Невельского гетто

Земля молчит… Памяти Невельского гетто

Евреи – жертвы Холокоста и воины Красной армии

Евреи – жертвы Холокоста и воины Красной армии

Целитель

Целитель

Рецепты нашей современной еврейской семьи с рассказами и сказками автора

Рецепты нашей современной еврейской семьи с рассказами и сказками автора

«В жизнь контрабандой проникает кино»

«В жизнь контрабандой проникает кино»

Давид Кунио, сыгравший в фильме «Молодость», – заложник ХАМАСa

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!