Лето нашей осени

Самое горькое – в том, что эта книга Дмитрия Бавильского (1969–2026) – прозаика, эссеиста, литературного и художественного критика – оказалась посмертной. К счастью, он успел сам ее и составить, и выстроить, и сдать в издательство. Бавильский вообще был известен тем, что писал тексты неожиданные, ломающие форматы, нарушающие границы, соединяющие прежде не соединявшееся. Такова и эта его книга – одна из последних.

Формально это дневник – Бавильский любил и умел высказываться в этом жанре – о росте и развитии троих его племянников, детей его сестры, которых каждое лето на неделю-другую привозили к бабушке с дедушкой в Челябинск. Книга глубокая, умная, сложная и намного превосходит обычные поденные записи о становлении маленького человека: Бавильский пишет художественный текст о нравах и обычаях своей челябинской среды, о повседневной жизни вообще, об ее устройстве, о едва заметных глазу ее изменениях, порождающих тектонические сдвиги. Ориентиры письма этого типа – Мишель Монтень и Марсель Пруст. Для нас же они представляют интерес прежде всего потому, что племянники – израильтяне, люди двух культур сразу – но прежде всего, конечно, израильской.

Как видит маленький израильтянин экзотичную для него русскую провинцию? Как складывается его мировосприятие, мышление, речь под влиянием двух культур, двух поведенческих и языковых матриц? Вот об этом тут много интересных и точных наблюдений.

«Какие у вас в России дороги интересные, – замечает двенадцатилетний Данель, гуляя с дядей Димой по раздолбанным челябинским тротуарам. – Как это сильно отличается от наших дорог <…> С одной стороны, тут у вас словно бы совсем не заботятся о пешеходах, заставляя людей заниматься стихийным скалолазанием по горизонтальной поверхности, но с другой стороны, какой простор для моих проездов на спортивном велосипеде!»

Ах, какая русская речь у юного билингвы. Все бы его ровесники так изъяснялись.

Дмитрий Бавильский. Лето нашей осени. – М.: Время, 2026. – 640 с. – (Самое время!)

ISBN 978-5-9691-2639-8