«На нашей стороне были счастье и удача»

К 40-летию со дня смерти Шандора Радо

Шандор Радо в 1930-е гг.

Недавно в одной из публикаций «ЕП» упоминалось имя Шандора Радо. А до этого на российском телевидении (канал НТВ) состоялась премьера документально-художественного сериала «Соня – суперфрау», созданного по книге Рут Вернер (Урсулы Кучински) «Соня рапортует». В фильме есть небольшой эпизод, когда Урсула (Соня) встречается в Женеве с Шандором Радо (Альбертом) – руководителем сети советской разведки в Швейцарии. По заданию Центра опытная радистка и не менее опытный агент ГРУ Урсула помогает группе Радо восстановить связь с Москвой, утерянную перед войной. Как только я увидел на экране фотографию Шандора Радо из секретного архива ГРУ, память мгновенно отбросила меня почти на 40 лет назад в Киргизию, во Фрунзе (ныне Бишкек), где чудесным образом случилась моя встреча с этим человеком-легендой. Вспомнил я и свою статью об этой встрече, опубликованную тогда в центральной республиканской газете. Статью, написанную еще довольно молодым, не очень опытным журналистом, к тому же зашоренным, как и все мы тогда, советской пропагандой. Впрочем, все по порядку…

 

Итак, осенью 1980 г. мне на работу, в редакцию Киргизского телеграфного агентства (КирТАГ) позвонил мой друг Исраил Ибрагимов, хороший уйгурский человек, доцент Киргизского университета, геолог, писатель и киносценарист.

– Ты знаешь, что во Фрунзе будет проходить съезд Географического общества СССР? – спросил он меня.

– Обижаешь, дорогой! Конечно, знаю. Я же как-никак завотделом науки и культуры КирТАГа.

– А кто будет среди гостей съезда, тоже, небось, уже пронюхал? – продолжал допытываться мой друг.

– В общем плане. Окончательный список участников мы еще не получили. Конечно, Папанин, Трешников, другие известные полярники, – уже не так уверенно отвечал я.

– Значит, ты еще не знаешь самого интересного. Мне шепнули знакомые в оргкомитете, спешу тебе сообщить: венгерскую делегацию возглавляет президент Венгерского географического общества профессор Шандор Радо. Радо! Это же легендарный советский разведчик, один из руководителей «Красной капеллы»! Вот бы тебе с ним интервью сделать!

Надо честно признать: о Радо, как и о «Красной капелле», я в то время слышал лишь краем уха. На слуху были Рихард Зорге и Рудольф Абель, которые в те годы в СССР превратились в культовые фигуры. Срочно разыскал в республиканской библиотеке книгу Радо «Под псевдонимом „Дора“. Воспоминания советского разведчика» и некоторые газетные статьи о нем. Прочел все это, и меня поразила почти фантастическая история разведывательной сети «Доры» в Швейцарии…

Он сражался с гитлеровской Германией не на полях боевых действий, а в «тихой» и нейтральной Швейцарии – Женеве и Люцерне. Здесь Шандор жил под своим настоящим именем с женой, детьми и тещей, был владельцем и единственным сотрудником мини-компании «Геопресс», издававшей географические карты и аккредитованной при отделе печати Лиги Наций.

Сама логика жизни и борьбы привела к тому, что убежденный коммунист и антифашист Шандор Радо (о том, что он был венгерским евреем, ни в его книге, ни в разговорах со мной, естественно, не упоминалось, а сам я, к стыду своему, тогда даже не подозревал об этом), больше всего на свете любивший географию и составление карт, знавший шесть европейских языков и обладавший острым аналитическим умом, стал руководителем советской разведывательной сети в Швейцарии.

Связисты группы Шандора Радо, действовавшего под простеньким псевдонимом «Дора», передавали в Москву секретнейшие стратегические и оперативные сведения вермахта.

Еще весной и летом 1941 г. рация «Доры» передала в Москву шифрованные сообщения о переброске германских войск к границам Союза. А уже в первые дни войны советское командование получило от «Доры» план гитлеровской операции по захвату Москвы. Затем была передана шифровка о решении японского Генштаба не нападать на СССР в первый период войны. Эти сведения были подтверждены и группой Рихарда Зорге, что позволило перебросить для обороны Москвы дальневосточные дивизии Красной армии.

Постоянно рискуя жизнью, Шандор и его помощники за три года своей работы-подвига передали советскому командованию 6000 шифрованных радиограмм! В частности, такие важнейшие сообщения, как концентрация войск и боевой техники на Южном фронте; расположение и характеристика германских войск в районе Сталинграда; сведения о производительности заводов вооружения, запасах горючего, расположении баз, аэродромов и полевых штабов вермахта. Наконец, благодаря действиям группы «Доры» была рассекречена тщательно оберегаемая гитлеровцами тайна операции «Цитадель» – планировавшегося наступления германских войск под Курском. Шандор Радо передал в Центр и сведения о новом сверхсекретном тяжелом танке «тигр», на который в операции «Цитадель» возлагались особые надежды. В радиограммах «Доры» сообщалось, что «тигр» уязвим при ударах с воздуха. Все это заставило советское командование сосредоточить в районе немецкого наступления превосходящие силы, компенсировав таким образом преимущество немцев в технике и выучке войск. Позже «Дора» передал и точные сведения о потерях немцев в этом сражении.

Высочайшим внутренним напряжением был отмечен для группы Радо период с весны до поздней осени 1943 г., вплоть до провала их радиоквартир. Они знают, что их рации пеленгуют, что к ним подсылают провокаторов. Они догадываются, что над ними сгущаются тучи. Небезызвестный Шелленберг пять раз в течение года обращался к швейцарским властям с требованием принять самые решительные меры в отношении «красной тройки» (связь с Центром поддерживали три рации «Доры»), а Клаус Барбье – палач Лиона – готовил с французской территории гангстерское похищение «Доры».

Тревожась за судьбу группы, Центр рекомендует менять радиоквартиры, реже выходить в эфир. «Но в наших руках была в то время информация, которую мы не могли не передавать», – говорит Радо. «Мы» – это сам Шандор и его жена Лена Янцен, швейцарские антифашисты супруги Эдмонд и Ольга Хамель, радистки Соня и Сиси (обе – польские еврейки, как я узнал много позже. Соня – это Урсула Кучински, а Сиси – Рашель Дюбендорфер, в девичестве Гаппнер), отказавшиеся выполнить приказ Центра временно прекратить работу, так как только через них шла связь с «фантастическим источником информации».

Такая оценка принадлежит Алену Даллесу, в те времена шефу американской разведки в Швейцарии. Вот что он писал в книге «Искусство разведки»: «Советское командование использовало фантастический источник информации, находившийся в Швейцарии, по имени Рудольф Рёсслер… Рёсслеру удавалось получать в Люцерне сведения, засекреченные высшим германским командованием в Берлине, с непрерывной регулярностью, часто менее чем за 24 часа после того, как принимались ежедневные решения по вопросам Восточного фронта…»

А один из руководителей Главного разведывательного управления Советской армии впоследствии признавал: «В те годы резидентура „Доры“ была нашей лучшей разведывательной сетью в Европе».

Набравшись этих и других сведений о Шандоре Радо и его группе, я поспешил на открытие съезда, где меня обещали познакомить с профессором Радо. Вот как я описывал эту встречу в своем очерке, опубликованном в газете «Советская Киргизия» в 1980 г.:

«Он вновь посетил Киргизию – ровно через 55 лет после своего первого путешествия по горному краю. Как прилежный студент, чутко и сосредоточенно слушает он доклады участников VII съезда Географического общества СССР, тщательно записывает все интересное, пытливо всматривается в географические карты и атласы. Ученый с мировым именем, один из выдающихся современных картографов, президент Венгерского географического общества, доктор географических и экономических наук, профессор Будапештского, Московского, Берлинского, Парижского университетов Шандор Радо не стесняется задавать вопросы своим молодым коллегам, жадно следит за ходом научных дискуссий, не пропуская ни одной экскурсии или поездки по республике.

Этот седовласый скромный, даже несколько застенчивый человек внешне ничем не отличается от сотен делегатов и гостей съезда. Немало знаменитостей, людей с удивительными судьбами, героическими биографиями значится среди участников и гостей съезда советских географов. Но даже на фоне такого созвездия имен жизнь Шандора Радо представляется поразительно емкой и героической одиссеей ХХ века. Это одиссея несгибаемого коммуниста-ленинца, бойца-интернационалиста, смелого и неуловимого разведчика, наконец, это одиссея пытливого ученого-географа, путешествовавшего по Земле не только из профессиональной необходимости, но и по велению большого, неравнодушного к судьбам мира сердца.

Недаром, когда председательствующий на съезде предоставил слово для приветствия руководителю делегации географов Венгерской Народной Республики Александру Гавриловичу Радо (так многочисленные советские друзья называли профессора), зал взорвался оглушительной овацией.

В президиум съезда товарищ Радо передал факсимиле своей книги „Путеводитель по СССР“, вышедшей в 1927 г. в Германии. Упомянул он и о своем путешествии в Среднюю Азию, в Киргизию, в 1925 г. В его книге есть страницы, посвященные Киргизской Советской Автономной Республике, Пишпеку, к тому времени переименованному в город Фрунзе, другим населенным пунктам Киргизии. Целый год путешествовал тогда молодой венгерский географ, политэмигрант Шандор Радо по стране Советов, и его книга в тысячу с лишним страниц была едва ли не первым на Западе подробным, взволнованным рассказом об СССР. Он был и автором первой вышедшей за рубежом политической карты Советского Союза.

В путешествие по Советской России молодого венгерского коммуниста-географа снарядило только что созданное тогда Общество дружбы и культурных связей с зарубежными странами. Выбор на Шандора Радо выпал не случайно. В свои 25 лет он имел уже богатую биографию революционера-интернационалиста. В 1919 г., в дни революции у себя на родине, в Венгрии, юный офицер австро-венгерской армии переходит на сторону восставших, вступает в коммунистическую партию, становится комиссаром артиллерийской батареи в дивизии венгерской Красной армии. После поражения Венгерской Советской республики политэмигрант Радо основывает в Вене отделение Российского телеграфного агентства – РОСТА-ВИН. Бюллетени, выпускаемые Шандором Радо и его помощниками на немецком, английском и французском языках, рассказывали западным читателям о положении дел в Советской России. Позже, уже будучи студентом Лейпцигского университета, Шандор Радо работал в пресс-группе Третьего конгресса Коминтерна в Москве. Встречался с Лениным, слушал знаменитую речь Ильича перед зарубежными коммунистами.

…Профессор, провожаемый горячими аплодисментами зала, медленно возвращается на свое место. Он взволнован, глаза его поблескивают за толстыми стеклами очков. О чем думает, что вспоминает в эти минуты Шандор Радо?

Глядя на этого сугубо штатского, по-профессорски немного рассеянного, медлительного человека, никак не заподозришь его в ратных доблестях. А между тем он имеет воинские звания полковника советской и венгерской армий, генерала войск ГДР и подполковника французской армии. Ученый из Венгрии – кавалер 38 орденов и медалей разных стран, в том числе орденов Ленина, Отечественной войны, Дружбы народов. И почести эти возданы товарищу Радо по праву, как человеку, внесшему большой вклад в успешную борьбу народов Советского Союза и Европы с коричневой чумой фашизма…»

Так, не без наивного советского пафоса, писал я о Шандоре Радо более 40 лет назад, в самый пик брежневской эпохи застоя, когда о многом еще нельзя было говорить, а в то, о чем мы писали, большинство из нас, увы, искренне верило. Но вернусь к встрече с «Александром Гавриловичем».

В перерыве мы познакомились с профессором, и он предложил мне проводить его до гостиницы и там поговорить. В одноместном номере интуристовской гостиницы «Ала-Тоо» – одной из лучших в тогдашнем Фрунзе (и, по-видимому, одной из наиболее прослушиваемой КГБ, о чем я мог только догадываться) – мы и побеседовали с Шандором Радо около двух часов. Он неспешно потягивал минеральную воду со льдом («У вас очень жарко, без лёда никак нельзя») и, не торопясь, рассказывал, как я тогда написал, «о былом и сегодняшнем, о географии и жизни, что, впрочем, для него одно и то же». Сказать честно, ничего героического, романтического или таинственного в его облике не было. Более того, ничего профессорского тоже. Его можно было принять за бухгалтера, библиотекаря, старого учителя. Простая навыпуск рубашка, свободные, пузырящиеся на коленях брюки, круглые старомодные роговые очки. Правда, за стеклами очков остро поблескивали очень умные и добрые глаза, да хорошая, почти без акцента русская речь выдавали в нем много знающего, интеллигентного человека.

Начал он просто, без всякой рисовки:

– Война – это жестокие и тяжелые годы, и наша работа в Швейцарии – это хоть и необходимый, но не типичный эпизод в моей жизни, о котором я не очень-то люблю вспоминать. Я всю жизнь стремился заниматься своим любимым делом – географической наукой, картографией. По природе своей я человек общительный, открытый. И, может быть, именно поэтому нестерпимее всего в те годы было для меня притворяться, играть, скрывать свое истинное лицо, свои чувства, свою ненависть к врагу. К тому же у меня не было никакой профессиональной подготовки разведчика, до всего приходилось доходить самому.

– Что же все-таки помогло вам выстоять? – спросил я.

– С нами работали, нам помогали, всей душой к нам стремились замечательные люди – бесстрашные и честные антифашисты, подлинные интернационалисты. Это были люди разных взглядов и разных национальностей – немцы и швейцарцы, австрийцы и французы, голландцы и венгры. Всех нас объединяла, придавала силы святая ненависть к фашизму, уничтожающему человеческое достоинство, несущему народам огонь и смерть. И еще, я думаю, на нашей стороне были счастье и удача.

…Странно, размышляю я сегодня, почему в перечне национальностей Радо не упомянул евреев? Ведь мало того, что сам он принадлежал к их числу, но и многие из его ближайших помощников и зарубежных информаторов были евреями. Возможно, это была привычная осторожность опытного разведчика и человека, понимавшего, в какой стране он находится и где дает интервью. К тому же, как мне кажется, он и во мне не почуял соплеменника и потому не стал откровенничать. Ведь вот в интервью моему коллеге Владимиру Шляхтерману в Будапеште в 1977 г. на вопрос, сколько и какие люди работали в группе «Доры», Радо ответил: «Около 80. Информаторы имелись у меня в Германии, в Италии, в Австрии, во Франции. Это были не только граждане названных стран, но еще и англичане, евреи, испанцы, венгры, швейцарцы».

С другой стороны, мой собеседник очень спокойно, без эмоций сообщил мне, что девять лет провел в советских тюрьмах и лагерях и что спас его маршал Тито, потребовавший от Хрущева освободить всех югославских политзаключенных. «Вместе с ними выпустили и меня – видно, тоже сошел за югослава. Потом вернули все награды, восстановили в звании полковника», – бесстрастно добавил Радо, породив сильнейшую бурю в моей душе: «Какой ужас! Одного из лучших своих военных разведчиков, с каждодневным риском для жизни добывавшего бесценные сведения для Советской армии, советское же государство безжалостно зашвыривает на десять лет тюрьмы и лагерей. За что?! Только Сталин был на такое способен!». Увы, к тому времени усилиями Брежнева и КПСС имя Сталина снова стало взгромождаться на пьедестал, всякое упоминание о терроре и репрессиях сталинской эпохи исчезло из СМИ. Шандор Радо тоже не стал распространяться на эту тему, а я постеснялся ее ворошить...

Теперь-то мы знаем, что практически вся европейская резидентура советской военной разведки была обманным путем доставлена в Москву и жесточайшим образом репрессирована в качестве «врагов народа» (более подробно об этом – в «ЕП», 2021, № 6).

Та же участь, что и Радо, постигла и некоторых его сподвижников. В частности, к десяти годам заключения были приговорены Рашель Дюбендорфер и ее муж Пауль Бёртхен, также работавший на советскую разведку.

Могила Шандора Радо

Когда Шандора выпустили из «казенного дома» в СССР и он вылетел на родину, в Будапешт, то попал, как говорится, из огня да в полымя. В дни народного восстания в Венгрии в 1956 г., жестоко подавленного советскими танками, его дом окружили повстанцы: Радо был в списке видных коммунистов. Ему бы не избежать расправы, если бы кто-то не вспомнил, что этот коммунист и советский разведчик сам стал жертвой коммунистического режима и почти девять лет «отбарабанил» в советских лагерях. Но ненависть к советскому режиму и коммунистам была в Венгрии такова, что это отражалось и на Шандоре Радо. Он сам сказал мне о том, что даже здесь, в Киргизии, в возглавляемой им делегации венгерских географов есть люди, ненавидящие его и шипящие ему вслед из-за его приверженности коммунистической идеологии.

Как мне показалось, он действительно оставался убежденным коммунистом и искренне верил в превосходство идеологии марксизма-ленинизма. Во всяком случае, на мой вопрос, есть ли у него любимый герой, пример для подражания, Радо без колебания и, по-моему, совершенно искренне ответил: «Владимир Ильич Ленин. Он как камертон, по которому сверяешь свою жизнь».

– А какие качества вы больше всего цените в людях? – спросил я его.

– Искренность, откровенность, доброту…

– Ваш любимый писатель?

– Генрих Гейне, а из русских – Лев Толстой…

И, конечно же, в ходе разговора я не мог не поинтересоваться, что известно Шандору о его «фантастическом источнике информации» Рудольфе Рёcслере – «Люци».

– Вопрос «кто был кто?» не ясен и до сих пор, – ответил Радо. – Берлинские информаторы и их представитель в Швейцарии согласились сотрудничать с нами лишь при условии, что мы не будем допытываться, кто они. Осторожность оказалась нелишней: радиограмма Центра с запросом на сей счет была перехвачена и прочитана в Берлине. Можете себе представить, с каким нетерпением немцы караулили в эфире наш ответ!.. Вне всякого сомнения, с нами сотрудничали бесстрашные люди, ненавидевшие Гитлера, отличные конспираторы, которые в 1942 г. пришли к выводу, что хребет фашизму может быть перебит именно на Востоке. В сохранившихся документах СД и гестапо нет никаких данных о них: видимо, они избежали провала. Со временем мы узнали имя их швейцарского представителя – Рудольфа Рёсслера. Увы, немецкий эмигрант и антифашист Рёсслер скончался в 1958 г. и унес в могилу тайну своих источников из осиного гнезда в Германии.

Не совсем ясен ответ и на другой вопрос: как связывались безымянные информаторы из штаб-квартиры вермахта в Берлине с Рёсслером, жившим в швейцарском Люцерне. Радо упомянул в связи с этим вышедшую в ФРГ книгу Берндта Руланда «Глаза Москвы». Автор ее, служивший офицером в центре связи вермахта, рассказал, что огромная масса директив и сообщений из ОКВ – верховного главнокомандования германской армии – не шифровалась, а набивались на бумажные ленты и по линиям связи передавались адресатам. Однажды он заметил, что две девушки-телеграфистки не уничтожают эти ленты, как было положено, а прячут. Руланд вызвал телеграфисток, побеседовал с ними и… промолчал. Он утверждает, что именно эти девушки передавали секретную информацию по спецкабелю СС в Милан, а оттуда уже с «оказией» она попадала в Швейцарию. Имена девушек Руланд был готов раскрыть лишь после их смерти. Однако, к несчастью, сам Берндт Руланд погиб в автокатастрофе. Так что судьба бесстрашных немецких радисток осталась для Радо неизвестной.

Были у группы Радо и другие источники бесценных разведывательных данных. Так, по некоторым сведениям, в число информаторов Рёсслера, а значит, и «Доры», входили начальник штаба абвера генерал Ханс Остер, германский вице-консул в Цюрихе Ханс Гизевиус, видный нацистский чиновник Карл Гёрделер, начальник одного из отделов разведки Генштаба Фриц Бетцель. Все они участвовали в антигитлеровском заговоре и покушении на фюрера. Через швейцарскую резидентуру шла информация и от агента, находившегося в дружеских отношениях с любовницей, а затем и женой Гитлера – Евой Браун. Таким агентом была известная русская актриса-эмигрантка и светская красавица Ольга Чехова.

…Из Фрунзе после окончания съезда Шандор Радо отправился не домой, в Будапешт. Как истинный географ 80-летний профессор не смог отказать себе в желании продолжить путешествие по Киргизии, которое он не успел завершить за 55 лет до нашей с ним встречи. На этот раз маршрут Радо и его видавшего виды дорожного чемодана лежал в сторону «киргизского моря» – высокогорного озера Иссык-Куль. Ему предстояло проехать вокруг этой природной жемчужины, побывать в городе Пржевальске, на самой западной оконечности озера, куда он не доехал полвека назад. Я пожал его руку и пожелал счастливого пути. Он дружески улыбнулся и поблагодарил…

…Когда примерно через год я прочел напечатанное почему-то в «Литературной газете» сообщение о кончине в Будапеште на 82-м году жизни профессора Шандора Радо, сердце сдавило от боли и ощущения личной потери. Отчего короткая встреча с этим человеком оставила в душе такой яркий след? Видимо, потому, что люди, подобные Шандору Радо, вселяя в нас веру в могущество человеческого духа, поддерживают нас самих в штормах и бурях жизни, утверждая примером своим, что нет ничего сильнее веры человека в правоту своей идеи, что никакие самые тяжелые обстоятельства не могут его сломить, пока в нем жива душа и сердце его отдано людям.

 

Александр БАРШАЙ

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


«Отец современного иврита»

«Отец современного иврита»

К 100-летию со дня смерти Элиэзера Бен-Йехуды

Формула любви

Формула любви

Пять лет назад не стало Леонида Броневого

Выбор пути

Выбор пути

120 лет назад родилась Хеся Локшина

Франко – не Дон Кихот

Франко – не Дон Кихот

К 130-летию со дня рождения диктатора Испании

«Война продлится дольше, чем ожидают, а закончится неожиданно»

«Война продлится дольше, чем ожидают, а закончится неожиданно»

Беседа с блогером и адвокатом Марком Фейгиным

Декабрь: фигуры, события, судьбы

Декабрь: фигуры, события, судьбы

«Я буду соблюдать заповеди…»

«Я буду соблюдать заповеди…»

70 лет назад умер Хаим Вейцман

Судьба диссидента

Судьба диссидента

40 лет назад умер Петр Якир

«Дилемма: футбол или физика? Нет, всe-таки физика!»

«Дилемма: футбол или физика? Нет, всe-таки физика!»

К 60-летию со дня смерти Нильса Бора

«То ли горец, то ли вампир – не стареет!»

«То ли горец, то ли вампир – не стареет!»

Сева Новгородцев о своей жизни и работе

«Я выжил не для того, чтобы молчать»

«Я выжил не для того, чтобы молчать»

110 лет назад родился Хайнц Галински

Ноябрь: фигуры, события, судьбы

Ноябрь: фигуры, события, судьбы

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!