Байконур строили и «наши» люди

12 апреля Международный лень полета человека в космос отмечают не только космонавты. Он стал праздником и для создателей ракетно-космической техники, для всех, кто служит в космических войсках и на космодромах. К сожалению, мы редко вспоминаем о них.

Подлинными первопроходцами в этой области были военные геодезисты и строители. Генподрядчиком строительства была определена войсковая часть 12253, или 130-е управление инженерных работ. Объект значился в документах как Научно-испытательный исследовательский полигон № 5 Министерства обороны СССР. Начальником строительства назначен был Георгий Максимович Шубников, главным инженером – Александр Юльевич Грунтман. Первыми в апреле 1955 г. на станцию Тюра-Там для рекогносцировки местности и организации работ прибыли офицеры оперативной группы. В ее составе был строитель с большим стажем, начальник производственного отдела Илья Матвеевич Гурович. Затем на объект прибыли 20 военно-строительных батальонов, позже число военных и гражданских строителей еще более возросло. Работы в Казахстанской степи пришлось вести в условиях жесточайших морозов и ветров зимой и страшной жары летом. Личный состав военно-строительных батальонов жил в брезентовых палатках. Чуть позже соорудили землянки. Руководители строительства жили в пассажирских вагонах на станции Тюра-Там.

Для ракетного старта требовалось сначала подготовить котлован площадью 25 тыс. кв.  м при глубине 40 м. Около миллиона кубометров выкопанной земли отвозили в степь за десятки километров. Параллельно строили ложный полигон для маскировки: поблизости от поселка Байконур спешно создавали деревянный макет космодрома, который долгие годы охраняли как всамделишный.

Тем временем на подлинном объекте, поначалу носившем условное наименование «Тайга», полным ходом шла работа. К марту 1957 г. строители закончили выполнение «Технического задания № 1» – сдали в эксплуатацию первую стартовую площадку для ракет Р-7. Дальнейшие работы проводились с еще большим размахом, так что в итоге общая площадь космодрома превысила 7000 кв. км. На этой территории могут разместиться три Москвы.

Завесу секретности слегка приоткрыли после сообщения ТАСС в августе 1957 г. о том, что «в соответствии с планом научно-исследовательских работ в Советском Союзе произведены успешные испытания межконтинентальной баллистической ракеты, а также взрывы ядерного и термоядерного оружия».

В 1966 г., после кончины Шубникова, начальником стройки назначили Гуровича. К тому времени там создали 28 пусковых установок для межконтинентальных баллистических ракет и ракет-носителей, технические позиции для ракет, измерительные пункты, жилые городки. Общая протяженность сети построенных автомобильных и железных дорог составляла 1700 км. В 300 км от космодрома был возведен город с населением свыше 100 тыс. человек.

Более двух десятков лет отслужил на космодроме генерал Гурович. Он вникал в каждую мелочь, не раз напоминая, что судьбу стройки каждый день решают солдаты-строители. Как правило, в строительные части призывали малограмотных парней c национальных окраин. Но не только. Известный оперно-симфонический дирижер Павел Ландо, сын полковника Бориса Ароновича Ландо, был студентом Гнесинки, когда его «забрили» и отправили в Казахстан служить на космодроме.

Почетный строитель космодрома Натан Наровлянский прислал мне несколько фото генерала Гуровича, приложив к ним список офицеров-первостроителей, в котором отмечены начальники отделов А. М. Аэров, М. И. Лапидус, З. Е. Шмидт, командир части М. Ф. Ихельзон, замполит В. Е. Пенцарский.

В Израиле я встречал людей, в разные годы проходивших военную службу на космодроме Байконур. Жителю Нетании Абраму Добромыслову довелось участвовать в возведении спецобъектов на Байконуре и в Архангельской области, на 1-м испытательном космодроме Плесецк. Рядовым солдатом служил на 9-й площадке космодрома Исаак Нафталиев.

 

Владислав КАЦ