Ленин назвал это «разложением»

В последние месяцы много говорилось о полицейском насилии и расизме в полиции. Поводом послужило «убийство» Джорджа Флойда офицером полиции Миннеаполиса. Как будто по нажатию кнопки возникло движение Black Lives Matter, которое смогло мобилизовать значительное число сторонников по всему миру. В этом контексте полицейские власти в различных западных странах были обвинены в расизме и дискриминации в отношении людей небелого цвета кожи и иностранного происхождения.

При этом речь идет не об отдельных случаях неправомерных действий полиции, а о том, что власти, как правило, паушально обвиняются в расизме. Политики левых партий говорят об институциональном или латентном расизме в полиции. В июне берлинский городской парламент, в котором доминируют левые партии, принял «антидискриминационный закон», согласно которому сотрудники полиции несут бремя доказывания того, что их действия не являются дискриминационными.

Эти политические нападки на полицию сопровождаются соответствующим освещением в левых мейнстримных СМИ. В левой газете taz 15 июня обозреватель написала, что полицейским место на помойке, где их окружает только мусор, потому что это именно та среда, в которой они чувствуют себя наиболее комфортно. А раз так, то каждый ребенок и каждый участник так называемой парти-тусовки знает, что делать с мусором.

20 июня в Штутгарте несколько сотен человек из этой самой тусовки, большинство из которых имели иммиграционное происхождение, напали на полицейских и опустошили целые улицы. 19 полицейских получили ранения. В конце мая Федеральное управление уголовной полиции опубликовало доклад о положении дел с насилием в отношении сотрудников полиции. Согласно докладу, из 320 тыс. сотрудников полиции в 2019 г. жертвами насилия стали более 80 тыс. человек, т. е. в среднем 220 человек ежедневно. По сравнению с первым подобным отчетом, составленным в 2011 г., это представляет собой увеличение на 47,6%. Но эти цифры привлекли мало внимания средств массовой информации.

В то же время происходит лобовая атака на бундесвер и полицию: утверждается, что они сплошь инфильтрированы правыми экстремистами. При этом каждый отдельный случай используется левыми политиками и СМИ как доказательство структурной проблемы правого экстремизма. В то же время, согласно годовому отчету военной контрразведки, при анализе 482 подозрительных случаев в бундесвере в 2019 г. были реально выявлены восемь правых экстремистов, четыре исламиста и два «гражданина Рейха». Каждый подобный случай – проблема, но они не свидетельствуют о том, что бундесвер кишит правыми экстремистами и расистами, как хотят убедить нас левые политики.

Совершенно иначе левые политики и их СМИ ведут себя по отношению к левым экстремистским организациям. Когда президент Трамп назвал «Антифа» террористической организацией, ведущие левые политики Германии заявили о своей солидарности с этим движением, нередко прибегающим к насильственной левой экстремистской деятельности. Иными словами, левые солидаризируются с левыми экстремистами, в то же время пороча полицию и армию, которые являются представителями правового государства.

Почему левые так обращаются с органами безопасности? Откуда эта ненависть и недоверие, и почему такое безразличие к тем полицейским, которые стали жертвами насилия?

Это вовсе не глупость и не случайность, а метод. Наверное, некоторые левые даже не знают об этом, потому что они просто плывут c мейнстримом. Чтобы понять происходящее, необходимо знать, что левые экстремисты оказывают идеологическое влияние на левую среду, навязывая ей свою тематику. Они стремятся к тоталитарному государству, в котором небольшая группа «политических верующих» сможет проводить свои идеологические цели без, а то и против большинства населения. Даже если многие левые не заходят пока так далеко, они адаптируют многие темы идеологических левых экстремистов. Термин «социализм» при этом стыдливо избегается, поскольку он несет отрицательную политическую нагрузку.

Но стратегия левых не изменилась. Они используют темы, с помощью которых могут мобилизовать массы, дискредитировать буржуазную демократию и бороться с ней. К ним относятся такие темы, как антирасизм, антифашизм, антиглобализм, антиимпериализм, экология и феминизм. Эти темы позволяют привязать левый экстремизм к левому и леволиберальному буржуазному обществу. Потому что кто же не против расизма, фашизма или разрушения окружающей среды? С помощью этих тем можно мобилизовать людей. Но они не только служат для мобилизации, но и являются символами борьбы, призванными оказать давление на либеральную демократию. Ленин назвал этот метод «разложением»: используя реальные или выдуманные разоблачения и огульные обвинения, пытаться сделать демократические институты недостоверными в глазах народа.

Ведь сменить систему значительно легче, когда ее институты настолько непопулярны и ослаблены, что граждане теряют доверие к демократии, а органы безопасности уже не в состоянии выполнять свои функции. Используя огульные обвинения, такие как институциональный расизм или правый экстремизм, предпринимаются попытки дискредитировать органы безопасности и тем самым нанести ущерб либеральным демократиям. Это классический метод левых экстремистов. Демократические левые должны понять это и дистанцироваться от этого. Они должны понимать, что враг не только справа, но и слева.

Буржуазное общество привыкло серьезно относиться к критике. Но мы также должны понимать, что огульная необоснованная критика используется левым экстремизмом для нанесения ущерба нашим либеральным демократиям. Нельзя серьезно относиться к этой критике. Напротив, мы должны стать на защиту институций, подвергающихся нападкам.

 

Ханс-Георг МААССЕН

Автор – многолетний сотрудник органов безопасности, бывший президент Федерального ведомства защиты Конституции, откуда был уволен за критику высказываний канцлера А. Меркель.