«Коронные» вопросы и ответы

© PETRAS MALUKAS, AFP

Известная фраза Виктора Черномырдина «Никогда такого не было, и вот опять…» достаточно избита, но все же отлично подходит описания нынешней «коронной» ситуации. Да, на нашей памяти пандемии подобного масштаба не было (о куда более масштабных вспышках чумы, холеры, испанского гриппа и т. д. нам известно из истории, но на собственном опыте мы ничего подобного не испытали). Но ведь были же другие «звоночки» – будь то эбола, птичий грипп, коровье бешенство, атипичная пневмония… В 2002 г. во время вспышки тяжелого респираторного синдрома (SARS) ученые начали разрабатывать вакцину от него, но не довели дело до конца: эпидемия закончилась, а разработка вакцины – занятие дорогое. В протоколе заседания Бундестага от 3 января 2013 г. значится пункт «Анализ риска эпидемии вируса Modi SARS», причем опасения, изложенные тогда экспертами Института им. Р. Коха, во многом отвечают нынешней ситуации. Сейчас модно говорить, что ничего подобного никто не мог предвидеть. Но так ли это?

«Прохлопала» проблему не только Германия. В 2017 г. эпидемиолог Майкл Остерхолм предупреждал, что два предыдущих вида коронавируса, SARS и MERS, точно так же «перескочившие» на человека с животных, как и нынешний, – лишь «начало большого пути». Вирусологи твердили: именно с этим видом коронавирусов, живущих в летучих мышах, есть проблема: им требуется лишь один скачок, пару мутаций, чтобы суметь перекочевать в организм человека. Но эти предупреждения не были услышаны – они потонули в потоке прочих апокалиптических прогнозов: нам грозили глобальным похолоданием или потеплением, повышением уровня мирового океана, озоновой дырой и исчерпанием запасов нефти, ГМО, гибелью пчел, ударом астероида, новым фашизмом, сексизмом и пр. Причем угрозы эти исходили не только от фриков, но и от респектабельных «экспертов», которые, как мы теперь понимаем, озабочены не столько поиском истины, сколько поднятием собственной значимости.

Но многие из нас, в том числе и политики, подзуживаемые недобросовестными СМИ, верили в страшилки, а потому пренебрегали мудрым бизнес-принципом: «Делай сперва дела важные, а затем неотложные». В итоге в стране переизбыток никому не нужных «специалистов» по выдуманным специальностям типа гендерных исследований или экологической педагогики, но не достает людей, дефицит которых мы нынче так остро ощущаем: врачей и медперсонала, полицейских и пожарных, продавцов и нянечек, доставщиков и почтальонов. Именно они в нынешних экстремальных условиях поддерживают то, что осталось от жизни общества, вынужденные мириться с тем, что за свой самоотверженный труд получают – кроме неприлично скромного жалования – «лайки» в Сети да аплодисменты с балконов, в то время как миллионы общество готово платить футболистам или кинозвездам, без которых, как выясняется, вполне можно некоторое время обходиться.

Нынешнее время особенное. Не только потому, что все мы в тревоге за себя и своих близких. Но и потому, что от того, какие уроки вынесет общество из этой ситуации, зависит его будущее. Просто сказать: пережить бы эпидемию, а тогда… А что тогда? Например, Германия, намереваясь спасти свою экономику, нынче посягает на ее рыночные основы. Это временная мера или за ней последует клич к усилению роли государства в экономике? Хватит ли у политиков мужества признать, что они десятилетиями закачивали десятки миллиардов в не нужные никому, кроме горстки их участников, программы, вместо того, чтобы финансировать жизненно важные для государства и его граждан сферы? Признается ли правительство ФРГ, что провалило дигитализацию страны? Ответит ли кто-то из европейских политиков и чиновников за то, что извращенная глобализация сделала европейские страны зависимыми (по ряду позиций – полностью) от других континентов, а значит весьма уязвимыми? Будет ли поставлен вопрос о роли и значении международных бюрократических структур, демонстрирующих ныне свою несостоятельность? Как спасать гибнущую мировую экономику: стимулируя бизнес или раздавая пособия безработным? Почему в разных странах эпидемия протекала столь различно?

Вопросов много, ответов на большинство из них пока нет. А те, которые будут даны в ближайшее время, не обязательно будут оптимальными. В том числе и электоральные, поскольку в кризисные моменты избиратель предпочитает «не менять коней на переправе», даже если речь идет о ни на что не способной кляче. Нам с вами предстоит дождаться этих ответов, от которых во многом будет зависеть наше будущее. Но до этого нужно пережить нынешнее экстремальное время, победить «корону». А после победы – не впасть в эйфорию, забыв все уроки кризиса.