От марксизма – к рынку

Недавно один студент в своем письме задал мне ставший уже привычным вопрос: как и почему я сменил в молодости свои левые взгляды на нынешние убеждения, которые заключаются в лояльности к свободному рынку и традиционным ценностям? В определенном смысле это были перемены не столько в моей философии, сколько в моем видении того, как ведут себя люди.

В те дни, когда я был марксистом, я был убежден, что обычные люди заслуживают лучшего и что элиты не дают им этого достичь. Это по-прежнему меня беспокоит, но за прошедшие десятилетия я осознал, что политические и культурные элиты причиняют гораздо больше вреда, чем когда-либо могли причинить рыночные элиты.

С одной стороны, элиты на рынке вынуждены конкурировать друг с другом. Если General Motors не производит тот автомобиль, который вы бы хотели купить, вы всегда можете обратиться к Ford, Chrysler, Honda, Toyota или к кому-нибудь еще. Но если Агентство по защите окружающей среды сходит с ума, нет альтернативного агентства, которое выполняло бы такие же функции и к которому вы могли бы обратиться.

Даже когда конкретная корпорация, кажется, имеет монополию на свой продукт, как когда-то имела Алюминиевая компания Америки (Alcoa), она должна конкурировать с продуктами-субститутами. Если бы Alcoa подняла цену на алюминий, пользуясь своей монополией, множество тех вещей, которые были сделаны из алюминия, стали бы производиться из стали, пластика и многих других материалов.

Результат действия рыночных сил заключался в том, что Alcoa спустя 50 лет монополии стала взимать меньшую цену за алюминий. Это случилось не потому, что руководство компании было хорошим. Это случилось потому, что рыночная конкуренция не оставила им альтернативы.

Ваш взгляд на свободный рынок зависит от вашего взгляда на человека. Если бы все люди были идеальными, социализм мог бы сработать. В традиционной семье, например, ресурсы тратятся на детей, которые сами не зарабатывают ничего. Это домашний социализм, и даже самые убежденные капиталисты делают так.

Возможно, когда-нибудь мы обнаружим существ в какой-нибудь иной галактике, которые смогли бы так существовать. Но история человечества показывает, что многомиллионная нация не способна жить, как одна большая семья.

Риторика социализма может быть вдохновляющей, но его фактические достижения мрачны. Страны, которые столетиями экспортировали продовольствие, внезапно оказались вынужденными импортировать его, чтобы предотвратить голод, когда сельское хозяйство было социализировано. Это происходило по всему миру, среди людей любой расы.

Любой, кто видел разницу между Восточной и Западной Германией в те дни, когда часть страны была под контролем коммунистов, прекрасно понимает, какая экономическая система более выгодна для простых людей.

Несмотря на то, что люди в обеих частях страны принадлежали к одной расе, культуре и имели общую историю, те, кто жили при коммунистах, были значительно беднее и, вдобавок к этому, обладали меньшими свободами. Такая же история может быть рассказана об Африке, в которой Гана ориентировалась на социализм, а Берег Слоновой Кости  –  на рынок, когда обе страны получили независимость в 1960 г. Гана стартовала с явным преимуществом. Доход на душу населения в этой стране был в два раза выше, чем у Берега Слоновой Кости. Но спустя пару десятилетий мы можем видеть, что самые бедные 20% населения Берега Слоновой Кости имеют более высокие доходы, чем 60% населения Ганы.

Аналогичная история и в Юго-Восточной Азии. Бирма когда-то имела более высокий доход на душу населения, чем Таиланд, пока не пришла к социализму. Сегодня этот показатель в Таиланде в пять раз выше, чем в Бирме (Мьянме).

Экономическая неэффективность  –  далеко не худший аспект социалистического правительства. Попытки сократить экономическое неравенство с помощью неравенства политического, в чем и заключается весь марксизм, стоили миллионов жизней невинных людей во времена правления Сталина, Мао, Пол Пота и других.

Нельзя доверять политикам монополию власти над жизнями людей. Тысячи лет истории демонстрировали это снова и снова.

Мои мечты о лучшей жизни для простых людей не поменялись со времен моих марксистских взглядов, но опыт дал мне горькую правду, что способ достичь этого противоположен тому, к которому я был лоялен.

Томас СОУЭЛЛ

Перевод с англ. А. Морозова

 

Автор – известный американский экономист. Он преподавал экономику во многих американских университетах, был членом ученого совета Центра перспективных психологических исследований в Стэнфордском университете, удостоен Национальной гуманитарной медали и Приза Брэдли за интеллектуальные достижения.