Время сменить доктрину

Постепенный распад Сирии, стартовавший с начала гражданской вой­ны 15 марта 2011 г., когда началась волна протестов против режима Башара Асада, достиг пика с его свержением и захватом столицы Дамаска силами исламских организаций при поддержке Турции.

Сирия теперь фактически разделена на несколько регионов, и большая часть территории не контролируется властями в Дамаске. Во многом карта Сирии сегодня напоминает карту разделения территории мандата Лиги Наций, переданного Франции после окончания Первой мировой вой­ны.

В 1920 г. французские власти разделили территорию мандата, учитывая этнический и религиозный состав населения, вначале на четыре отдельные государства: Государство Алеппо с населением, состоящим из курдов и арабских суннитов; Государство Дамаск, граничившее на северо-западе с Государством алавитов, созданным после того, как французы подавили восстание алавитов, требовавших расширенной автономии. На юго-западной границе Государства Дамаск было создано Государство Великий Ливан, большинство населения которого составляли христиане марониты.

На юго-востоке и юге граница Государства Дамаск проходила вдоль границы британского мандата, предназначенного для создания еврейского национального дома, и подмандатного Ирака. В 1921 г. на юго-востоке территории мандата Франция создала пятое государство – государство друзов Джебель Аль-Друз, а на северо-западе был создан автономный санджак (регион) Александретта.

Но уже в 1922 г. Франция объединила государства Алеппо и Дамаск в Федерацию Сирия, а в январе 1925 г. преобразовала ее в Государство Сирия. Ливан и Государство алавитов не были присоединены к нему. Попытка присоединить Государство друзов привела к восстанию под руководством Султана Аль-Атраша против французского правления, и это восстание было подавлено только в 1927 г.

Тем не менее в целях обеспечения и укрепления своего господства в объединенной Сирии, где большинство населения составляли арабские сунниты, Франция применяла древнеримскую политику «разделяй и властвуй». Для этого представители меньшинств – алавиты, друзы и христиане – получили ключевые позиции в административных службах и на руководящих должностях в местных военных частях, созданных французскими мандатными властями. В 1936 г. был отменен особый статус автономного региона друзов, но автономия алавитов окончательно была отменена только в 1944 г.

В 1938 г. Франция, стремившаяся предотвратить присоединение Турции к военному союзу с Италией и Германией, согласилась предоставить независимость санджаку Александретта, который был объявлен независимым Государством Хаттай. В соответствии с этим соглашением, на территорию Хаттай вошли турецкие войска для надзора за порядком во время состоявшихся в нем выборов. Турки, составлявшие около 41% населения, получили большинство мандатов в местном парламенте, и уже в 1939 г. Государство Хаттай было аннексировано Турцией, получив название санджак Искендерун. В соответствии с франко-турецким соглашением, всё армянское население, составлявшее более 11% общего населения и проживавшее в этом регионе издревле, было переселено в Ливан.

В начале 2025 г. в результате гражданской вой­ны в Сирии ее карта напоминает границы раздела в 1924 г. Исламские суннитские организации, поддерживаемые Турцией, заняли большинство территории в центре Сирии и частично контролируют также территорию на побережье Средиземного моря, где большинство населения составляют алавиты и христиане.

В этом регионе расположена база авиационной группы ВКС России в Сирии «Хмеймим», которая является основным стратегическим логистическим центром России для ее операций в странах Африки, а также российская военно-морская база в городе Тартус.

На юге Сирии, в районе, прилегающем к Ливану, Израилю и Иордании, где на протяжении 15 лет существовало государство друзов Джебель-Друз, уничтоженное французами в 1936 г., большинство населения составляют друзы. Эта территория через пустыню на востоке и в центре Сирии, простирающуюся вдоль границы с Иорданией, примыкает на северо-востоке к территории сирийского Курдистана.

Пустынная территория контролируется Свободной сирийской армией, командование которой располагается на американской военной базе Аль-Танаф рядом с границей с Иорданией. Еще девять американских баз расположены на территории курдов, которые при поддержке США контролируют большую часть северо-восточной Сирии, вплоть до границы с иракским Курдистаном.

Речь премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху, в которой он заявил о намерении Государства Израиль обеспечить безопасность для друзов, составляющих большинство населения на юге Сирии, а также о поддержке курдов на севере Сирии, вернула ситуацию в регионе Ближнего Востока на 70 лет назад.

В конце 1950-х гг. премьер-министр Давид Бен-Гурион инициировал стратегическую доктрину, известную как «Союз периферии». По этой концепции, Израиль, окруженный враждебными арабскими государствами, должен искать союзников среди неарабских государств и различных религиозных и этнических меньшинств на Ближнем Востоке.

В рамках этой доктрины был создан «Союз трех», включавший Израиль, Турцию и Иран. Параллельно были установлены связи между Израилем и курдами в Ираке, друзами в Сирии, христианами в Ливане, повстанцами на юге Судана, а также с коптами, берберами и белуджами, проживающими на границе между Пакистаном и Ираном.

Во время Шестидневной вой­ны министр Игаль Алон предложил в рамках стратегической доктрины «Союз периферии» удовлетворить просьбу лидеров друзов на Голанских высотах и помочь им в создании автономии друзов на юге Сирии. Однако премьер-министр Леви Эшколь и министр обороны Моше Даян выступили против этого предложения.

Можно утверждать, что отрицательное решение стало первым знаком того, что израильское руководство фактически отказалось от стратегической политики «Союза периферии» Бен-Гуриона и выбрало политику сдерживания в пределах границ, которые мало чем отличались от линий прекращения огня 1949 г.

Эту израильскую политику можно определить как продиктованную менталитетом жителей гетто, замыкающегося в стенах своего пространства, в отличие от стратегического подхода суверенного государства, отдаляющего угрозу для своей безопасности далеко за свои границы. Как метко сказал тогда госсекретарь США Генри Киссинджер: «У Израиля нет внешней политики, есть только внутренняя политика».

С созданием правительства «Ликуда» в 1977 г. премьер-министр Менахем Бегин и министр обороны Ариэль Шарон попытались вернуться к доктрине «Союза периферии» в отношении Ливана. Изначально попытка увенчалась успехом и привела к сотрудничеству с избранным президентом Ливана Баширом Джемайелем и к заключению мирного договора между Израилем и Ливаном. Несмотря на убийство Башира Джемайеля сирийскими агентами, 17 мая 1983 г. был подписан мирный договор между двумя государствами и в Бейруте было открыто израильское дипломатическое представительство.

Однако, невзирая на подписание договора, Амин Джемайель, вступивший в должность президента Ливана вместо убитого брата, отказался ратифицировать его и отложил его окончательное подписание. Основными причинами этого шага были вывод американских войск из Ливана, с одной стороны, и давление внутренней оппозиции в Израиле, с другой стороны, усилившееся после создания правительства национального единства под руководством Шимона Переса в 1984 г.

Давление бывшей правительственной оппозиции привело к фактическому резкому сокращению сотрудничества Израиля с его ливанскими союзниками. В результате в марте 1984 г. мирный договор с Израилем был отменен, и вскоре сирийские войска снова вернулись в Ливан.

Первые признаки возврата к активной внешнеполитической стратегии появились с созданием правительства Биньямина Нетаньяху в 2009 г. В результате этой политики укрепилось сотрудничество между Израилем, Грецией и Кипром, и не только в поисках и добыче газовых и нефтяных месторождений в Средиземном море.

В 2016 г. в связи с враждебной политикой Турции по отношению к Кипру и ее агрессивными попытками помешать разработке газовых месторождений в Средиземном море, осуществляемой совместно Израилем, Грецией и Кипром, был создан новый «Союз трех». Присутствие израильских ракетоносцев в зоне конфликта быстро привело к успокоению ситуации.

Политика, которую объявил премьер-министр Нетаньяху в своих последних речах, указывает на развитие новой стратегической доктрины Израиля. Вместо доктрины «Союза периферии» Бен-Гуриона, ставшей несостоятельной из-за радикальных изменений в политике Ирана и Турции, возник возможный сценарий формирования доктрины «Союза меньшинств» вблизи границ Государства Израиль. Эта доктрина может изменить карту Ближнего Востока до неузнаваемости, укрепить баланс сил и привести к устойчивому миру между народами на более твердых и естественных основах.

Реализация «Союза меньшинств» может открыть дополнительные возможности для его членов. Например, объединение территорий, населенных друзами в Джебель-Друз, через территорию зоны безопасности на юге Сирии и вплоть до границы с Ливаном, созданную и контролируемую ЦАХАЛом в результате свержения правительства Башара Асада, позволит друзам при поддержке Израиля объединиться на территории по обе стороны границы между Ливаном и Сирией. Такой шаг значительно укрепит Государство друзов как в области безопасности, так и в области экономики.

Более того, возникает возможность создания ливано-друзской федерации или конфедерации по типу Швейцарии. Такое государство будет иметь еще большую экономическую и оборонную мощь и безусловно вернет Ливану прозвище «Швейцарии Ближнего Востока».

В результате поражения режима президента Ассада алавитское меньшинство, управлявшее Сирией с момента ее основания, сталкивается с угрозой физического уничтожения со стороны мстительных суннитов-исламистов при поддержке Турции. Согласно различным публикациям, алавиты уже обратились к Израилю с просьбой о помощи. Однако, как отмечают некоторые комментаторы, алавитский регион, в отличие от территориально близких к Израилю друзов, отдален от Израиля территорией Ливана.

Израильский интерес к созданию на территории бывшей Сирии «Союза меньшинств», который включит курдов, друзов и ливанцев, может быть дополнительно усилен присоединением алавитов. В случае поддержки такого шага со стороны администрации США под руководством президента Трампа можно рассмотреть дополнительную, неожиданную и парадоксальную возможность, основанную на историческом опыте недавнего прошлого.

Политику России в отношении Израиля нельзя назвать дружеской и благосклонной, однако следует отметить опыт сотрудничества с россиянами, который позволил Израилю сдерживать попытки Ирана обосноваться на его границах и угрожать напрямую его безопасности. Когда речь идет о совпадающих интересах государств, «реалполитик» превалирует над личными сантиментами и предпочтениями руководителей государств.

Следует также вспомнить исторический опыт отношений между Россией и курдами. В 1946 г. СССР даже помог курдам создать Республику Мехабад на северо-западе Ирана, когда советские войска были размещены там во время Второй мировой вой­ны и некоторое время после нее.

Кроме того, во время гражданской вой­ны в Сирии российские войска создали свои базы в районах, контролируемых курдами на турецкой границе, что параллельно с действиями Вооруженных сил США предотвратило расширение турецких операций против курдов, создавших автономию на северо-востоке Сирии.

Присутствие России в алавитском регионе может способствовать снижению напряженности, вызванной новой империалистической политикой Турции, еще более, чем это ранее помогло сдерживать амбиции Ирана. Кроме того, россияне могут, если это будет им выгодно, защитить алавитов от атак суннитских исламских сил и помочь им восстановить свое государство, как это было 100 лет назад. Создание государства алавитов отлично вписывается в создание «Союза меньшинств» под руководством Израиля.

Турецкая политика привела к краху режима Башара Ассада в Сирии, поддерживаемого Россией, и сейчас Турция стремится свести на нет российское присутствие в Сирии. Эта политика наносит серьезный ущерб не только значительным капиталовложениям России в Сирию, но и ведет к потере ее баз в Тартусе и особенно авиабазы в Хмеймиме. Для России база Хмеймим незаменима как основной логистический центр для ее операций в странах Африки, имеющих значительное стратегическое и экономическое значение.

Таким образом, в условиях поддержки Израиля и использования его связей с США Россия сможет сохранить свои важные базы в зоне, населенной алавитами. Сотрудничество между Израилем и Россией в этом регионе может также соответствовать интересам США, чьи многочисленные базы находятся в районе сирийского Курдистана, которому угрожает экспансионистская политика Турции.

В свою очередь США смогут достичь цели по обеспечению безопасности своих курдских союзников, чей вклад в поражение «Исламского государства» в Сирии и Ираке нельзя переоценить. США также продолжат получать выгоду от нефтяных месторождений, контролируемых курдами, и смогут сдерживать амбиции Турции по возвращению к статусу Османской империи, что может отразиться на территории российского Кавказа.

Как и в случае, упомянутом выше, в отношении друзов, так и по отношению к курдам открывается возможность создания федерации или конфедерации Курдистана, состоящей из районов, населенных курдами в Сирии и Ираке. Этот шаг сделает независимый Курдистан еще более состоятельным и мощным.

Отсюда следует, что новая доктрина «Союза меньшинств» Биньямина Нетаньяху может оказаться значительно более успешной, чем доктрина «Союза периферии» Давида Бен-Гуриона. Вместо военно-политической оси Ирана с его антисуннитской, антиамериканской и антиизраильской политикой на Ближнем Востоке сформируется ось независимых государств, поддерживаемых военной мощью ЦАХАЛа.

Этот «Союз меньшинств», который будет включать алавитское государство и Ливан на западе, Джебель-Друз на юге и Курдистан на северо-востоке бывшей Сирии, создаст совместно с Израилем более сбалансированный, процветающий и безопасный Ближний Восток для всех народов, населяющих его.

 

Яков ФАЙТЕЛЬСОН

Новые ворота в Европу

IMEC – золотая жила для Израиля

Возглавляемый Индией экономический торговый коридор может стать для Израиля настоящей золотой жилой. Более того, инициатива Индия – Ближний Восток – Европа (IMEC) способна привести к оборонительному пакту между Израилем, Саудовской Аравией и ОАЭ.

На недавней встрече в Белом доме между президентом США Дональдом Трампом и премьер-министром Индии Нарендрой Моди лидеры сосредоточились на том, как сделать инициативу IMEC реальностью. По ходу обсуждения двусторонних вопросов, таких как сотрудничество в сфере безопасности, передовых технологий, энергетики и торговли, ключевой темой стала та, что имеет огромную важность и для Израиля, особенно в это сложное время: воодушевляющая идея экономического коридора, который протянется из Индии в один из средиземноморских портов Израиля – Ашдод или Хайфу, – а затем в Европу.

Идея экономического коридора впервые была выдвинута еще в сентябре 2023 г. на саммите G20 в Индии и получила энергичную поддержку со стороны США, ЕС, ОАЭ и Саудовской Аравии. Эти страны и союзы, а также Германия, Италия, Франция и Индия подписали соответствующую декларацию. План предусматривает два торговых коридора: морской коридор из Индии в ОАЭ и сухопутный железнодорожный коридор из ОАЭ через Саудовскую Аравию, Иорданию и Израиль в Европу. План также предполагает расширение подводных коммуникаций и газопроводов, улучшение энергетических сетей и телекоммуникационных линий, развитие чистых технологий в энергетике и расширение доступа в Интернет с целью обеспечения стабильности и безопасности между различными регионами.

Заявленная цель коридора Индия – Ближний Восток – Европа – развитие экономически эффективной трансграничной сети транспорта «корабль–поезд», способной дополнить существующие морские и автомобильные маршруты. Товары и услуги будут перемещаться между Индией, ОАЭ, Саудовской Аравией, Иорданией, Израилем и Европой, обеспечивая устойчивость региональных цепочек поставок и большую доступность торговли.

Израилю в этом проекте отводится важнейшая роль ворот в Европу. Хотя Израиль и Иордания официально не являются соавторами декларации, значение первого определяется не только его геостратегическим расположением, но и его технологическими достижениями. Навыки, которые Израиль может предложить, имеют решающее значение для успеха проекта IMEC и стран-участниц.

Для Израиля идея регионального экономического и оборонного альянса не нова. Еще в 2017 г. Израиль Кац, ныне министр обороны страны, а в то время министр транспорта, разработал план под названием «Рельсы ради регионального мира». Он предусматривал соединение Саудовской Аравии, Иордании и Израиля с Европой. Преемница Каца на посту министра транспорта, Мири Регев, в 2021 г. предложила схожий проект под названием «От Залива до Залива».

Тем, что сделало эту концепцию более чем просто мечтой, стали «Соглашения Авраама», приведшие к нормализации отношений Израиля с ОАЭ, Бахрейном и Марокко. Новые подходы способствовали постепенному продвижению к нормализации отношений и с Саудовской Аравией. Одним из знаков этого процесса стала выдача саудовскими властями разрешений израильским коммерческим авиакомпаниям пролетать над их территорией, что позволило экономить топливо и сократило время полета из Израиля в Африку и на Дальний Восток. Периодически также проводились встречи между израильскими и саудовскими чиновниками, включая «не совсем секретный» визит премьер-министра Израиля Биньямина Нетаньяху к наследному принцу Мухаммаду бин Салману. Эти предварительные контакты привели к первым этапам сотрудничества в области безопасности и торговли.

Увы, террористическое вторжение, организованное ХАМАСом на юге Израиля 7 октября 2023 г., и последующая вой­на с ХАМАСом прервали усилия по реализации экономического коридора. Тем не менее Индия продолжает продвигать план, прилагая значительные усилия для соединения Европы, а именно Италии, Франции и Греции, со своими ближневосточными партнерами – Саудовской Аравией и ОАЭ.

Военные успехи Израиля, достигнутые в вой­не против ХАМАСа, «Хезболлы» и иранского режима, привели к укреплению престижа Иерусалима в глазах умеренных арабских государств Персидского залива. Это военное превосходство в сочетании с возвращением Трампа в Белый дом увеличило вероятность нормализации отношений между Израилем и Саудовской Аравией. Более того, несмотря на ожесточенную вой­ну и арабские сантименты к своим собратьям в Газе, такие страны, как ОАЭ и Бахрейн, не изменили прежнего курса и продолжили тесное сотрудничество с Израилем. Таким образом, перспектива продвижения межрегионального экономического коридора остается вполне реальной.

Тесные отношения администрации Трампа с Израилем и личная дружба Нетаньяху с Моди открывают еврейскому государству окно возможностей для участия в экономическом коридоре. Более того, это предоставит шанс и на переустройство Ближнего Востока, укрепляя политические и экономические позиции Израиля даже в разгар продолжающейся вой­ны.

Израилю необходимо как можно раньше инициировать продуктивный диалог с Трампом и Моди, представив им дорожную карту той роли, которую Израиль сможет играть в инициативе IMEC. Часть стратегии, например, потребует модернизации пограничных переходов между Израилем и Иорданией и стандартизации железнодорожных систем между двумя странами. Особенно важным вкладом Израиля станет обеспечение кибербезопасности и защиты информационных сетей, которые будут ключевым элементом общей инфраструктуры.

Межрегиональная экономическая инициатива напрямую бросает вызов дорогостоящему проекту Китая «Один пояс, один путь», который стремится создать торговые и инфраструктурные сети, соединяющие Азию, Европу и Африку. Китай, безусловно, будет недоволен инициативой IMEC и, скорее всего, попытается ее сорвать. С учетом соперничества между Китаем и США и увеличения числа атак на подводные кабели обеспечение их безопасности станет критически важным для успеха региональной связности. Именно Израиль может взять на себя защиту своей части Средиземного моря.

Наконец, для Израиля оборонное измерение экономического коридора Индия – Ближний Восток – Европа имеет особенно важное, а то и первостепенное значение. Оно неизбежно приведет к фактическому, а может, и к официальному военному оборонному пакту между Израилем и Саудовской Аравией, который станет бастионом против разрушительных империалистических амбиций лидеров иранского режима.

 

Джозеф ПУДЕР

Автор – основатель и директор Межконфессиональной целевой группы по Америке и Израилю

Перевод с англ. А. Непомнящего