Наша песня хороша, начинай сначала…

Германия и Европа погрязли в саморазрушительной экономической политике. И вот теперь пришел Трамп, который пытается избавить от нее США – и тем самым еще больше осложняет жизнь европейцам. Это не его вина, это наша глупость. Где дебаты об экономической политике?

Дебаты, которые всерьез принимают реальность, честно называют причины и позволяют изменить курс? На это не похоже, особенно после невыразительной предвыборной «дуэли канц­леров». Это означает, что правительственные круги ФРГ в этом вопросе также настроены антиамерикански. Между тем, приметы времени легко узнаваемы. Фраза «Это экономика, дурачок» давно вошла в историю. Стратег предвыборной кампании Билла Клинтона Джеймс Карвилл придумал ее перед тем, как тогдашний губернатор крошечного Арканзаса наконец (в январе 1993 г.) успешно перебрался в Белый дом. Кандидат должен обещать позаботиться о материальных проблемах населения и сосредоточить на них свою кампанию.

В конечном итоге это была вариация на тему знаменитой «одной фразы», которую использовал Рональд Рейган, чтобы одержать блестящую победу над Джимми Картером в 1980 г., когда он спросил телезрителей во время своей дуэли с действующим президентом: «Лучше ли вы (экономически) живете сейчас, после четырех лет правления Картера?» Объективно большинство склонялось к отрицательному ответу, и оно проголосовало соответствующим образом, отдав предпочтение аутсайдеру, хотя тот до этого и управлял серьезным штатом Калифорния.

Конечно, Трамп в итоге победил на выборах еще и потому, что администрация Байдена осложнила жизнь американцев галопирующей инфляцией и застоем на рынке труда – это и многомиллионная нелегальная иммиграция стали двумя основными темами кампании будущего президента США. «Демократы» противопоставили им мнимые успехи экономической политики, подкрепленные (частично подтасованными) статистическими данными и их пропагандистским искажением, далеким от реальной жизни, а также демонизацию Трампа, которого они изображали квазифашистским диктатором и угрозой демократии.

 

«Держите вора!», – лицемерно кричит канц­лер

Политика «красно-зеленого» правительства (с поддержкой СвДП до конца прошлого года) и администрации Байдена совпадают, как и механизмы публичной саморекламы и уничижения политических оппонентов. Результаты политики также – что неудивительно – в основном одинаковы. Разница лишь в том, что нет претендента, подобного Биллу Клинтону, Рональду Рейгану или Дональду Трампу, который мог бы по-настоящему разобраться в экономической политике действующего президента и убедительно пообещать успешно вытащить телегу из грязи. Вместо этого с обеих сторон звучит лишь поверхностная риторика.

И старый, и вероятный новый канц­лер теперь размахивают материальными обещаниями, на плакатах и в речах появляются «рост» и внезапно подешевевшие энергоносители (Камала Харрис пыталась сделать нечто подобное, представляя себя борцом с высокими потребительскими ценами, как будто она не имеет отношения к неудачам своего собственного правительства. Лицемерие политиков не знает границ.)

Почти безразличие политической Германии перед лицом ее прогрессирующего упадка в сочетании с уютной позой «я об этом позабочусь» уходящего канц­лера и сказочным самообманом ответственного министра Хабека – всё это неприятно захватывает дух и лишний раз доказывает неумение и наглость СМИ и тех, кто формирует общественное мнение.

Пугает и удручает то, что даже якобы такой открытый миру человек как претендент от ХДС/ХСС в большой «канц­лерской дуэли» оставил впечатление (не в последнюю очередь из-за полного отсутствия последовательности), что его критика экономического спада была лишь почти произвольными текстовыми модулями в постановочной перепалке, а не серьезными намерениями по изменению политики в условиях реального экзистенциального кризиса. Можно говорить о проблемах так, что они скрываются за разговорами и практически защищены от реального решения: политика как симуляция и замена реальных действий.

 

Цены и долги растут, производство снижается

Фактически же рукотворный спад виден даже в официальных цифрах немецкой статистики и является разрушительным – именно потому, что он настолько укоренился, как хроническое недомогание, от которого особенно трудно избавиться: в сентябре 2021 г., к моменту предпоследних федеральных выборов, индекс потребительских цен составлял 103,8 (то есть почти на четыре процентных пункта выше, чем в статистическом базовом 2020 г.); в конце 2024 г. (последние опубликованные официальные данные) он составлял 120,5. Что означают дополнительные 16,7 пункта индекса за период правления «светофора»? Средняя инфляция за три с четвертью года составила 4,7% в год! За тот же период каждый потраченный евро сократился по покупательной способности до 86 центов.

Это напрямую отражается на реальной заработной плате, которая математически отражает эту потерю стоимости из-за инфляции: в третьем квартале 2021 г. индекс составлял ровно 100, а через три года – ровно 98. Таким образом, средний работник за свой чистый доход может купить на 2% меньше. При этом даже не учитывается, адекватно ли «потребительская корзина» Федерального статистического ведомства отражает жизненные реалии жизни среднестатистического работника и не занижает ли она стремительно растущие цены на продукты питания для семей.

Вопреки предвыборной пропаганде старых коммунистов, которые действуют под вывеской «левых», но реально являются лишь переименованной СЕПГ Эриха Хонеккера, здесь отражается не перераспределение от бедных к богатым, а экономика, которая не поднимается с колен или даже падает, что видят даже акционеры (не только VW, но особенно они). Валовой внутренний продукт (ВВП) в 2021 г. составлял (после корректировки на инфляцию) 103,67 индексных пункта. В 2022 г., после горячей фазы ковида, он достиг 105,09 – только для того, чтобы упасть до 104,59 в 2024 г.

 

Германия в ловушке стагфляции

Германия переживает заметную рецессию и одновременно болезненную инфляцию – вместе это приводит к печально известной стагфляции, ужасному сценарию для любой экономики. Но всё еще хуже, чем показывают цифры, потому что решающим фактором является добавленная стоимость на душу населения. Большее количество жителей, тратящих деньги, автоматически увеличивает национальный продукт, но процветание страны зависит от того, сколько из этого приходится на каждого человека или частное домохозяйство.

В 2021 г. индекс ВВП на душу населения составлял 103,63 пункта, а в 2024 г. – только 102,68. Это означает, что на душу населения производится меньше, хотя на показатели 2021 г., конечно, сильно повлиял спад, вызванный паникой перед Covid-19. По сравнению с 104,29 пунктами индекса за 2022 г., добавленная стоимость на душу населения фактически упала на 1,6% всего за два года! Где общественный резонанс, где активное управление кризисом со стороны политиков? Министр экономики смотрит по диагонали с предвыборного плаката и обещает «уверенность».

И снова, к сожалению, приходится констатировать, что всё еще хуже. Потому что одновременно с этим федеральное правительство накопило огромный дополнительный долг, который в итоге придется оплачивать гражданам. В сентябре 2021 г. долг федерального правительства на душу населения составлял 18 103 €, три года спустя – уже 20 349 €. Таким образом, прирост для семьи из четырех человек по статистике составляет почти 9000 € – при том, что реальные зарплаты упали на 2%, а экономика находится на задней передаче. Циники могут возразить, что более высокие долги были «удешевлены» или даже компенсированы высокой инфляцией.

Правда в том, что бессовестно накопленный государственный долг оплачивается в реальном времени гражданами именно за счет потери стоимости их собственных денег (и сбережений). По сути, это политическое воровство. (Базовая инфляция в 1–2% является абсолютно правильной с точки зрения экономистов и не вызывает беспокойства, пока экономика становится более продуктивной; инфляция в среднем почти 5% при разрушении экономики – это катастрофа.)

 

Экосоциализм в действии

Германия проедает свою субстанцию и не видит перспектив подъема. В этой ситуации можно воспринять как провокацию, когда канц­лер с предвыборного плаката обещает «рост» и «безопасность». Результат его политики (которая в действительности, конечно, лишь усиленное продолжение политики Меркель) прямо противоположен: реальный спад производства, высокая инфляция, еще более высокие долги; материальная безопасность (и защита от преступности) для среднестатистического гражданина становится всё меньше. Дальнейшие «новые» запланированные оргии по субсидированию экономики, о которых объявил Шольц, только усугубят ситуацию. Больше плохого, но разного!

Перед выборами политики якобы решили учитывать настроение народа, сигнализируя: «Мы с вами и вашими проблемами», но при этом нет ни малейших признаков того, что реальные причины бед признаны и что есть желание что-то изменить. В лучшем случае они обещают утешительные пластыри, но в итоге платить за них приходится не кому иному, как и без того выпотрошенным работникам. А кому же еще? Не собственной же клиентуре академически образованных бенефициаров на правительственных или квазиправительственных должностях в мошеннических так называемых «неправительственных организациях» или в бессовестно облагодетельствованном климатическом промышленном комплексе.

Причины бед очевидны. Упадок немецкой экономики и создания стоимости является преднамеренным. Это политика деиндустриализации западных стран, которая проводится в пропагандистски преувеличенном виде через «климатическую политику» и гротескную, ненужную и даже нереализуемую цель «климатической нейтральности». Энергия в Германии не только стала слишком дорогой, но и перестала быть надежно доступной: спрос должен соответствовать «предложению» солнца и ветра, что фатально для эффективности любой промышленности в условиях международной конкуренции.

К этому добавляется патологическая регуляторная ярость Брюсселя, подпитываемая Германией и реализуемая всё более скрупулезно. Бизнес становится всё сложнее благодаря смеси плановой экономики и бюрократии. Федеральное правительство пытается смягчить бремя для бизнеса и граждан с помощью всё новых субсидий и временных мер. Налогоплательщикам приходится помогать, чтобы взлет цен на электричество не был молниеносным, но для граждан всё сводится к одному: от того, что их обкрадывают из левого, а не из правого кармана, лучше не становится.

 

Влюбленные в неудачу и не поддающиеся обучению

Государственные расходы растут, в то время как продуктивная экономика, по сути, саботируется и подавляется. Больше денег гоняются за меньшим товарным предложением, что неизбежно порождает инфляцию; высокая инфляция дополнительно подрывает доверие потенциальных инвесторов, а общее потребление как движущая сила роста всё равно рушится. Это нисходящая спираль, из которой можно выбраться только с помощью смелой и полной смены политики.

Часть беды, в том числе и с экономической точки зрения, заключается, конечно, в том, что миллионы людей, «живущих здесь и сейчас» (как в свое время Меркель назвала «беженцев»), являются огромным нетто-бременем для Германии, они ложатся бременем на государство всеобщего благосостояния и их вынуждено тащить на себе оставшееся продуктивное население. Многим это надоело, и они досрочно выходят на пенсию; дисбаланс между квалифицированной рабочей силой и расходами на социальное обеспечение растет еще быстрее. Другие уезжают за границу, чтобы избежать неудобств.

Ничего из этого нельзя изменить с помощью небольшой дозы доброй политической воли, пустых слов или косметических мер. Ситуация еще более осложняется сменой власти в США – не потому, что президент Трамп делает что-то плохое в экономике, а потому, что он поступает именно так, как нужно в национальных интересах. С одной стороны, для мировой экономики хорошо, если экономика США избавится от своих страданий (а именно от рецессии в производственном секторе, вне государственного сектора) и наберет реальную динамику.

Но Германия и Европа упорно проводят свою саморазрушительную политику. Пока Байден проводил ту же самую глупую политику, конкуренции не было, по крайней мере, в этом отношении. Но когда Трамп сокращает бюрократию, делает энергию значительно дешевле и надежнее, снижает налоги и добивается справедливой (с точки зрения США) торговли, он автоматически отсекает Европу. Это не его «вина», это наша глупость, если мы наконец не приспособимся к этому и не возьмем с него пример. Упорные лозунги из Берлина и Брюсселя – это отрицание реальности и ложь.

 

Идеи Мерца

Фатальность ситуации заключается не в том, что «красно-зелено-левым» не хватает проницательности и от них можно ожидать лишь поверхностной риторики и новых глупостей. А в том, что партия следующего канц­лера и он сам в равной степени не желают кардинально менять курс. Как с гордостью и триумфом провозгласил Мерц: «Путь к климатическому нейтралитету необратим». Они также являются непревзойденными в послушании ЕС и тупом антиамериканизме.

Знает ли Мерц больше о том, как работает «экономика»? Лучше ли он владеет цифрами? Склонен ли он остановить или смягчить грубейшие проявления мании регулирования и планового управления экономикой? Вероятно, на все эти вопросы можно дать положительный ответ, но даже если бы это было не так, это не такая уж большая проблема по сравнению с идеологической зацикленностью тех, кто всё еще находится у власти.

Он также обещает «смягчить» цены на электроэнергию, используя деньги налогоплательщиков, а не потребителей электроэнергии для оплаты расходов на «энергетический поворот», который уже идет полным ходом. Он хочет прекратить кампанию против газового отопления, но тем самым он лишь переводит эскалацию энергетической вой­ны против граждан на новый уровень; он не меняет основной беды. Снижение налогов тут и там – это хорошо, но какие из абсурдных государственных расходов он хочет сократить взамен?

Нет, пока не видно воли к серьезному, фундаментальному изменению курса. И это еще до того, как начались коалиционные переговоры с социал-демократами, которые даже не притворяются будто хотят изменить курс: пока что Шольц только обещает чудеса без каких-либо изменений в политике, потому что он всё сделал правильно, а если что и было не так, то во всём виновата СвДП.

Дональд Трамп провозгласил в Америке «революцию здравого смысла». Насколько далека от этого немецкая политика и неизбежный новый федеральный канц­лер? К сожалению, гораздо дальше, чем кто-либо был бы готов пройти за пачкой сигарет Camel во времена Рональда Рейгана.

 

Михаэль В. АЛЬБЕРТС

После выборов: что будет дальше?

Кто не заботится о благополучии собственного народа и собственной страны, тот получит особые результаты выборов. Но какие реальные политические варианты есть сейчас?

Я перечисляю следующие важные результаты федеральных выборов 2025 г.:

1. «Правительство преобразований» приземлилось в канаве.

2. СДПГ пожертвует собой ради «нашей демократии» и войдет в небольшую «большую» коалицию с ХДС/ХСС. Однако это произойдет только в том случае, если Фридрих Мерц полностью примет позиции СДПГ, как это делала в прошлом Ангела Меркель.

3. Фридрих Мерц возглавит правительство ХДС/ХСС/СПДГ лишь внешне. Страной будет управлять СДПГ, а вместе с ней и Ангела Меркель. См. пункт 2. Если он не справится, в дело вступит Маркус Зёдер и вместе с AfD задним числом выкопает фундамент брандмауэра. Нет ничего невозможного.

4. Фридрих Мерц остается своим самым большим противником. Его патологический страх перед AfD удерживает его в лагере центристов. Два шага вперед, как минимум один шаг назад – таков Фридрих Мерц. Он не может поступить иначе. Он уже взял назад свои обещания о закрытии границ и незыблемости «долгового тормоза». Только не привлекайте к этому внимания!

5. «Зеленые» отныне – оппозиция. А ведь кто-то из политиков объяснил, что оппозиция – это дерьмо.

6. «Пробудившаяся» СвДП обречена. Энергия свободы солнца и ветра, предложенная Линднером, оказалась пустой болтовней социалистов. В 2021 г. СвДП не хотела сидеть рядом с AfD в Бундестаге. Достигнутый результат впечатляет.

7. Сталинский «Союз Сары Вагенкнехт» не входит в Бундестаг.

8. Трансформация и брандмауэр принесли AfD около 17% голосов избирателей в Западной Германии и около 36% – в Восточной. «Борьба с правыми» вместо борьбы с собственными бездумными преобразованиями как причина подъема AfD является полным успехом. Для AfD.

9. AfD не боролась с реформой избирательного законодательства, как ХДС/ХСС и левые. Результат: кандидат от AfD Кристиан Кригель, набрав 25% голосов в округе Лейпциг I, не стал членом парламента, поскольку с 2024 г. голосование по земельному списку партии имеет преимущество перед прямым голосованием. Если бы AfD также сопротивлялась этому изменению, то теперь могла бы в знак солидарности похлопать по спине своего непобедителя, выигравшего округ. Но AfD не сопротивлялась, считая, что это не их дело. Теперь она растерянно стоит перед господином Кригелем.

«Трансформаторы» с преступной энергией разлагали население и экономику. Никогда не получавшие демократической легитимации, преобразования были вознесены на идеологические вершины республики и оттуда изо дня в день лились на голову среднестатистического Михеля и вживлялись в его мозг с использованием миллиардов (бюджет одного лишь общественно-правового вещания – 8 млрд €). При этом часто забывают, что Михелю приходится самому оплачивать счета за всё это безумие. Теперь Михель дает отпор. В общем-то, логично.

Много лет назад я спрашивал о наличии у правительства альтернативного плана. О нет, зачем? Мы, «трансформаторы», черпаем мудрость ложками, и наука служит нам. Михель должен поверить нам, вот и всё, что ему нужно сделать. Ну, разве что еще провести демонстрацию в поддержку «нашей демократии». В отличие от «Демократии, сейчас или никогда!» 1989 г.

Если новое правительство не положит конец «преобразованиям», которые никогда не были легитимированы демократическим путем, это сделает цунами низких цен на энергоносители в США. Лучше остановить безумие по собственной воле. Вы слушаете, товарищ Мерц?

Если новый Бундестаг продолжит полагаться на брандмауэр, то следующим после Фридриха Мерца канц­лером станет представитель AfD. Чтобы противостоять этому и восстановить демократические обычаи, в качестве первого, давно назревшего шага AfD должна получить те же парламентские права, что и СЕПГ-ПДС, и Левая партия после 1990 г. Одинаковое голосование в парламенте – это не сотрудничество, а демократические правила.

В 2017 г. поклонники брандмауэра изменили правила процедуры Бундестага. Старейший по возрасту член Бундестага больше не может быть президентом-старейшиной (Alters-präsident), как это было принято в демократической практике на протяжении десятилетий. С тех пор этот пост занимает тот, кто дольше всех находится на посту представителя народа. У предстоящей коалиции есть все шансы вернуться к более гламурной нормальности Бундестага и найти в своих рядах самого пожилого члена. Это сработало и с представлявшим ПДС Штефаном Хаймом в 1994 г. Тогда, читая лекцию восточногерманским депутатам, «сверху», с Запада, говорили: «Демократия должна с этим мириться. Пожалуйста, не будьте такими!».

Новая коалиция также должна немедленно нормализовать избирательное законодательство. Еще не так давно правило о том, что победа на прямых выборах превалировала над партийным списком, было хорошим демократическим обычаем. Каждый избирательный округ был представлен в парламенте, и у партийных функционеров было меньше возможностей для самоуправства. Время от времени в Бундестаге появлялись люди, выбивавшиеся из общего хора. В доковидные времена их даже превозносили как инакомыслящих. Теперь все они стали нацистами. Путь к разумному закону о выборах в Бундестаг очень прост. Достаточно вернуться к закону о выборах 1990 г. Вся эта возня с дополнительными мандатами исчезнет, и Бундестаг снова станет меньше. И элемент прямой выборности снова занял бы свое законное место.

Конечно, мне неприятно это признавать, но скорее Рейн потечет вспять в Швейцарию, чем мои предложения будут восприняты всерьез. Но… 23 февраля 2025 г. на выборах в Бундестаг за AfD проголосовали 7 469 531 западных немцев и 3 154 616 восточных плюс жителей Берлина (который я целиком отнес к Востоку). Это означает, что за AfD проголосовало на 4 314 915 больше западных немцев, чем восточных. Конечно, я знаю, что такое процентные подсчеты и что гораздо больше западных немцев, чем восточных, не голосовали за AfD. Тем не менее, эти цифры следует воспринимать со смирением. Как бы не купались в невинности западные пропагандисты, объявляющие восток источником зла, запад объединенной страны тоже не так уж невинен. Помните, что три пальца всегда указывают на указывающего. Если Мерц не принесет быстрых изменений, можно предсказать, что численность AfD продолжит расти, и не только на востоке. На Западе они также будут стремительно расти, но темпы роста, скорее всего, будут выше.

В завершение – комментарий по поводу сомнительного успеха блока ХДС/ХСС. На выборах 2013 г. он победил с впечатляющим результатом 41%. Генеральный секретарь ХДС Герман Грёэ был столь же порывист, сколь и патриотичен, размахивая перед камерами флажком в черно-красно-золотых цветах германской свободы. Это не понравилось зацикленной на зеленом цвете Меркель, и Грёэ была «разоружен» ей лично. Больше никаких цветов Республики! Около 11 лет спустя ХДС/ХСС одержал победу с 28%, но флажки исчезли. В ночь выборов ими перед камерами радостно размахивала AfD. В 2013 г. блок ХДС/ХСС определенным образом передал республику AfD. Смешно, трагично или трагикомично? В любом случае, это может быть предвестием.

 

Гунтер ВАЙСГЕРБЕР