«Процесс Эйхмана нашего поколения»

Это «будет судебный процесс Эйхмана нашего поколения», – заявил СМИ Моти Шиф, один из руководителей спецподразделения израильской полиции LAHAV-433, которое уже несколько месяцев проводит следственные мероприятия по фактам массовых убийств, издевательств и захвата заложников во время вторжения ХАМАСа на юг Израиля. В LAHAV-433 отмечают, что это самое крупное дело за всю историю государства, даже превосходящее по масштабам дело одного из главных архитекторов Холокоста Адольфа Эйхмана, доставленного в Израиль сотрудниками «Моссада» в 1960 г.

Тогда следствие длилось девять месяцев, для него было создано специальное подразделение полиции. Суд над Эйхманом открылся в Иерусалиме 11 апреля 1960 г. Обвинение привлекло более 100 свидетелей и 1600 документов. Немецкий адвокат, представлявший Эйхмана, пытался оспорить полномочия суда, в том числе аргументируя это тем, что судьи – евреи и поэтому лишены объективности. Вердикт суда, занимавший сотни страниц, зачитывался три дня. 15 декабря 1961 г. Эйхман был признан виновным, приговорен к смертной казни и 31 мая 1962 г. повешен. Это был единственный случай в истории Израиля, когда по итогам судебного процесса применялась смертная казнь.

Теперь дело о вторжении ХАМАСа сравнивают с делом Эйхмана не только следователи, но также сотрудники прокуратуры и депутаты Кнессета. С точки зрения прокуратуры, оно во многом служит образцом для будущего судебного процесса. Планируется подготовить коллективное обвинение – не только в отношении сотен задержанных боевиков, которые участвовали в событиях 7 октября, но и против всего ХАМАСа, включая его руководство. Обоснованием такой аналогии между осуждением одного из архитекторов Холокоста и инициаторов-исполнителей вторжения на юг Израиля служит, в последнем случае, массовый и извращенно жестокий характер убийств.

Дело Эйхмана рассматривается в качестве образца и с точки зрения процессуальных аспектов итогового судебного вердикта – смертной казни. По этой причине сформированной в прокуратуре специальной группе переданы на изучение архивные материалы дела Эйхмана, большинство из которых никогда не публиковалось. Часть этих документов, ставшиx известными Telegram-каналу AZfront, свидетельствуют об общности некоторых интеллектуальных пристрастий Эйхмана и лидера ХАМАСа в секторе Газа Ихьи Синуара.

Среди документов выделяются показания офицера СС Вислицени, который под руководством Эйхмана участвовал в массовом уничтожении евреев Венгрии, Словакии и Греции. Изучая их, сотрудники прокуратуры обратили внимание на следующий фрагмент: «В августе 1934 г. Эйхман был принят в СД. Там с 1934 г. он работал помощником в масонской библиотеке (занимался систематизацией картотеки масонов)... У него была определенная склонность к регистрационной, организационной и другой педантичной работе. Поскольку у него было много свободного времени, он начал изучать древние языки, особенно иврит... Он достаточно хорошо читал на иврите и умел сносно переводить. Однако не мог свободно говорить… Эйхмана перевели во вновь созданный „еврейский“ отдел в Главном управлении СД. С весны 1937 г. он работал там референтом по вопросам сионизма. Благодаря этому он приобрел глубокие знания о сионистских организациях и территориальных условиях Палестины... Поездка в Палестину в 1937 г. была совершена Эйхманом в качестве ответственного референта в сопровождении Герберта Хагена (глава „еврейского“ отдела)... Они хотели остаться примерно на 14 дней, намереваясь посетить верховного муфтия (муфтий Иерусалима Амин аль-Хусейни. – Ред.)... британские власти разрешили им остаться только на два дня. Побывав в Тель-Авиве, а также в Хайфе, они отправились в Александрию. В Каире они встретились с арабскими журналистами, в том числе с представителем муфтия… За исключением этой поездки, Эйхман никогда не ступал на палестинскую землю... Позже, когда Эйхман общался с еврейскими деятелями в Вене, он всегда стремился произвести на них впечатление своими знаниями о Палестине, о языке и еврейских проблемах. Он заявил, что происходит из немецкой семьи, принадлежащей к Храмовой секте в Сароне, недалеко от Хайфы... С тех пор этот сказ получил распространение в еврейских кругах и всегда доставлял Эйхману удовольствие».

Сотрудники прокуратуры усматривают параллели между Эйхманом и Синуаром не только в том, что оба изучали иврит, но и в пристрастии демонстрировать евреям свои познания в еврейской/израильской политике и культуре. Причем Синуар владеет ивритом гораздо лучше Эйхмана. Он изучил язык во время тюремного заключения в Израиле с 1988 по 2011 г., практиковался в общении с сотрудниками тюремной администрации и очень любил смотреть в камере израильские сериалы. По свидетельству одного из начальников разведслужбы Тюремного управления, Синуар уже тогда с удовольствием демонстрировал владение ивритом и свои познания в израильских реалиях. Спустя год после избрания лидером ХАМАСа в секторе Газа он даже написал от руки премьеру Нетаньяху личное послание на иврите. Не упустил он и возможности продемонстрировать свои знания и перед израильтянами, захваченными ХАМАСом 7 октября: лично встретился с ними в подземном бункере в секторе Газа и поговорил на иврите.