Проблема выбора

На фоне уступок США аятоллам она стоит как перед Израилем, так и перед суннитами

Сказанное в статье подтвердил и саммит, прошедший в Негеве 27–28 марта и собравший глав дипломатических ведомств Бахрейна, Египта, Израиля, США, Марокко и ОАЭ. Как и в случае сo встречей в Шарм-эль-Шейхе, Иерусалим стремился представить этот форум как создание регионального фронта против Ирана, в то время как арабские участники саммита, выступая перед СМИ, либо вообще не упоминали Иран, либо делали это формально© Jacquelyn Martin / POOL / AFP

Развенчание израильских иллюзий

Десятилетиями высшие чины израильского оборонного ведомства обивали пороги Пентагона, Госдепа, ЦРУ и Совета по национальной безопасности с портфелями, полными документов, содержащих неопровержимые доказательства того, что ядерная программа Ирана является военной и ее цель – превращение Исламской Республики в ядерное государство. Все эти офицеры прибывали в Вашингтон, убежденные в том, что «дымящиеся пистолеты», продемонстрированные ими американцам, склонят тех к отказу от своего заблуждения – будто бы можно заключить «большую сделку» с фанатичной исламистской теократией, лидеры которой видят в возвышении Ирана предвестие эпохи мирового господства шиитов.

Однажды их усилия действительно были вознаграждены. В 2018 г., после того как «Моссад» вывез ядерный архив Ирана со склада в Тегеране и доставил его в Израиль, руководители израильской разведки вылетели в Вашингтон, чтобы поделиться находками с администрацией Трампа. Документы предоставили неопровержимое доказательство давних утверждений Израиля о том, что ядерная программа Ирана служила главной цели – разработке ядерного оружия. Тогда Трамп и в самом деле отреагировал на разоблачения Израиля, выведя США из Совместного всеобъемлющего плана действий (СВПД) 2015 г. – ядерной сделки, которую администрация Обамы заключила с Ираном.

Сделка временно наложила определенные ограничения на ядерную деятельность Ирана. Вместе с тем СВПД позволил Ирану продолжать ядерные исследования и разработки и, более того, не наложил никаких ограничений на разработку и использование Ираном ракет. Другими словами, сделка ограничила возможности Ирана использовать ядерный потенциал, который он приобрел к 2015 г., но позволяла значительно расширить свой ядерный потенциал в будущем.

После выхода из СВПД Трамп и его госсекретарь Майк Помпео объявили о кампании «максимального давления» и жестких санкций против иранского режима. Кампания была направлена на то, чтобы помешать режиму вести вой­ну против своих соседей – либо напрямую, либо через своих марионеток, а также на удержание иранского режима от нападения на силы и позиции США в регионе.

Эта стратегия работала достаточно эффективно, но лишь до тех пор, пока Трамп не покинул президентский пост. Если бы администрация Байдена продолжила этот курс, иранский режим, скорее всего, настолько бы обессилел, что вряд ли смог бы продвигать дальше свою ядерную программу. Однако вместо того, чтобы продолжать политику, которая работала, Байден восстановил политику Обамы, направленную на содействие ядерной программе Ирана и его региональной агрессии.

Байден назначил своим посланником на возобновленных ядерных переговорах с Ираном Роберта Малли – бывшего переговорщика по ядерным вопросам в администрации Обамы. Как до начала переговоров в Вене, так и после, желая убедить Иран согласиться на сделку, Байден прекратил применение наиболее значительных санкций, которые Трамп наложил на ядерные операции Ирана. Байден исключил йеменских марионеток Ирана – хуситов – из официального списка иностранных террористических организаций Госдепа. Более того, oн убедил союзников США разморозить иранские средства, хранящиеся в их банках и замороженные за спонсирование Ираном терроризма, в надежде выказать аятоллам свои добрые намерения.

Всё это возвращает нас к израильским офицерам, которые последние два десятилетия бродили по коридорам власти в Вашингтоне, нося с собой доказательства злостных намерений и действий Ирана. Во время президентства Обамы тогдашний премьер-министр Израиля Биньямин Нетаньяху стал фактически единственным в израильском руководстве, кто предупреждал о том, что администрация Обамы не намерена блокировать превращение Ирана в ядерную державу. В течение восьми лет Нетаньяху был вынужден бороться с собственным оборонным истеблишментом, лидеры которого продолжали верить в заявления американских политиков обеих партий о том, что они не позволят Ирану стать ядерной державой.

В июне прошлого года Нетаньяху был отстранен от власти коалицией разношерстных партий – от провозглашающих себя правыми до левых радикалов и «Братьев-мусульман». Нынешний премьер Нафтали Беннет, глава МИДа Яир Лапид и министр обороны Бенни Ганц вступили в должности, пообещав не критиковать публично ядерную дипломатию Байдена с Ираном, и даже выразили поддержку обновленному соглашению с аятоллами. Наконец-то истеблишмент оборонных ведомств, долгое время выступавший против доктрины Нетаньяху о мощной публичной дипломатии и независимых действиях, имеющей целью помешать Ирану получить ядерное оружие, почувствовал себя свободным.

Все последние месяцы, пока в Вене продолжались ядерные переговоры, новые «голубиные» лидеры Израиля держали свое слово. Противодействие просачивающейся информации о далеко идущих уступках США высказывалось вежливо и, как правило, в частном порядке. Старшие военные и разведчики продолжали ездить в Вашингтон со своими портфелями, набитыми документами, полагая, что в их силах изменить позицию США на переговорах в Вене. Частые предупреждения Нетаньяху о том, что сейчас не время для молчания, отвергались как бред ожесточенного и проигравшего политика.

Но затем Габриэль Норонья, бывший специалист по Ирану в Госдепартаменте, опубликовал в Twitter подробности уступок, на которые Малли уже согласился. Норонья написал, что эти сведения он получил от бывших коллег по Госдепу и Совету национальной безопасности, а также от делегаций ЕС на переговорах. Норонья написал, что его соратники, все «служивые» чиновники (т. е. добившиеся своих постов благодаря успешной карьере, а не политическим назначениям), «настолько обеспокоены уступками, на которые пошел в Вене Роб Малли, что позволили мне опубликовать некоторые детали предстоящей сделки в надежде, что Конгресс станет действовать, чтобы остановить капитуляцию».

Капитуляция Малли включает в себя исключение Корпуса стражей исламской революции (КСИР) из списка террористических организаций и отмену санкций США в отношении высокопоставленных террористов Ирана, в том числе руководителей террористов, ответственных за резню 241 морского пехотинца США в казармах морской пехоты в Бейруте в 1983 и 1994 гг., а также взрыв еврейского общинного центра в Буэнос-Айресе в 1994 г., в результате которого погибло 85 человек.

Малли согласился отменить санкции в отношении 112 организаций и лиц, связанных с иранским диктатором Хаменеи, благодаря которым тот накопил огромное состояние и сумел создать иранские сети глобального террора и закупок оружия. Малли готов отменить санкции в отношении иранских юридических и физических лиц, причастных к пыткам и убийствам иранских мирных жителей. В целом коллеги Нороньи заявили, что Малли согласился на ослабление санкций, что обеспечит Ирану немедленное вливание денежных средств в размере 90 млрд долл., а также дополнительные 50–55 млрд долл. в год в виде прибыли от нефти и газа.

На ядерном фронте, помимо нескольких формальностей, сделка Байдена позволит Ирану на полном ходу двигаться вперед в разработке передовых центрифуг и продолжать гонку к ядерному финишу. Все ограничения, по большей части не подкрепленные какими-либо контрольными механизмами, и вовсе будут сняты через 2,5 года. При этом ядерная программа Ирана, представляющая собой существенное нарушение Договора о нераспространении ядерного оружия, будет узаконена ООН и правительством США.

Все эти уступки гарантируют два следствия.

Во-первых, Иран пойдет на вой­ну. Как пояснил в недавнем интервью Newsweek полковник армии США (в запасе) Джоэл Рэйберн, который был посланником Трампа в Сирии и занимал ряд руководящих должностей, связанных с Ближним Востоком, в Центральном командовании, Совете национальной безопасности и Госдепартаменте, после реализации СВПД в 2015 г. Иран получил миллиарды долларов в виде снятия санкций. Он использовал эти средства для расширения своих вой­н против Израиля, против американских войск, дислоцированных на Ближнем Востоке, и против арабских суннитских государств, соседствующих с Ираном. Все эти вой­ны Иран вел как напрямую, так и через своих ставленников в Ираке, Йемене, Сирии, Ливане и Палестинской автономии. Те 90 млрд долл., которые администрация Байдена готова предоставить Ирану, гарантируют, что он резко усилит свою агрессию.

Второе последствие заключается в том, что Иран станет ядерным государством, если Израиль не нападет и не уничтожит достаточное количество иранских ядерных установок.

Теперь стоит вернуться к руководству службами безопасности Израиля. Вероятно, самая мощная ударная волна, которую вызвали разоблачения Нороньи, прошла через высший эшелон военного командования Израиля. Его лидеры больше не могут отрицать правду, которую они отказывались признавать на протяжении 20 лет. Оказывается, Нетаньяху был прав с самого начала.

Так или иначе, соперничество между Ираном и Израилем противопоставляет страну с населением в 90 млн человек стране с населением в 9 млн человек, агрессивную теократическую диктатуру с многочисленными иностранными легионами – либеральной демократии без стремления к территориальным завоеваниям. И тем не менее, несмотря на все это, США под администрацией Байдена поддерживает иранцев.

 

Выбор между силой и крахом

На фоне американских уступок тегеранским аятоллам суннитским арабским государствам предстоит выбрать: идти ли на поклон к Ирану или встать на сторону Израиля.

В интервью телеканалу Fox News экс-премьер Израиля Биньямин Нетаньяху напомнил о том, что борьба, которую он вел против ядерной сделки администрации Обамы с Ираном в 2015 г., привела к формированию стратегического партнерства Израиля с суннитскими арабскими государствами, породившего в 2020 г. «Соглашения Авраама». Саудовская Аравия, ОАЭ, Египет и другие арабские государства, наблюдая за упорной борьбой израильского лидера против сделки Обамы с иранским режимом, которая угрожала им не меньше, чем еврейскому государству, пришли к выводу о том, что Израиль им вовсе не враг, но, напротив, – их самый могущественный и надежный союзник.

На первый взгляд, саммит, состоявшийся в конце марта в Шарм-эль-Шейхе с участием премьер-министра Израиля Нафтали Беннета, президента Египта Абдель-Фаттаха ас-Сиси и наследного принца ОАЭ Мохаммеда бин Заида, кажется естественным продолжением того, что начал в свое время Нетаньяху. Точно так же, как сунниты обратились к Израилю в 2015 г., когда Обама намеревался сдать их Ирану с потрохами, так и сегодня, в свете стремления администрации Байдена заключить с иранским режимом даже более опасную ядерную сделку, они обращаются к Иерусалиму, желая упрочить координацию с ним своей безопасности. Исходя из этого предложение Беннета создать совместную региональную систему ПВО выглядит разумным.

К сожалению, есть веские основания полагать, что в Шарме-эль-Шейхе доминировали иные соображения. И связаны они напрямую с тем, как арабские государства воспринимают решение администрации Байдена продолжить политику Обамы по переориентации США на Иран за счет Израиля и своих традиционных арабских союзников-суннитов.

В статье, опубликованной Еврейской службой новостей, специалист по Ближнему Востоку и бывший советник Совета национальной безопасности США Дэвид Вурсмер объяснил, что Мохаммед бин Заид, Сиси, наследный принц Саудовской Аравии Мохаммед бин Салман и другие рассматривают борьбу за влияние между своими государствами и иранским режимом как своего рода жестокую клановую вой­ну. При этом в течение последних 70 лет народы Ближнего Востока считали самым влиятельным «кланом» в регионе американцев. В свою очередь, США в обмен на лояльность предоставили арабам-суннитам и Израилю свою защиту.

Ядерная сделка, которую Байден и его команда, как сообщается, почти закрыли с Ираном в Вене, предоставляет Тегерану легитимацию и средства для того, чтобы стать «пороговым» государством, способным создать ядерный арсенал по своему желанию за 2,5 года. Снятие же санкций, являющееся неотъемлемой частью сделки, обеспечивает Ирану финансовые средства для ведения вой­н по всему региону.

В клановом мышлении, поясняет Вурмсер, эти уступки США иранцам означают то, что Америка отказывается от дальнейшей защиты арабов и Израиля. Иными словами, с точки зрения арабских лидеров, США дают понять своим прежним ближневосточным союзникам, что их жизнь, имущество и само существование больше не находятся под американской защитой и покровительством.

В этих обстоятельствах лидеры Саудовской Аравии и ОАЭ полагают, что у них есть три варианта:

• они могут смириться с поглощением своих стран Ираном;

• они могут начать пресмыкаться перед иранцами, как это делают теперь американцы, и спасти свои шкуры, подставив другой клан – например, Израиль;

• или же они могут, напротив, прильнуть к Израилю, чтобы именно он стал сильнейшим «кланом» на Ближнем Востоке – вместо Америки.

Заметим, Россия и Китай, которые предположительно могли бы заменить США в качестве самой влиятельной региональной силы, являются союзниками Ирана.

Прямо сейчас сунниты пытаются решить, начать ли пресмыкаться перед Ираном или встать на сторону Израиля.

Что касается Израиля, то, как объясняет Вурмсер, у него на фоне американского предательства есть лишь один вариант: стать сильнейшим кланом региона.

При таком учете арабского мировоззрения становятся очевидными проблемы и опасности, выявившиеся на саммите в Шарм-эль-Шейхе. Согласно сообщениям СМИ о встрече, основным вопросом, который обсуждали три лидера, было желание Мохаммеда бин Заида реабилитировать сирийский режим и его лидера Башара Асада. Лига арабских государств (ЛАГ) изгнала Сирию в 2011 г. в ответ на кампанию Асада по геноциду против собственного народа. Теперь Мохаммед бин Заид, принимавший недавно Асада, желает восстановить членство Сирии в ЛАГ. Бин Заид представил свою инициативу как средство оторвать Асада от Ирана. К сожалению, это, как говорится, совсем не тот случай. И бин Заид сам это прекрасно знает. И он, и Мохаммед бин Салман понимают, что Асад не является независимым игроком. Он целиком и полностью иранский прокси. У Асада нет ни власти, ни идеологического, ни политического, на даже физического существования без Ирана.

Иными словами, инициатива бин Заида не более чем циничная и опасная уловка. Циничная, прежде всего, потому, что, как он прекрасно знает, на протяжении нескольких поколений руководства израильскими службами безопасности исходили из чудовищного заблуждения, будто бы Асады – отец и сын – могут быть отдалены от Ирана. На протяжении десятилетий израильские генералы выступали за сдачу Голанских высот Сирии в обмен на ее отдаление от Ирана. Эта безумная идея, как известно, не сработала и, разумеется, не могла сработать, поскольку и Хафез, и Башар Асады знали, что само их выживание полностью зависит от иранских аятолл. Но пустые надежды раз за разом возрождаются там, где привычки сильнее логики. Импульс обольстить Асада не угас и в 2019 г., когда Генштаб ЦАХАЛа попытался помешать США признать суверенитет Израиля над Голанскими высотами.

Байден и его команда ясно заявили о своем намерении восстановить проиранскую политику Обамы во время президентской кампании 2020 г. И через несколько недель после вступления в должность они начали приводить ее в действие. Среди прочего администрация понизила рейтинг связей США с Саудовской Аравией, отказавшись встретиться с Мохаммедом бин Салманом. Они приостановили план администрации Трампа по продаже F-35 в ОАЭ. И они исключили из списка иностранных террористических групп Госдепартамента йеменских террористических марионеток Ирана – хуситов, которые ведут вой­ну как против Саудовской Аравии, так и против ОАЭ.

Осознавая суровую реальность, состоящую в том, что американский «клан» бросил их, эмиратцы и саудовцы стали осторожно приближаться к Тегерану, чтобы проверить перспективы своего предательства Израиля и заключения сепаратного мира с аятоллами. Именно в этом контексте необходимо понимать гамбит Мохаммеда бин Заида против Асада в отношении Беннета. Усилия Мохаммеда бин Заида вовсе не направлены на то, чтобы привлечь Сирию к себе и отвадить Асада от Тегерана. Речь идет о том, чтобы использовать реабилитацию Асада как средство для того, чтобы приблизить Иран, контролирующий Асада, к арабам. Ну, или, что более вероятно, чтобы приблизить арабов к Ирану.

Увы, теперь ситуация изменилась. В то время как Нетаньяху, бросивший вызов своему военному истеблишменту, с тем чтобы убедить Трампа признать суверенитет Израиля над Голанскими высотами, очевидно сказал бы Мохаммеду бин Заиду, что тому следует забыть об израильской поддержке расширения прав и возможностей Асада, генералы, мнение которых Нетаньяху тогда игнорировал, теперь отвечают за оборонную политику Израиля. Сообщения в СМИ о саммите, в которых указывалось, что Израиль не возражает против инициативы Мохаммеда бин Заида, показали, что они все еще поддерживают фантазию о том, что Асада можно отдалить от Ирана. Беннет и его команда, в свою очередь, никак не дали понять, что осознают проиранскую суть предложения бин Заида.

Единственная оговорка, которую Израиль, как сообщается, высказал по поводу этого сирийского гамбита, состояла в том, что США выступают против него, а потому Израиль не может его принять. Хотя трудно представить себе, что у администрации Байдена возникнут серьезные возражения против инициативы, которая расширяет возможности Ирана, сам факт того, что Беннет и его команда обеспокоены противодействием США такому шагу, указывает еще на один тревожный аспект саммита. Мало того, что Беннет и его советники, по-видимому, не понимают смысла реакции арабов на предательство США, они к тому же не понимают, что Вашингтон предал Израиль и что Израилю нужно искать выход вне американского зонтика безопасности.

Беннет, Лапид и Ганц не считают проиранскую политику Байдена (которая является продолжением проиранской политики Обамы) предательством Израиля. Для них это просто разница во мнениях. Хуже того, в своих попытках дискредитировать Нетаньяху во внутриполитических целях трое этих политиков атакуют его за то, что тот убедил Трампа отказаться от сделки Обамы с Ираном. Эти атаки делают для них почти невозможным изменить курс и начать кампанию по дискредитации проиранской политики Байдена, хотя израильская общественность ожидает от них именно этого.

Единственная борьба, которую Беннет, Лапид и Ганц всё же ведут (хотя крайне нерешительно) – это борьба против заявленного плана администрации США отменить решение Трампа считать КСИР террористами. Хотя это и важный момент, он упускает суть, одновременно загоняя Израиль в ловушку.

Самая большая проблема со сделкой Байдена с Ираном заключается в том, что она узаконивает усилия Ирана по созданию ядерного арсенала и превращению его в регионального гегемона. Снятие с КСИР статуса террористической организации стало бы ужасным поступком, но это бедствие гораздо меньшего масштаба, чем сама сделка. Более того, если Беннет, Лапид и Ганц добьются успеха в этом направлении и Байден сохранит за КСИР статус террористов, он и его команда будут использовать эту уступку как «доказательство» того, что они настроены произраильски, даже несмотря на то, что их основная политика ставит под угрозу само существование Израиля.

Саудовская Аравия и ОАЭ ответили на враждебность администрации, отказавшись разговаривать с Байденом или его советниками. Госсекретарь США Энтони Блинкен, направлявшийся в Израиль и Палестинскую автономию, был вынужден отменить свою запланированную последующую поездку в Саудовскую Аравию и ОАЭ, поскольку их правительства отказались принимать его.

Вместо того чтобы учиться у арабских партнеров Израиля и заставить администрацию США заплатить за свою враждебность к Израилю, Беннет, как сообщается, напротив пытается лоббировать саудовцев и эмиратцев от имени американцев. Эти действия отнюдь не поднимают имидж Израиля в арабских столицах. Рабская преданность Беннета циничной и безжалостной администрации США делает его выглядящим слабым и глупым в глазах арабов, которые сейчас раздумывают, поставить ли в отношении своего будущего на Израиль или на Иран. И дело вовсе не в том, что у Израиля нет другого выбора. Он есть! Ранее Беннет заявил, что нет смысла проводить кампанию против ядерной сделки, поскольку та уже завершена и необратима. Это неверно! Администрация Байдена политически намного слабее, чем была администрация Обамы. Несколько демократов публично выступают против сделки Байдена с Ираном. Еще не поздно ее остановить.

И даже если кампании не удастся помешать продвижению сделки, крайне важно, чтобы Израиль боролся с ней. Это мобилизует общественное мнение в США против сделки и активизирует политиков обеих партий. Это также покажет, что Израиль не будет связан сделкой, ставящей под угрозу само его существование.

Что еще более важно: перед лицом сирийской инициативы Мохаммеда бин Заида Израиль должен бороться с ней, чтобы показать свою силу и серьезность намерений арабам в этот критический момент, когда они пытаются выбирать между сотрудничеством с Израилем или переходом под иранское покровительство.

Возможно, в 2025 г. в США будет республиканская администрация, которая займется восстановлением положения США как самого влиятельного фактора на Ближнем Востоке, возрождая свою приверженность Израилю и суннитам и борясь с Ираном. Но Израиль не может полагаться на подобную перспективу. Сегодня, перед лицом предательства Байдена, у Израиля есть лишь один вариант – стать сильнейшим кланом Ближнего Востока.

 

Кэролайн ГЛИК

Перевод с англ. А. Непомнящего

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


Вой­на администрации Байдена против Израиля и его правительства

Вой­на администрации Байдена против Израиля и его правительства

«Израиль должен делать то, что лучше для Израиля»

«Израиль должен делать то, что лучше для Израиля»

Дэвид Фридман анализирует ход войны и надежды на будущее Ближнего Востока

Как же мы относимся к Трампу?

Как же мы относимся к Трампу?

Да, он не идеален, но его лидерство – вовсе не радикальное отклонение от американского характера

К штыку приравняли перо

К штыку приравняли перо

Как международные СМИ и журналистские организации помогают террористам

Воздержание, или Глядя на мир закрытыми глазами

Воздержание, или Глядя на мир закрытыми глазами

США в ООН, как и сама ООН, работают против интересов Израиля

Гол в свои ворота

Гол в свои ворота

«Нацконы» в эпицентре левого тоталитаризма

Проснись, Германия, проснись!..

Проснись, Германия, проснись!..

К чему ведет «красно-зеленая» трансформация и чем она закончится

Эко-фантазии разбиваются о реальность

Эко-фантазии разбиваются о реальность

Шестеренки в системе запугивания

Шестеренки в системе запугивания

Насажденная Меркель система страха действует по сей день

Попытка залить пожар керосином

Попытка залить пожар керосином

Как козла, финансируемого за счет налогов, пустили в огород

«Пособие не для граждан, а для иммигрантов»

«Пособие не для граждан, а для иммигрантов»

Неопровержимые факты развенчивают миф об иммиграции квалифицированных кадров

Как Германия отпугивает квалифицированных работников

Как Германия отпугивает квалифицированных работников

Немцы отказывают в визах платежеспособным иностранцам и впускают в страну тех, кого им приходится содержать

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!