Рамадан, обагренный кровью

Не успел начаться священный для мусульман месяц поста и молитв Рамадан, как в расположенном под Парижем городке Рамбуйе, который знаменит своим замком, где находится летняя резиденция французских президентов, вооруженный ножом иммигрант из Туниса напал на сотрудницу полиции и смертельно ранил ее. Нападение произошло днем 23 апреля на входе в полицейский комиссариат. Сотрудница полиции по имени Стефани, 49-летняя мать двоих детей, возвращалась в отдел полиции с обеда. Нападавший нанес ей удар ножом в шею, когда она вошла в подъезд здания комиссариата. Находившиеся у входа в здание полицейские сделали в нападавшего несколько выстрелов. В тяжелом состоянии он был госпитализирован и вскоре умер от ран.

Как выяснилось, 37-летний убийца прибыл во Францию в 2009 г. Вплоть до 2019 г. он жил в стране нелегально, а два года назад каким-то образом получил вид на жительство во Франции, срок которого истекал в конце декабря нынешнего года. Согласно данным полиции, в Рамбуйе он перебрался недавно. В городе мужчина устроился работать курьером. До последнего времени курьер-тунисец не создавал полицейским никаких проблем: он не числился ни в криминальной базе данных, ни в списках активистов-радикалов. Расследование убийства полицейской поручено следователям антитеррористической прокуратуры.

Между тем, президент Франции Эмманюэль Макрон, не дожидаясь результатов расследования, заявил, что нападение в Рамбуйе – акт «исламистского терроризма». В том же духе высказался и прибывший на место преступления премьер-министр Франции Жан Кастекс. Основания для таких заявлений имеются: полицейский, дежуривший на входе в участок, сообщил, что убийца, нанося удар ножом своей жертве, успел крикнуть «Аллаху акбар!». В полиции также установили, что последним просмотренным убийцей роликом в YouTube было видео, прославляющее вооруженный джихад.

Буквально через день после убийства выяснилось, что это не было преступлением одиночки. Нападение было спланировано группой лиц, чему были найдены доказательства. В результате были арестованы трое сообщников нападавшего. Как отмечают аналитики, похоже, что террористы во Франции сменили свою тактику. Прежде исламистские атаки планировались некими мозговыми центрами, часто зарубежными, были масштабными и сложными в организационном плане (вроде массового убийства в Париже 2015 г., когда в театре «Батаклан», на стадионе «Стад-де Франс» и в нескольких ресторанах погибли 130 человек). Но последнее время здесь практикуется так называемый сетевой терроризм, когда исламисты занимаются лишь идеологической обработкой восприимчивых к их призывам мусульман, а место, время и способ нападения шахиды выбирают сами. Так случилось прошлой осенью в Париже, потом в Ницце, где погибли трое прихожан местной базилики. В этих последних двух случаях ни предугадать, ни предотвратить трагедии было невозможно: внимание полиции убийцы прежде не привлекали. И потому случившееся в Рамбуйе – событие для страны не рядовое, вызвавшее немедленную реакцию первых лиц государства.

Уже всем ясно, и «ЕП» не раз об этом писала, что радикальный исламизм ведет против Запада и в частности против Франции настоящую войну. Нельзя сказать, что в Елисейском дворце этого не понимают. В прошлом году, после осенней серии нападений, президент Макрон добился принятия закона, запрещающего вызывающее и демонстративное использование религиозных символов в школах и других публичных местах. Недавно принятый закон «об усилении уважения к принципам Республики» (см. стр. 10–11) также имеет целью защитить граждан и блюстителей порядка. Но, даже если в Елисейском дворце и есть полное понимание ситуации, вряд ли там способны предложить адекватные способы решения проблемы. А она будет обостряться с каждым месяцем и станет главной темой будущих президентских выборов. В стране только официально проживает около 7 млн мусульман, еще несколько миллионов прибыли сюда нелегально и продолжают прибывать, даже несмотря на ужесточение контроля и ограничения, вызванные пандемией коронавируса. Многие из этих людей живут в крайней нищете безо всяких шансов из нее выбраться, и главным центром их социальных контактов являются мечети, а это – идеальная питательная среда для терроризма. И потому трагедия в Рамбуйе, увы, вряд ли станет последней в череде преступлений исламизма на территории как Франции, так и Европы. И то обстоятельство, что после теракта министр внутренних дел Франции Жеральд Дарманин объявил об усилении мер безопасности перед всеми полицейскими участками и жандармерией в стране, вряд ли успокоит граждан.