Долгий путь к справедливости

Депутаты горсовета Ковеля поддержали инициативу еврейской общины о создании Мемориального парка памяти на месте разрушенного иудейского кладбища. Казалось бы, естественный шаг для вменяемой муниципальной власти вне зависимости от политической окраски, но ушло на него почти десять лет…

Впрочем, по меркам истории (а евреи в Ковеле появились в начале XVI в.), это, можно сказать, мгновение. Местная община укрепилась в XVIII в., а после 1795 г. российские власти даже разрешили выбирать помощника городского головы из евреев. В 1897 г. иудеи составляли уже 48% населения (более 8500 человек) уездного города. К началу Первой мировой вой­ны в Ковеле было 13 синагог и существовала целая сеть образовательных и благотворительных учреждений. Погромы здесь отличались разнообразием: традицию положил польский генерал Юзеф Халлер, в 1919 г. инициативу перехватили войска Директории, а в 1920-м евреев громили отряды атамана Булак-Балаховича.

В 1921 г. Ковель оказался в составе Польши – в межвоенный период муниципальный совет наполовину состоял из евреев, что не удивительно, учитывая их долю (более 60%) среди горожан. Синагоги, начальные школы, гимназия, два еженедельника, три еврейских спортивных клуба, драматическая студия – все это было закрыто Советами осенью 1939-го после раздела Польши между Гитлером и Сталиным. Впрочем, ряд еврейских учебных заведений власть оставила, обязав изменить язык преподавания с иврита на идиш.

Немцы заняли город уже 28 июня 1941 г., поэтому большинство евреев не успели эвакуироваться. До конца года в соседнем лесу расстреляли около тысячи евреев, а весной 1942-го немцы создали два гетто – одно (для трудоспособных) на 8000 человек, и второе – на 6000. Уже в начале лета второе гетто было ликвидировано, а 19 августа на еврейском кладбище расстреляли почти всех обитателей первого гетто. Немногие бежавшие в леса евреи были выловлены немцами и местными жителями. Последних узников гетто уничтожили 6 октября 1942 г. Из 17 тыс. евреев, проживавших в городе до вой­ны, после освобождения в 1944-м вернулось 40 человек. Да и те вскоре выехали в Польшу, а оттуда в Израиль и другие страны.

Здание Большой синагоги власть передала швейной фабрике, а на Новом кладбище, где были расстреляны тысячи евреев, в 1959 г. планировали построить завод. Проект так и не был реализован, но в 1970-м кладбище окончательно разрушили, использовав надгробия для мощения тротуаров в военной части – осколки мацев до сих пор смущают прохожих еврейской символикой под ногами.

На остатках самого некрополя возвели Дом культуры им. Тараса Шевченко завода «Ковельсельмаш», но и после обретения независимости назначение территории не изменилось – здесь проходил День города, а летом 2016-го на месте массового расстрела евреев был с разрешения муниципалитета установлен… цирк-шапито.

Разразился скандал, материал о решении горсовета вышел в газете The Times of Israel, на ситуацию обратили внимание украинские телеканалы, после чего мэр города Олег Киндер заявил, мол, никто не знает, действительно ли на этом кладбище немцы расстреливали людей. И это несмотря на то, что существует множество свидетельств о том, что именно кладбище на ул. Владимирской стало местом массовых казней. Среди свидетелей – и чудом уцелевшие узники гетто, и даже полицай, рассказавший на допросе, как отводил евреев на кладбище и где были вырыты ямы, у которых гестапо и жандармерия расстреливали несчастных. В июле 1951 г. специальная комиссия провела эксгумацию из двух ям, установив, что там были расстреляны и закопаны мужчины, женщины и дети. Территория бывшего еврейского кладбища обозначена на топографической съемке 1977 г., различима она и на современной спутниковой карте.

С 2011 г. евреи пытались как-то упорядочить это место, отдав должное памяти погибших здесь предков, и дело, наконец, сдвинулось с мертвой точки. Сейчас от кладбища, с которого в начале 1970-х самосвалами вывозили кости, осталась одна неразрушенная мацева. Будущий мемориальный парк призван исправить эту ситуацию. Согласно меморандуму о сотрудничестве, еврейская община должна провести публичные обсуждения проекта, разработать и согласовать проектную документацию и выступить заказчиком строительства Парка памяти. Горсовет обязуется содействовать в оформлении разрешительной документации и в определении границ территории мемориального парка. Некоторые спасенные от вандализма мацевы вот уже несколько лет хранятся под открытым небом. Хочется верить, что они станут частью нового публичного пространства, напоминая о когда-то процветавшей еврейской общине Ковеля.

 

Виктор МАКОВСКИЙ