От реанимации до стендапа

Михаил Шац

Судьба не раз заставляла Михаила Шаца начинать жизнь с новой страницы. Он оставил медицину ради КВН, а затем стал одним из самых известных телеведущих и юмористов России. После ухода с телевидения открыл для себя стендап, а в последние годы начал новую жизнь уже в Израиле. Сегодня Михаил Шац успешно выступает с сольными программами в разных странах, сохраняя свой фирменный стиль, в котором ирония нередко соседствует с серьезным разговором о времени, эмиграции, возрасте и человеческих отношениях. В ноябре Михаил отправится на гастроли по Германии с новой программой «Лифтолук». Концерты состоятся в Дюссельдорфе (4 ноября), Карлсруэ (5 ноября), Франкфурте-на-Майне (6 ноября), Штутгарте (7 ноября), Берлине (8 ноября), Гамбурге (10 нояб­ря), Ганновере (11 ноября), Кёльне (12 ноября), Мюнхене (14 но­ября), а завершится тур выступлением 15 ноября в Вене.

– Михаил, вы окончили Ленинградский медицинский институт, работали анестезиологом-реаниматологом. За прошедшие годы у вас хоть раз возникало сожаление, что вы ушли из медицины? Или чувство юмора всё-таки оказалось вашим настоящим призванием?

– Честно говоря, о возвращении в медицину я не думал. Разве что в первые минуты после репатриации мелькнула мысль: может быть, зря я уже не врач. Однако такое ощущение длилось недолго. А в целом, считаю, что всё произошло вовремя. Я вовремя ушел из медицины, а ранее прекрасно отучился шесть лет и столько же проработал. Мне кажется, у нас с медициной полный расчет и никаких долгов друг перед другом не осталось. Судя по тому, как складывается моя жизнь, в ней хватает и юмора, и драмы. Но в целом я доволен тем, как всё сложилось, и своим профессиональным путем тоже.

– Вспомним вашу первую профессию. Когда-то вы помогали людям справляться с физической болью. Можно ли сказать, что ваш стенд­ап сегодня тоже своего рода анестезия, только уже для души?

– Наверное, в каком-то смысле да. Во время выступления я говорю о вещах, которые меня волнуют. И очень часто оказывается, что они волнуют не только меня, но и многих людей в зале. Когда зрители узнают в моих историях самих себя, тогда, вероятно, можно сказать, что стендап удался.