Горка

Даже в тяжелое советское время евреи собирались на улице Архипова, у Московской хоральной синагоги.

Не был исключением и Эрнест Павлович Щукин, студент последнего года одного из московских вyзов. Вообще говоря, знания советских евреев о своих национально-религиозных праздниках можно определить как отрывочные. Доподлинно было известно о Пуримшпиле, после которого надо напиться, да и другие праздники приятно встречали и проводили правильно – с друзьями на Горке.

Тут и настало время Симхат-Торы. Наш герой, будущий инженер-теплотехник, страшно далекий от внутренней политики, не заметил антиалкогольного влияния жены последнего лидера СССР на его быт. Водки и так не хватало все последние годы, поэтому, выстояв четыре часа в Новогиреевском универсаме в очереди и получив в руки четыре поллитровки «Стрелецкой» по три двадцать за горлышко, Щукин счел себя вознагражденным. Праздник начинался с верной ноты!

К вечеру студент подгреб к синагоге, там ждали друзья, тоже не с пустыми руками, а также пара девах, на одну из которых Палыч имел виды. Народу скопилoсь тьма, заходили в здание, делали почетный круг, а затем с чувством выполненного долга выныривали, и начиналось общение. Внутри сидели практически только старики, читавшие книги, написанные особым шрифтом, да несколько молодых ребят из какого-то Хабада. На последних большинство смотрело с удивлением.

Снаружи было ощутимо веселее. У запасливых позвякивало, в компании Эрнеста никто не догадался прихватить стаканы, а потому пили из горла. Зато были конфеты грильяж, мальчики ими занюхивали, девочки – заедали. Вокруг шныряли менты, но кто ж на них оглядывался – перестройка, 1989 г. на дворе.

Пустые бутылки свободно скатывались по мостовой на Старую площадь, что возмущало представителей запрещенной впоследствии партии, ибо состояние стеклотары по достижении здания ЦК становилось неприемлемым для сдачи в пункт приема. Возможно, это и послужило причиной антисионистской деятельности Советов.

Третья бутыль «Стрелецкой», не к ночи будет помянута эта низкоградусная дрянь, была пущена в фигурное катание по мостовой. Но выбора не было: пей что достал. Именно в момент вскрытия последней полулитры чья-то действительно тяжкая длань легла на плечо Щукина.

– Э, мужик, ты это чего? – воскликнул наш герой.

Сухой с трещинкой голос ответствовал:

– Распиваем в общественном месте?

Щукин попытался сбросить руку и тотчас услышал характерное потрескивание рации, в которую тот же голос произнес:

– Оказывает сопротивление.

Тут студенту стало нехорошо, он понял, что речь может идти о совсем уже другой статье Кодекса Щито-Мечовых.

– Я не оказываю, – заметил он.

– Тогда пройдемте.

Из тени выявился второй, такой же серый. Работники подхватили Эрнеста под локотки, следя, чтобы он не выбросил бутыль, и куда-то повели. Наконец дошли до канареечной машины, открыли заднюю дверь и осторожно усадили молодого человека внутрь. Дверь захлопнулась, появилось ощущение тюрьмы.

Спереди через зарешеченное окошко Щукин услышал смех и беседу, голоса были другие. Он позвал, ему ответили.

– Эх, мужик, не повезло тебе, нам-то что, у вас праздник, пейте себе на здоровье, только не мордобойствуйте, но сегодня акция дивизии Дзержинского, им отчетность нужна. Посиди еще, сейчас второго пассажира нам отловят и поедем.

Предложение выпить районные менты не поддержали.

– Ну ты че, это ж вещдок!

Еще через пару минут притащили паренька, посадили напротив начинающего трезветь Эрни, завели машину и повезли. У районного отделения милиции в Лялином переулке было шумно, люди входили и выходили. Задержанных ввели, но в обезьянник не посадили, а сразу подвели к какому-то столу. За пятнадцать минут все было оформлено, и Щукина отпустили.

Только теперь было совсем не до праздника. Выпускной курс, справку и штраф пришлют в институт, тут уж не о распределении пора думать, а как бы не вылететь перед самой защитой диплома.

Очень кстати появились друзья – оказалось, что прошедшие полчаса они искали его по всем окрестным отделениям. Один из них и догадался: надо приехать завтра с утра к началу приема, прорваться к начальству и попытаться заплатить штраф или калым прямо тут, до того, как письмо уйдет в институт.

Назавтра Эрнесту повезло, времена и впрямь были с легким налетом демократии. Дежурный на входе лениво указал поворотом головы направление движения к кабинету начальника и снова уткнулся в «Аргументы и факты»

Найдя искомый кабинет, Щукин нерешительно постучал. Никто не ответил, тогда он медленно стал опускать ручку, и дверь внезапно распахнулась. По пояс голый крепкий мужик висел на турнике, держа ноги под прямым углом.

– Можно? – спросил робеющий студент.

– Да зашел уже, – ответил гражданин начальник и спрыгнул на пол. – По какому делу?

Тут Эрнест стал, путаясь и краснея, излагать свое дело.

– Значит, так, – прервал его служивый, – дай свою справку.

Щукин протянул серую бумажку, выданную ему вчера, хозяин кабинета черкнул на ней что-то и перекинул через стол обратно Эрнесту.

– Иди к дежурному, он тебе выпишет штраф. Через два дома Сберкасса, оплати в течение получаса и бегом сюда. Все, свободен.

И Щукин рванул. Дежурному надо было дочесть статью про Гдляна с Ивановым, только потом он выписал квитанцию. Никогда в жизни Эрнест Павлович Щукин не ждал штрафа с таким нетерпением!

Он добежал до отделения Сберкассы, народу не было совсем, работницы пили чай и разговаривали. Через секунду, оплатив счет, студент, полный надежд на освобождение от клейма алкоголика, был у начальничьей двери, постучав на этот раз отчетливее. Услышав разрешение, он опять вошел в кабинет и протянул квитанцию об уплате штрафа.

Товарищ милиционер покопался на столе в пачке каких-то бумажек, сверил фамилию, найдя его протокол, пробежал по нему глазами и, криво ухмыльнувшись, порвал его наискось.

– Я вам очень обязан, – произнес Щукин и посмотрел в глаза оппоненту.

– На, пошел! – прозвучал ответ.

Выйдя из здания, Щукин вдохнул полной грудью и понял, что праздник еврейского народа еще не кончился, а тут и дополнительный повод есть. И он поспешил к телефону-автомату, отыскивая в кармане брюк двушку.

 

Натан ТИМКИН

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


«Мистер Против-64»

«Мистер Против-64»

Отрывок из романа «Рука»

Гусь с яблоками

Гусь с яблоками

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

Икс предостерегает

Икс предостерегает

Отрывок из романа-антиутопии «Война с саламандрами»

Другой Новый год

Другой Новый год

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

Таинственное радио

Таинственное радио

Отрывок из романа будущего «Диктатор мира»

Цимес для члена партии

Цимес для члена партии

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

Пограничник Маремуха

Пограничник Маремуха

Глава из повести «Прошлогодний снег»

Почему мама кормит меня на убой?

Почему мама кормит меня на убой?

Целый Корвалан и сионист Канторович

Целый Корвалан и сионист Канторович

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!