«Катюшу» должны были назвать «леей»

80 лет назад состоялось первое боевое применение легендарной ракетной установки

Лея Борисовна Кизнер – легенда советского 
ракетостроения


Одним из самых мощных огневых средств, примененных во время Второй мировой войны, была реактивная артиллерия, носящая ласковое женское имя.

 

Рождение «катюши»

Реактивная артиллерия обладает достаточно давней историей. В конце ХIХ в. в Российской империи работу по созданию артиллерийских ракетных снарядов начал ученый и изобретатель Николай Тихомиров. В 1921 г. по его инициативе в Москве была основана Газодинамическая лаборатория, которая занялась разработкой боевых ракет. В 1927 г. лаборатория была перебазирована в Ленинград. Здесь в сотрудничестве с опытными специалистами был разработан пироксилино-тротиловый бездымный порох. В начале марта 1928 г. первый в мире снаряд с ракетным двигателем на бездымном порохе пролетел 1300 м. В том же году Газодинамическая лаборатория приступила к созданию ракетного оружия для авиации.

В 1930 г. разработку ракетного оружия в СССР возглавили Борис Петропавловский, Владимир Артемьев, Борис Слонимер, Иван Гвай, Георгий Лангемак и Иван Клейменов (оба последних были расстреляны в 1938 г.). В 1937–1938 гг. началось проектирование многозарядной системы залпового ракетного пуска наземного базирования. Для использования в рамках новой системы были выбраны неуправляемые осколочно-фугасные боеприпасы РС-132, разработанные в РНИИ под руководством Леонида Шварца.

В предвоенные годы была проведена также реконструкция старых заводов на новой технической базе для решения проблемы обеспечения оборонной промышленности технологией получения необходимых видов пороха. Известно, что пироксиновый порох вполне подходил для патронов, однако для более эффективного артиллерийского и минометного огня требовался так называемый баллистический порох.

Первые секретные работы в этом направлении, которые начались еще в 1922 г., были связаны с именем А. С. Бакаева. В 1930 г. он был арестован по «делу Промпартии» «за участие во взрыве моста в Ленинграде» и приговорен к 10 годам лишения свободы. Правда, вместо тюрьмы его отправили в особое техническое бюро ОГПУ. После досрочного освобождения в октябре 1934 г. ученый был назначен главным инженером Вохимтреста, а через год – заместителем главного инженера и начальником технического отдела вновь организованного Всесоюзного порохового треста (ВПТ). Также до 1937 г. Бакаев по совместительству работал научным руководителем специальной лаборатории ВХНИИ (НИИ-6) и заведовал кафедрой пороходелия в МХТИ им. Менделеева. В 1936 г. вместе с сотрудниками этой кафедры Бакаев создал рецептуру баллистических порохов специально для реактивных снарядов, в том числе и того типа, которыми заряжались «катюши». Тем не менее в 1937 г. последовал новый арест Бакаева, и вскоре его снова перевели в особое техническое бюро. Именно там перед войной собрался весь цвет советской науки в области производства пороха. В 1939 г. к этой работе была привлечена и молодая выпускница кафедры пороходелия МХТИ Лея Борисовна Кизнер, которой предстояло вложить огромную часть своего труда в создание легендарной «катюши».

К марту 1941 г. были собраны первые образцы новой ракетной установки, смонтированные затем на базе шестиколесного грузового автомобиля ЗИС-6. После успешных испытаний 21 июня 1941 г. боевая машина реактивной артиллерии БМ-13 была принята на вооружение. Началось формирование первых батарей. На следующий день нацистская Германия развязала войну против СССР.

 

Боевое крещение «катюши»

Первое боевое применение БМ-13 состоялось 14 июля 1941 г. близ железнодорожной станции Орша. Батарея под командованием капитана Ивана Флерова залповым огнем «уничтожила скопления немецкой боевой техники и живой силы противника на оршинской железнодорожной станции». В результате мощного удара одновременно 112 реактивными снарядами над станцией поднялось огневое зарево, горели вражеские эшелоны, рвались боеприпасы. Еще через полтора часа батарея Флерова произвела второй залп – на этот раз по переправе через реку Оршицу, на подступах к которой скопилось много техники и живой силы немцев. Взрывные волны накладывались друг на друга и усиливали разрушительный эффект в несколько раз. Осколки от снарядов разогревались до 800°C и поджигали все вокруг. По словам пленных немецких солдат, переживших такие обстрелы, это было одним из самых страшных их впечатлений за всю войну. В результате переправа противника была сорвана, развить успех на этом направлении врагу не удалось. В тот же день начальник германского Генерального штаба Гальдер сделал в своем дневнике такую запись: «Русские под Оршей применили какое-то новое неизвестное оружие. Шквал огнеметных снарядов сжег железнодорожную станцию, все эшелоны с техникой и личным составом прибывших воинских частей».

Первый опыт применения нового ракетного оружия показал его высокую боевую эффективность, что стало одной из причин быстрейшего его ввода в строй и оснащения им войск. По приказу Верховного Главнокомандующего от 8 августа 1941 г. началось формирование первых восьми полков реактивной артиллерии, что стало вехой в ее истории. Новым формированиям присваивалось наименование гвардейских минометных частей резерва Верховного Главнокомандования, чем подчеркивалось исключительное значение нового реактивного оружия. Этим же приказом на командующих войсками фронтов и армий возлагалась персональная ответственность за принятие необходимых мер по сохранению нового оружия и по предупреждению захвата его противником. Столь эффективного оружия не было ни у Германии, ни у тогдашних союзников СССР – Великобритании и США.

 

Охота за «cталинскими оргáнами»

За свои выдающиеся боевые качества новая система залпового огня, которая к осени 1941-го уже широко применялась на всех участках фронта, была прозвана советскими солдатами ласковым именем «катюша». А в немецкой армии «катюшу» назвали «сталинским оргáном» – из-за внешнего сходства многоствольной батареи с проспектом органа, а также из-за характерного звука, возникающего при пуске реактивных снарядов.

По свидетельству генерала П. А. Судоплатова в книге «Разведка и Кремль», попытки захватить новое советское оружие предпринимались гитлеровцами сразу же после залпа батареи капитана Флерова в Орше. За каждую ракетную установку гитлеровское командование обещало своим бойцам Железный крест, повышение в чине и отпуск.

К охоте за «cталинскими оргáнами» были привлечены диверсанты из дивизии СС «Рейх», в том числе Отто Скорцени. Когда в сентябре 1941 г. им удалось захватить три пусковые установки, в Берлин полетело ликующее сообщение: «Секретное оружие Сталина захвачено! Немедленно отправьте в Рейх». Однако немцы захватили снаряды с начинкой из пороха, который изготавливался в уже захваченном нацистами Донецке. К тому времени, по свидетельству Леи Кизнер, советские специалисты создали уже новую начинку для снарядов.

 

Новый вид пороха

Военный успех ракетных установок «катюша» в первую очередь объясняется составом пороха для реактивных снарядов. Но вместе с успехами выявились и сложности. Главная из них состояла в том, что военные предприятия срочно были эвакуированы на восток, и на какое-то время производство пороха сократилось настолько, что «катюши» приходилось отводить с линии фронта в тыл, поскольку для них не хватало боеприпасов. Начался «снарядный голод». Это грозило еще большим ухудшением положения советских войск в условиях наступления немцев на Москву и на других направлениях.

В своих воспоминаниях, относящихся к этому периоду, маршал Г. К. Жуков писал, что из-за отсутствия боеприпасов для ракетной артиллерии ее пришлось частично отправлять в тыл. Государственный комитет обороны предложил НИИ-3 проработать вопрос о применении в двигателях снарядов шашек из пироксилинового пороха, который ранее рекомендовался для морских пушек. Но испытания выявили случаи самовозгорания снарядов.

Выход из затруднительного положения нашла Лея Кизнер. Она предложила методику создания новой рецептуры пироксилинового пороха с прибавлением к известным его компонентам спиртового раствора канифоли в качестве флегматизатора. Это предложение было абсолютно новым в практике изготовления пороховых шашек на летучем растворителе – никто в мире еще этим не занимался. Лея Борисовна не только предложила заменитель нитроглицерина, которого тогда у страны не было, но и полностью разработала удлиненный заряд М-8 для залповой стрельбы в наземных условиях. Это позволило создать новые типы реактивных установок со снарядами М-8 и более крупными М-32.

Новаторство Леи Кизнер явилось выходом из тяжкого положения, которое возникло в ту военную пору. Относясь с большой ответственностью к своему предложению, Лея Борисовна решила согласовать его со специалистами и обратилась в НИИ-6 за получением санкции пороховщиков. Там ее встретили недружелюбно: по мнению ведущего химика Б. П. Жукова и его приближенных, вряд ли можно было осуществить флегматизацию больших «шашек» таким путем. Но Кизнер не сдалась и, уверенная в своей правоте, рискнула обратиться за советом к Бакаеву и его коллегам, которые находились в то время под арестом и работали в закрытом техническом бюро. Лея Борисовна добилась посещения этого объекта, который находился при НКВД в Казани. Там она объяснила заключенным ученым свою идею и очень обрадовалась, когда те дружно поддержали ее и даже подсказали возможности усовершенствования состава пороховой массы путем добавления, помимо канифоли, большего процента калийной селитры.

Новый порох назвали «ПС». А Б. П. Жуков вместо извинений и признания своих заблуждений приписал себе авторство на рецептуру – мол, кто будет в военное время заниматься оформлением авторских свидетельств.

Лее Кизнер приходилось работать ночами, спорить, доказывать, в мороз и бездорожье идти десятки километров пешком к испытательному полигону, рисковать при пуске ракет, которые порой взрывались. Многие мужчины предпочитали уходить в укрытие, а она ничего не боялась. Сегодня вполне очевидно, что если бы не предложенный Леей Борисовной новый вид пороха, то наши «катюши» остались бы без снарядов.

В трудный период отсутствия нужных объемов баллистических порохов Сталин решил обратиться за помощью к США. В то время американцы серьезно отставали в этой сфере, пришлось передать им документацию, чертежи оборудования и рецептуру. А за просьбу ускорить производство они запросили большую цену. Советский порох – уникальный по своим характеристикам – американцы впоследствии тщательно исследовали. За хорошие деньги выполнили свой союзнический долг, но использовали полученные знания в дальнейшем при создании своих твердотопливных ракет. В августе 1943 г. на вооружение была принята унифицированная пусковая установка БМ-13Н на шасси Studebaker US6, поставлявшаяся Советскому Союзу по ленд-лизу.

Между тем в СССР не все шло гладко. Когда в 1943 г. заработал завод в Перми и для реактивных снарядов «катюш» снова стал применяться прежний порох, началось нечто неожиданное: снаряды стали взрываться на пусковых устройствах. Над главным технологом завода и его помощниками нависла реальная угроза ареста. В это время Лея Кизнер работала под началом инженера Ф. Я. Якайниса в филиале НИИ-3 в Свердловске. И снова ей поручили разобраться с непонятными явлениями. Прибывший военпред привез в Свердловск сотню двигателей от снарядов М-31. Разобрав несколько двигателей, Кизнер быстро отыскала причину неполадок: на ракеты по-прежнему ставился двигатель, рассчитанный на низкокалорийный порох. Лея Борисовна применила баллистический порох, калорийность которого выше, подготовила нужные чертежи и диаграммы, по которым детали были тут же изготовлены и испытаны. Через 48 часов исправленные снаряды М-31 пошли потоком.

Позже Лея Борисовна писала: «Я участвовала в разработке многих ракет, которые были поставлены на вооружение в годы Великой Отечественной войны, но главным считаю тот факт, что в своей кандидатской диссертации впервые математически описала процессы горения пороха в реактивном двигателе, что помогло еще до написания этой работы в создании конструкции для „катюши“ и для других двигателей ракет».

По решению Государственного комитета обороны в 1943 г. было организовано конструкторское бюро, трудившееся над созданием противотанковых реактивных пушек с кумулятивным эффектом. Здесь Лея Кизнер также разработала реактивный двигатель для противотанкового снаряда (совместно с инженером Г. Т. Гордеевым). Кроме того, в 1943 г. по заданию ГКО Лея Борисовна вместе с Г. Я. Диллоном и В. П. Голиковым дала жизнь стартовой ракете для самолета, которая была принята на вооружение.

В книге военного историка Марка Штейнберга «Еврейский щит СССР» в приложении «Конструкторы вооружений» помещено фото Леи Борисовны Кизнер. В годы войны ее заслуги отмечались государственными наградами. Длительное время Лее Борисовне доводилось работать под началом С. П. Королева, о котором она очень тепло вспоминала. В своей докторской диссертации, которую, как говорили военные и члены комиссии, Кизнер защитила «с боем», она привела факты, которые подтвердили ее авторство в создании ракеты РТ-2 с атомной боеголовкой.

В годы Великой Отечественной войны реактивные снаряды использовались в сухопутных войсках, в авиации и на флоте. С июля 1941 г. по декабрь 1944-го советская промышленность смогла выпустить для фронта более 10 тыс. пусковых установок залпового огня и более 12,5  млн реактивных снарядов всех калибров.

Апофеозом боевого применения «катюши» стал штурм Берлина. В ходе Берлинской операции было задействовано 1510 установок и 1795 пусковых рам для снарядов различных калибров. Группами реактивной артиллерии в Берлине были разбиты 120 крупных вражеских очагов сопротивления, подавлены десятки огневых точек, уничтожено свыше тысячи солдат и офицеров противника. Знаменитая «катюша» стала оружием Победы в полном смысле этого слова.

 

Правда о былом

Через много лет после окончания войны, в день, когда отмечалось 50-летие легендарной «катюши», собравшиеся ветераны-ракетчики предложили Лее Борисовне Кизнер во время торжества встать на самое видное место, и момент этот был запечатлен на фото. В 1991 г. указом президента СССР Михаила Горбачева за заслуги в создании реактивного оружия были посмертно присвоены звания Героев Социалистического Труда Николаю Тихомирову, Ивану Клейменову, Георгию Лангемаку, Василию Лужину, Борису Петропавловскому и Борису Слонимеру. Награждения не афишировались, и сегодня мало кто знает и помнит этих выдающихся творцов оружия Победы.

Тем не менее время настоятельно требовало, чтобы правдивую историю «катюши», ее роли в вооружении бывшего СССР написал непосредственный участник событий. В 1995 г. академик Б. В.  Раушенбах обратился к Л. Б. Кизнер с предложением: «Послушай, Лея Борисовна, в публикациях о создании „катюши“ много искажений и неточностей, есть даже фальсификации. Ты была в гуще событий, и твой авторский вклад в такую сложную часть ракетостроения, как внутренняя баллистика реактивных двигателей, дает тебе моральное право на выступление в нашу защиту. Напиши об этом». Предложение было лестное, требовало серьезной работы и не испугало Лею Кизнер. При поддержке оставшихся ветеранов и с использованием подлинных документов в итоге родилась книга «Одни только факты», имевшая большой общественный резонанс. Дискуссия на эту тему длилась несколько лет и поныне вызывает большой интерес. Спустя несколько лет Л. Б. Кизнер стала автором 600-страничной книги «Ракета готова к старту» о становлении советского ракетостроения.

Надо сказать, что в условиях государственного антисемитизма, царившего в послевоенные годы в СССР, когда дорога в науку нередко была закрыта для многих талантливых ученых, Лее Борисовне, к удивлению многих коллег, удавалось выходить победителем из разных сложных ситуаций. Конечно, она была молода, ей был свойственен безудержный порыв молодого ученого. Но не следует забывать, что при этом Лея Кизнер оставалась женой и матерью двоих маленьких детей. К счастью, ее мужем был достойный человек – поэт Давид Семенович Бромберг, который всегда поддерживал жену и понимал ее фанатичную преданность делу. Отметим также, что сразу после войны Лея Борисовна приехала в украинское местечко Гайсин, где узнала о трагической гибели родителей и всех родных, погибших от рук гитлеровцев во время оккупации.

После смерти мужа в 1998 г. Лея Борисовна уехала вслед за сыновьями в Канаду. Умерла она в 2014 г. в Торонто.

…Так что, по большому счету, «катюши» вполне могли называться «леями». Но понятно, что едва ли в антисемитской стране столь популярный вид вооружения мог получить еврейское имя.

 

Оружие террора

К сожалению, после победы над нацизмом советское оружие, в том числе «катюши», стало активно передаваться агрессивным режимам. И поныне эти установки используются врагами Израиля, прежде всего «Хезболлой». Залпы «катюш», звучащие по сей день на Ближнем Востоке, уже привели и к гибели людей, и к разрушениям и лесным пожарам. Русскоязычные израильтяне порой называют эти залпы «приветом с родины», и многие из них больше не испытывают сантиментов к ласковому названию смертоносного оружия. То, что внесло серьезный вклад в разгром гитлеровцев, ныне служит интересам тех, кто мечтает об «окончательном решении еврейского вопроса» не меньше, чем бесноватый фюрер. Таковы парадоксы истории.

 

Семен КИПЕРМАН

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


«Предлагают донести немцам, что в доме скрывается еврейка…»

«Предлагают донести немцам, что в доме скрывается еврейка…»

Леонид Тёрушкин об эвакуации евреев в 1941–1942 гг.

«Новый порядок» в Виннице

«Новый порядок» в Виннице

80 лет назад здесь практически было завершено «окончательное решение еврейского вопроса»

Юдофобия по-муссолински

Юдофобия по-муссолински

К 100-летию прихода Муссолини к власти в Италии

Йозеф Тисо и судьба евреев Словакии

Йозеф Тисо и судьба евреев Словакии

К 135-летию со дня рождения и 75-летию казни «братиславского фюрера»

Агент КГБ на службе у мирового сионизма

Агент КГБ на службе у мирового сионизма

15 лет назад не стало Виктора Граевского

Их было одиннадцать

Их было одиннадцать

К 50-летию трагедии на Мюнхенской олимпиаде

«Это было в Вильне, на Лукишках»

«Это было в Вильне, на Лукишках»

125 лет назад состоялся Учредительный съезд Бунда

Список Бегина

Список Бегина

45 лет назад «Моссад» решил искать партайгеноссе Бормана и главу гестапо Мюллера

Как поляки спасали евреев

Как поляки спасали евреев

К 80-летию создания организации «Жегота»

Брацлав: забытые страницы Холокоста

Брацлав: забытые страницы Холокоста

В дополнение к нашей публикации

В Бабий Яр и из Бабьего Яра

В Бабий Яр и из Бабьего Яра

К годовщине одной из самых страшных трагедий еврейского народа

Еврейское 11 сентября

Еврейское 11 сентября

140 лет назад в Дрездене прошел 1-й Международный антиеврейский конгресс

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!