Маша и Барак

Девушка Маша сообщила родителям, что вечером придет домой не одна, а со своим бойфрендом Бараком, который давно мечтает с ними познакомиться. Нельзя сказать, чтобы Машины родители горели желанием знакомиться с Бараком, но к просьбе дочери отнеслись с пониманием и с утра начали готовиться к визиту: мама испекла пирог из на-всякий-случай кошерных ингредиентов, папа распаковал белую в голубую полоску рубашку, купленную восемь лет назад в Гамбурге во время тура «Европейская рапсодия – 16 стран за четыре дня» и достал из запасников бутылку коньяка, прибереженную «на праздники». Бабушка вставила новые батарейки в слуховой аппарат.

Визит прошел в теплой, дружеской атмосфере. Молодой человек похвалил мамин пирог, выпил с папой коньяка, подробно ответил на почти ненавязчивые вопросы про учебу, про работу, терпеливо рассказал про планы на жизнь и, поблагодарив за прием, вежливо откланялся.

Мама убрала со стола и включила русское телевидение, по которому как раз начиналась ее любимая передача «С кем спят артисты?», папа с радостью сбросил тесные парадные джинсы и натершую шею новую рубашку и облачился в любимый спортивный костюм сборной Казахстана по водному поло. И тут бабушка, не участвовавшая ввиду незнания иврита в беседе с внучкиным кавалером, но внимательно рассматривавшая его весь вечер, решила резюмировать визит.

– Хороший мальчик, – сказала бабушка. – Вежливый, рассудительный, симпатичный. Жалко только, что не еврей.

– Как это – не еврей?! – воскликнула Маша. – У Барака 28 поколений потомственных раввинов! Его дедушка пешком пришел из Йемена в Иерусалим и сразу бросился землю целовать. Он в свои 90 лет староста йеменской синагоги. Семья Барака соблюдает все традиции, празднует все праздники…

– Какой же он еврей? – бабушка снисходительно улыбнулась, удивляясь внучкиной непонятливости. – Какой же он еврей, если он даже по-русски не говорит?

 

Слава ШИФРИН