Общепит с конфузами

Вообще-то историй про ресторан – очень много, но вот эта мне запомнилась особенно.

Один мужчина пятидесяти примерно лет отчаянно окучивал двух юных красивых девушек; они были сестрами. Одна – студентка второго курса, а другая – чуть ли не ученица 10-го класса. Он имел возможность часто с ними видеться прямо у них дома, поскольку они были дочерями его друга и коллеги. Вот какой бессовестный мужик!

Он все время заводил глаза, целовал ручки, гладил плечики, на ушко рассказывал анекдоты на грани приличия – и вот так, шаг за шагом, из папиного приятеля-сотрудника превратился для этих девушек во вполне себе объект эротических фантазий. Не сравнить с прыщавыми десятиклассниками и нелепыми вихрастыми студентами…

Долго ли, коротко ли – но вот родители девушек уехали к морю, а дочек оставили в городе.

Этот негодяй стал им звонить, водить в кино и театры, и этак невзначай рассказывал, как он живет один, какая у него уютная квартира, какие в баре вина и коньяки, и какая в спальне кровать, общей площадью пять квадратных метров, итальянская, с матрасом неимоверной мягкости и упругости, так, что к потолку подлетаешь! А потолок, между прочим, зеркальный.

Короче говоря, он практически уговорил девушек на большое общее приключение…

Они надели всё новое и модное, а перед этим долго мылись, сушились, красились, душились, и вообще наводили на себя всяческий шик и блеск.

А перед всем этим приключением он этак вальяжно повел девушек обедать в дорогой ресторан.

Но не утерпел и… и заказал три бизнес-ланча.

«Ну и что?» – спросите вы.

Ну и всё.

•

Читал недавно в сети историю, которая мне очень понравилась в смысле своей паралогичости (это термин скорее психиатрический, обозначающий специфику мышления при шизофрении).

Две молодые семьи решили пообедать вместе. Муж-жена плюс муж-жена. Условно говоря, Сапоговы и Башмаковы.

Договорились заранее, что общий счет пополам. Но вышло так, что Башмаковы явились в неполном составе – мужа в последний момент не отпустили с работы. Ну и ладно. Не отменять же встречу! Сидят, значит, они втроем, едят-пьют, беседуют.

Потом официант приносит счет, и тут мадам Сапогова кладет на стол половину денег по счету – и прямо заявляет:

– С нас половина, как договаривались.

– Почему не две трети? Нас же трое, то есть вас двое, а я одна! – удивляется мадам Башмакова.

А подруга ей объясняет:

– Мы же договорились пообедать двумя семьями. Ваша семья и наша семья. И мы не виноваты, что твой Петя не пришел. Так что с нас половина счета.

– Позволь! – говорит другая. – Но ведь вы с Васей наели вдвое больше меня!

– А это неважно. Мы ведь тут считаем не по персонам, а по семьям…

Так и не договорились.

Поссорились навсегда!

И правильно сделали.

Но это еще не конец истории, которая окончилась и вовсе смешно. Мадам Сапогова и ее муж разгневались на свою подругу Башмакову, и воскликнули:

– Ну раз ты такая жадина, то мы больше знать тебя не хотим!

Встали из-за стола и быстро вышли из ресторана.

И тут к мадам Башмаковой подошел официант:

– Позвольте рассчитаться…

– Эти люди! – закричала мадам Башмакова. – Мы вместе обедали! Мы договаривались платить пополам! А их было двое! А я одна! А они все равно не хотели платить по-честному! А теперь удрали!

– Мадам, – сказал официант, выслушав ее возмущение. – Вы с ними потом разберетесь, а сейчас я бы вас попросил заплатить по счету…

Вспоминается также рассказ Бунина «Месть» – где мужчина удирает из ресторана через клозет, оставив женщину – у которой нет денег – унижаться, предлагать сумочку в залог…

Вспоминаются истории про туристов. За границей встретили земляка, он повел в свой собственный ресторан, чтоб угостить дорогого соотечественника, прибежали еще какие-то его друзья, тоже земляки – потом кто-то вышел на крыльцо, кто-то в туалет – и бедный турист остался наедине с официантом, который принес ему немаленький счет.

В общем, в конфликтных ситуациях платит тот, кто за этим столом оказался последним…

•

Тема ресторанов неисчерпаема. Вот еще одна история. Мой приятель рассказывал:

– Люблю рестораны! Всю эту, понимаешь ты, атмосферу легкого, вкусного, полупьяного и чуть-чуть нервозного веселья! Люблю приятных молодых людей с милыми девушками; солидных господ с дамами, сплошные галстуки-сорочки и сумочки-ожерелья; мужичков в возрасте, этаких полуначальничков, прихвативших у себя на работе то ли мэнээсочек, то ли лаборанточек; хищных дамочек в возрасте, накрашенных и подтянутых, богатых и умелых, которые угощают молодых жиголо, джинсы в обтяжку, и свитер в обтяжку тоже, каждый трицепс на виду… Люблю деловые компании, люблю актеров после спектакля, люблю старых друзей, зашедших поболтать – внезапная встреча после двадцатилетнего перерыва. А какие эти рестораны разные! Сетевые и уникальные, немецкие и итальянские. А этническо-экзотические! Загляденье! Наконец, дорогие и дешевые. В одних салфетки корабликами и огромные бокалы на тонких ножках, кожаные полукресла, в других – шаткие столики и пластиковые стулья. Обожаю! Бывало, за одно воскресенье обойду десять – мало! дюжину, полтора десятка, а то и две дюжины ресторанов, особенно если район такой попадется, кабак на кабаке.

– Вот это да! – сказал я в ответ. – Десять ресторанов за день? А то и дюжину? Да если в каждом хоть час посидеть, это просто черт знает что… Да и час маловато: зайти, усесться за столик, выбрать, заказать, поесть, рассчитаться.

– Перестань! – сказал мой приятель. – Какой ты стереотипный! Выбрать, заказать, поесть… Все проще!

– Но как?

Он засмеялся в ответ:

– Да так! Прихожу в ресторан, ищу себе столик. «Вот сюда я бы сел», – говорю. «Зарезервировано!» – отвечает официант. «Тогда посадите меня у окна». – «У окон всё занято». – «Тогда извините». И ухожу с недовольным видом. В другом ресторане усаживаюсь, прошу меню, просматриваю винную карту и говорю: «Я бы выпил для начала, вот перед едой, бокальчик чего-нибудь немецкого. Schloss Johannisberg у вас есть?» «Простите, еще раз?» – спрашивает официант. У них такая манера появилась. Вместо «я не расслышал» говорят «еще раз, пожалуйста». Но я не гордый. Я могу еще раз: «Schloss Johannisberg я бы выпил. Номер 17. Ну 15, в самом крайнем случае». Официант, естественно, качает головой. А я пожимаю плечами, встаю и иду к гардеробу. В третьем ресторане я спрашиваю, болезненно наморщив лоб: «Нельзя ли выключить музыку совсем?» – «Нет, что вы. Люди же отдыхают!» – «Ну, приятного им отдыха. И вам спасибо». Иду дальше. В четвертом ресторане особо себя не утруждаю объяснениями своих мотивов. Останавливаюсь посреди зала. Ко мне подходит официант. Я останавливаю его, чуть поднимая руку, озираюсь придирчивым оком и говорю, как бы сам себе: «Здесь как-то… Как-то не всё так, как я привык». Поворачиваюсь и ухожу. Иду себе дальше.

– И вот так десять раз?» – спросил я.

– Иногда двенадцать.

– А где же ты в конце концов ешь?

– Дома, – сказал он. – Стакан кефира перед сном. Решил, понимаешь ты, последить за фигурой…

И он похлопал себя по животу, который под пиджаком был почти незаметен, но всё же слегка нависал над поясом.

 

Денис ДРАГУНСКИЙ