Диалог у костра

Толпа стоит вокруг костра высотой с дом и поет о рабби Шимоне. Подъезжает пожарный расчет.

Пожарный, простой такой мужик с дубленым маловыразительным лицом:

– Добрый вечер, хаг самеах!

Все (с опаской):

– И тебе, дорогой! У нас все под контролем, не волнуйся! А что брови подпалены, так это из-за того, что мы в перерыве от костра прикуривали.

Пожарный:

– Не в обиду, но ваш костер слишком большой, придется потушить. Ничего личного, такие указания.

К пожарному подходит Главный По Костру. Типичный бреславский хасид – добрая улыбка, вязаная белая кипа с «кисточкой», чуть витые пейсы. Главный (отечески, как маленькому):

– Дорогой мой еврей! А знаешь ли ты, что такое пламя, огонь, и особенно в этот святой день!?

Пожарный:

– Это полуфизическое выражение одной из четырех основ мироздания, заключающееся в подспудной высшей воле стереть всю подробизацию этого нижнего мира, не говоря уж о его материальной составляющей, ради Единства Творца, благословен Он и Имя Его, и которое в этот день, день ухода в мир иной святого мудреца, рабби Шимона, сына Йохаего, символизирует идеал Служения, когда все мирское теряет значимость ради исполнения повелений господних?

Главный (в тотальном ошалении и шоке):

– Э… в общем... да.

Пожарный:

– Все равно надо затушить. Посторонитесь, пожалуйста.

Все задумчиво уходят.

 

Рав Ури СУПЕРФИН