Осталась память. И боль…

Рамат-Ган. Мемориал в память о жертвах погромов 1941-го («Фархуд») и 1960-х гг. в Ираке
© Wikipedia / dr. avishai teicher


Многим, думаю, памятен советский фильм «Волшебная лампа Аладдина», благодаря которому крылатой стала фраза «В Багдаде всё спокойно». Стоит привести слова из диалога персонажей этой картины: «Запомни, запомни: я ничего не видел. Я тебе скажу больше: и ты тоже ничего не видела. Мы оба ничего не видели! Знаешь, почему я прожил 85 лет? Потому что всё время говорил: „В Багдаде все спокойно“»…

Увы, есть люди – и их немало, – придерживающиеся такой жизненной позиции. Но всегда были очевидцы событий, нередко трагических, свидетельствовавшие потом о них. В том числе и о том, что спокойно в Багдаде бывало далеко не всегда. 85 лет назад, в первых числах июня 1941 г., в столице Ирака произошел кровавый еврейский погром. В истории этой страны он получил название «Фархуд» («экспроприация»).

Историческим фоном, на котором случился «Фархуд», стали отзвуки Второй мировой вой­ны, докатившиеся и до Ирака. За два месяца до погрома в стране был осуществлен военный переворот, в результате которого к власти пришел Рашид Али аль-Гайлани. Этот политический деятель был настроен прогермански, а мандатом на управление Ираком, выданным Лигой Наций, обладала тогда Великобритания. Начавшийся конфликт нового правительства с британцами привел к тому, что аль-Гайлани покинул Ирак, и тогда стало возможным возвращение в Багдад находившегося за пределами страны Абд аль-Илаха, регента при малолетнем короле (правитель Ирака погиб ранее в автомобильной катастрофе). Прибытие аль-Илаха означало восстановление пошатнувшегося после переворота британского режима, поддерживавшего королевскую династию.

Событие совпало по времени с окончанием еврейского праздника Шавуот. В тот день нарядно одетые иудеи по завершении праздничной литургии вышли из синагог и отправились поприветствовать регента. Но поскольку в городе было немало сторонников аль-Гайлани, те расценили действия евреев как знак одобрения ими политических перемен, что и послужило побудительным мотивом для погромщиков.