Туалет на Иерусалим

Самые первые годы в Израиле… Иврит я выучил не в ульпане, а на работе. Через полгода с небольшим после моего приезда в Израиль (а приехал я в декабре 1990-го, на пике «большой алии») меня взяли на работу инструктором в тренажерный зал фитнес-клуба Jerusalem SPA в гостинице Hyatt, на Ар-а-Цофим в Восточном Иерусалиме. Иврита у меня не было никакого, но был приличный английский и высшее физкультурное образование, что и впечатлило главного инструктора, американку Рину. Зарплата, естественно, оказалась минимальной, но я был счастлив: мало кому из наших удавалось по приезде получить работу по специальности. Я был там единственным «русским». Уборщиками работали арабы из Восточного Иерусалима, потому основы арабского мата я освоил вместе с основами иврита, если не раньше.

Открытый незадолго до моего устройства на работу Jerusalem SPA стал первым фитнес-клубом такого уровня в Иерусалиме, и его членами была, пожалуй, вся иерусалимская элита: депутаты Кнессета, журналисты, артисты, бизнесмены – не буду перечислять имена. Меня, только приехавшего из Союза, поражала их израильская простота и открытость – никакой дистанции между ними и собой я не чувствовал. Учить меня ивриту все постоянные посетители клуба считали своим гражданским долгом и делали это терпеливо, шумно радуясь моим успехам. Я завел себе блокнот, куда записывал на слух русскими буквами незнакомые слова, и зубрил их все свободное время. Кроме иврита, в клубе я познакомился с «исраэлиют» – израильской ментальностью, привычками, культурными кодами. Что не менее важно, чем язык, если не более.

Естественно, моими учителями были и товарищи по работе – в основном молодые ребята. Все их знания об СССР в то время исчерпывались тем, что это огромная дикая северная страна с непонятным коммунистическим строем. Когда у меня в очередной раз деликатно поинтересовались, есть ли в России холодильники и телевизоры, я решил, что дальше так продолжаться не может. На очередное собрание персонала я принес огромный фотоальбом Ленинграда и по окончании предложил народу посмотреть, откуда я приехал. Шок был всеобщим.

– Эйзе йофи! Какая красота! Но ведь это же Европа! – восклицал народ, пока я переворачивал страницы альбома. В Европе бывали все.

– Ну, а я, по-вашему, откуда? – усмехнулся я, закрыв альбом.

– Из России… – растерянно пробормотал кибуцник Ноам, спрашивавший меня о холодильниках и телевизоре.

Цель была достигнута – больше вопросов про холодильники мне не задавали.

Самый красивый литературный иврит был у арабского профессора Иерусалимского университета из Абу-Гоша, специалиста по семитским языкам. Когда мы познакомились, я не понял, что значит «сафот шемийот» (семитские языки), и переспросил.

– Сафот шемийот, – повторил профессор. – Иврит, например, арабский, арамейский.

До меня дошло.

– Ну, я-то специализировался на «сафот анти-шемийот», – сообщил я профессору. От смеха тот едва не рухнул с велотренажера.

Естественно, мой процесс овладения ивритом сопровождался, как и у всех, немалым количеством «ляпов». Один из них незабываем.

Поздним вечером, когда рейсовые междугородние автобусы уже не ходили, я должен был возвращаться из Тель-Авива домой в Иерусалим. Мне объяснили, что на Центральной автобусной станции (еще той, старой) нужно найти стоянку маршрутных такси, и научили, как спросить, какое из них едет в Иерусалим. Прочитать надпись на маршрутке я, естественно, был еще не в состоянии. «Маршрутка» на разговорном иврите – «шерут», сокращенное от «монит-шерут», дословно – «обслуживающее такси». В отличие от обыкновенного такси, которое называется просто «монит».

Фразу «Эйфо шерут ле-Йерушалаим?» («Где маршрутка на Иерусалим?») я заучил наизусть.

Меня подвела склонность к литературщине. Незадолго до того я выучил новое слово «кивун» (направление) и жаждал его использовать. Составленная мною самим фраза звучала уже так: «Эйфо шерутим ле-кивун Йерушалаим?». И означала она, по моему мнению: «Где маршрутки в направлении Иерусалима?».

Я только не учел, что слово «шерут» во множественном числе, т.е. «шерутим», означает уже не разговорное «маршрутка», а… «туалет». Соответственно, вопрос, с которым я гордо обратился к курившим в ожидании пассажиров шоферам-«марокканцам», был таков:

– Где здесь туалет в направлении Иерусалима?

Шоферы в восторге заржали, после чего один из них спросил:

– Слушай, хабиби, а поссать в другом направлении ты никак не можешь?

Он сопроводил свой вопрос такой наглядной жестикуляцией, что перевод мне не потребовался. Кстати, в Иерусалим я ехал именно с ним.

Время шло. Года через четыре я уже свободно болтал на иврите, и в моем русском появился характерный ивритский акцент. Погружение в иврит было полным: разговаривать только на иврите мне приходилось и на работе, и дома – единственный, пожалуй, плюс моего дурного брака с саброй, коренной израильтянкой…

А «диплом с отличием» на знание иврита я получил от одной из моих постоянных «учительниц» в фитнес-центре. Илана, дама моего возраста из известной иерусалимской семьи, жена крупного бизнесмена, проводила в клубе почти все свободное время. Заявленной целью данного времяпрепровождения было, естественно, похудание – Илана была полновата. Но ни фитнес, ни сауна с массажем особо не помогали. Дать ей единственную реальную рекомендацию: «Меньше жрать!» – я, естественно, не имел права. Она паслась у меня в тренажерке даже когда не занималась сама, а дожидалась своей очереди к массажисту или косметологу. И моей добровольной обязанностью в обмен на уроки иврита было утешать ее на предмет полноты. Что она, в общем, вполне и очень даже ничего. Тетка она была симпатичная, хотя и не в моем вкусе, так что особо кривить душой и не приходилось.

Когда Илана в очередной раз, изогнувшись, чтобы я мог лучше рассмотреть ее выдающуюся корму, прохныкала: «Ури, ну правда у меня не очень толстый тусик (попка)?», у меня в голове что-то щелкнуло и я, выразительно глядя ей в глаза, произнес:

– Илана, бэ-эцем зэ талуй бэ-тфиса! (Илана, в сущности это зависит от точки зрения!)

Фраза была более чем двусмысленной, поскольку буквальный ее перевод звучал так: «Илана, в сущности, это зависит от того, как ухватить!» (Первичное значение слова «тфиса», «точка зрения», – это «хват». Физический.)

Когда по моей наглой ухмылке Илана удостоверилась, что игра слов была совсем не случайной, она расхохоталась, чмокнула меня в щеку и заявила:

– Ури, ты выучил иврит! Мне нечему тебя больше учить!

Мне, однако, было чему учиться. Свободно разговаривая на иврите, я практически не умел ни читать, ни писать. Профессия этого не требовала, а при работе по 12 часов в день на двух работах на самостоятельные занятия не было ни сил, ни времени. Чтение и письмо на иврите я освоил много позже – в Латвии, куда меня случайно занесло на пару недель после 10 лет жизни в Израиле и где я прожил целых 14 лет… Я читал и писал на иврите, чтобы не забыть его пока учил латышский. И не забыл. Вернулся в Израиль с тем же ивритом, с которым и уезжал – разве что более литературным.

Самое интересное – на латышском я заговорил не с русским акцентом, а с ивритским, так что латыши всегда спрашивали, откуда я родом. Но это уже совсем другая история…

 

Юрий ФРИДМАН-САРИД

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


Таинственное радио

Таинственное радио

Отрывок из романа будущего «Диктатор мира»

Цимес для члена партии

Цимес для члена партии

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

Пограничник Маремуха

Пограничник Маремуха

Глава из повести «Прошлогодний снег»

Почему мама кормит меня на убой?

Почему мама кормит меня на убой?

Целый Корвалан и сионист Канторович

Целый Корвалан и сионист Канторович

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

«Но сурово брови мы насупим»

«Но сурово брови мы насупим»

Отрывок из повести «Маскировка»

Я б в гроссмейстеры пошел

Я б в гроссмейстеры пошел

Привилегированный Рабинович

Привилегированный Рабинович

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

АНЕКДОТИЧЕСКИЕ СТРАСТИ

Швейк – симулянт

Швейк – симулянт

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!