Березовский от фармацевтики

Почему арестовали Бориса Шпигеля

Борис Шпигель

В Москве по прилете из Израиля с лечения арестован глава компании «Биотек» Борис Шпигель, бывший президент Конгресса еврейских религиозных общин и организаций России, Всемирного конгресса русскоязычного еврейства, председатель президиума движения «Мир без нацизма» и тесть певца Николая Баскова. Следствие считает, что Шпигель дал пензенскому губернатору Белозерцеву 30 млн руб. наличными и дорогими часами в качестве взятки за предоставление его компании преференций в заключении госконтрактов в области. Губернатор тоже арестован и отправлен в отставку. Сам Шпигель утверждает, что его арестовали, чтобы заставить отдать бизнес, пользуясь тем, что у него очень плохое здоровье. Еще девять месяцев назад люди из ФСБ якобы вынуждали его отдать контрольный пакет компании в обмен на «крышу», угрожая тюрьмой.

 

В позапрошлом году Белозерцев прославился эпичной речью о том, что массовая драка между русскими и цыганами была результатом происков Америки, дестабилизирующих ситуацию в селе Чемодановка. «Огромные деньги загоняют на подготовку людей», – вещал губернатор. Деньги были огромные. Но загонял их не Запад, а, если верить следствию, Шпигель. И не на дестабилизацию ситуации, а самому губернатору. Губернатора, избранного аж 78% голосов, взяли, и, что характерно: никто из якобы голосовавших за него на улицу не вышел, потому что есть такая особенность у «нарисованных» избирателей – они на улицу не выходят.

Дело, впрочем, не в Белозерцеве, а в Шпигеле, потому что это величины несравнимые. Белозерцев – рядовой представитель «расстрельной» ныне профессии, а Шпигель – Березовский от фармацевтики. По повадкам, по масштабу – это последний динозавр 1990-х, замечательно, впрочем, встроившийся в систему; решала с огромными связями и еще большими понтами, коллекционер, владелец огромной библиотеки, человек, который после громкой битвы с Teva якобы мог похвастаться: «А вот кому решить дело в Верховном суде?».

В начале 2000-х Шпигель гремел. Когда российский фармрынок был еще в диком состоянии, не было, пожалуй, фармкомпании влиятельнее, чем «Биотек». Заводы его – советское барахло, но ноу-хау Шпигеля была дистрибуция, а точнее – посредничество. Именно при его посредничестве выходили на рынок зарубежные препараты. А если не посредничал – могли и не выйти.

В 1990-е гг. бизнесмены вывозили за советские рубли алюминий и медь, продавали их на Западе по тысячекратной цене и на эти проценты жили. А вывозить они имели право потому, что им дали статус «спецэскпортер». Шпигель выполнял ту же роль, только в импорте лекарств. Он был «специмпортер». Если западный фармгигант хотел выйти на российский рынок, ему было проще всего прибегнуть к помощи Шпигеля.

Подробности этого сотрудничества стали предметом расследования Американской комиссии по ценным бумагам (SEC). В 2016 г. SEC влепила Teva 520 млн долл. штрафа за коррупцию. В числе прочего Teva приписывали взаимодействие c неким неназванным высокопоставленным россиянином, который с 2003 по март 2013 г. был сенатором и зампредом комитета Совета Федерации. Этот сенатор помог Teva включить ее «Копаксон» (препарат от рассеянного склероза) в госпрограмму «7 нозологий» и получить уверения в том, что конкуренты «Копаксона» не будут зарегистрированы Минздравом, а в обмен получил статус дистрибьютора и скидки. Сенатором с 2003 по 2013 г. был Шпигель. В 2012-м SEC начала аналогичное расследование по Eli Lilly.

Однако в 2010-х российский фармрынок стал меняться. На нем появились реальные производители: Харитонин, Репик, Винокуров – технократы с могучей административной поддержкой, которые модернизировали производство и запускали импортозамещающие препараты. В протекции Шпигеля они не нуждались. Наоборот: под их напором был взят курс на импортозамещение, государство запретило покупать у иностранцев лекарства, если на конкурс были представлены два отечественных аналога. О том, что эти аналоги могут быть плохо сделаны, государство предпочитало не думать и строго с производителей не спрашивать.

Появились в России и настоящие дистрибьюторы, то есть те, кто занят чисто логистическим бизнесом по доставке товара максимально комфортным способом по максимально низкой цене. «Дистрибьютор» в этой новой системе означало именно это, а не «человек, знающий всех в правительстве».

Это стало суперконкурентным бизнесом. «Маржа дистрибьютора сейчас 3%, – говорит мне один из участников рынка, – люди за копейку удавятся». Надобность в «эксклюзивных контрактах» отпала. «Зачем нам эксклюзивный контракт с дистрибьютором? – объяснял мне один из производителей. – Пусть все соревнуются. С моей точки зрения, каждый раз, когда есть эксклюзивный контракт, это плохо пахнет и вызывает вопросы».

Шпигель на этом фоне смотрелся бледно. Правящая верхушка по-прежнему консультировалась с ним по вопросам фармацевтики (он, в частности, выступал лоббистом по вопросу о маркировке лекарств, которая чуть не привела фармрынок к коллапсу), но в 2019-м среди дистрибьюторов «Биотек» занимал 12-е место с жалкими 2,2%. А производство и вовсе никогда не было его сильной стороной. Да и зачем? Представьте, что вы обеспечиваете кому-нибудь победу в тендере на лекарства от диабета, а в обмен он переводит деньги на счет вашей кипрской фирмы. На фиг вам какое-то производство?

Словом, Шпигель на фоне новой поросли был ископаемым динозавром. Он создал в России спрос на современные лекарственные препараты, но теперь этот спрос удовлетворяли другие и по-другому. Шпигелю оставалась разве что его огромная библиотека, коллекция, да разные мелочи вроде Пензенской области, где его позиции были традиционно сильны.

Но тут случился ковид, и за ним – кратковременный взрыв безумных государственных монополий. Помните, как в прошлом году в России было запрещено делать ковидные тесты? Принимали только те, которые делал государственный новосибирский «Вектор», он же массово эти тесты делать не мог. Появились предложения и о введении монополии на маски. Разумеется, попытка ввести госмонополию на тесты и маски не могла оказаться успешной, и первыми, кто ее разрушил, были медицинские лоббисты.

Ковид и Шпигель были словно созданы друг для друга. Шпигель снова взорлил. Московские власти плюнули на монополию, закупив сотни тысяч нидерландских тестов. Потом оказалось, что тесты не нидерландские, а китайские, что их надежность ничтожна, что в Европе от них отказываются и что отпускная их цена в Китае – 400 руб., а «Биотек» продает эти тесты за 2000. Потом были другие медицинские поставки и дистрибуция российских фуфломицинов; оборот компании за счет госзаказов вырос на 102%.

А потом, когда прошел год, те самые государственники, которые не смогли удержать монополию на маски, противочумные костюмы и тесты, стали ходить в Кремль и говорить: «Давайте разберемся с „масочниками“. Вон они как нажились за бюджетные деньги на людском горе».

Шпигеля приняли в ночь на 21 марта прямо в аэропорту. Потом арестовали его жену. Потом – его директора Антона Колоскова. Даже при одном взгляде на опухшего, невероятно толстого Шпигеля видно, что он – человек очень больной. Дважды переносил клиническую смерть. В кабинете следователя Шпигель потерял сознаниe, выносили его на носилках. Шпигель был настроен очень пессимистично, так и заявил: «Я не жилец».

Эти сокрушительные аресты, очевидно, для того, чтобы во всем признался. Производства у Шпигеля нет, чтобы его отнять. Дистрибуцию поделить нельзя: логистика такая штука, что уходит между пальцев. Можно только отобрать сферы влияния да ободрать как липку: наличных у Шпигеля много… Помните анекдот про ненастоящие елочные игрушки, которые завезли в магазин? «Выглядят, как настоящие, а радости никакой». Вот так же выглядит ненастоящая борьба с коррупцией.

Я полагаю, что Шпигеля арестовали потому, что госструктуры и их кураторы, не сумевшие удержать монополию на ковид, не простили частным операторам, что те прорвали плотину, и теперь прибежали в СК и МВД с бумажками о том, как те продавали дерьмовые китайские тесты по пятикратной цене и «авифавир»-«арепливир» по завышенным ценам. Вот, говорят народу, кто, оказывается, виноват в эпидемии! Шпигель! Вас это радует? Меня – нет.

 

Юлия ЛАТЫНИНА

 

Уважаемые читатели!

Старый сайт нашей газеты с покупками и подписками, которые Вы сделали на нем, Вы можете найти здесь:

старый сайт газеты.


А здесь Вы можете:

подписаться на газету,
приобрести актуальный номер или предыдущие выпуски,
а также заказать ознакомительный экземпляр газеты

в печатном или электронном виде

Поддержите своим добровольным взносом единственную независимую русскоязычную еврейскую газету Европы!

Реклама


Байден открывает эру ядерного хаоса и войны

Байден открывает эру ядерного хаоса и войны

Назло маме отморожу уши

Назло маме отморожу уши

Демократы, возможно, совершили политическое самоубийство

«Jewish Lives Matter»

«Jewish Lives Matter»

Интеллектуальный «Железный купол» для защиты от юдофобии

Беженки и «беженцы»

Беженки и «беженцы»

Вырвавшись из одного ада, многие украинки столкнулись с другим

Заставь дураков мороженое производить…

Заставь дураков мороженое производить…

Горький привкус борьбы за сладость

На Великого Фридрих не тянет

На Великого Фридрих не тянет

За кулисами странного поведения Мерца

Семь лет в кризисе

Семь лет в кризисе

Новая реальность нашего разделенного общества

Гомеопатия не поможет

Гомеопатия не поможет

Процветание и самооценка Германии в опасности

Позвольте вам выйти вон!

Позвольте вам выйти вон!

Как объяснить это Клаудии Рот?

Другая всемирная еврейская история

Другая всемирная еврейская история

Беседа с Михаэлем Вольффсоном

Человек на чужом месте

Человек на чужом месте

Д-р Блюме, «Республика Израиль» и герой как «военный преступник»

Демократия – это мы

Демократия – это мы

Глава МВД пропагандирует презумпцию враждебности

Все статьи
Наша веб-страница использует файлы cookie для работы определенных функций и персонализации сервиса. Оставаясь на нашей странице, Вы соглашаетесь на использование файлов cookie. Более подробную информацию Вы найдете на странице Datenschutz.
Понятно!