Почему правят разнообразные не те

Коалиция неспособных© TOBIAS SCHWARZЕL_AFP

У вас такое же ощущение, как у меня? С одной стороны, я рад, что приближается конец правления Фридриха Мерца. Он настолько неуклюж и некомпетентен, что наблюдать за его правлением – мука. С другой стороны, радость омрачается: ведь куда ни посмотри – потенциальные преемники вызывают не меньше головной боли. Хенрик Вюст и Даниэль Гюнтер – типичные карьеристы с харизмой стажеров из сберкасс. К тому же они – послушные «мальчики Меркель». Зёдер – оппортунист в квадрате, имеющий по словам его предшественника Зеехофера, проб­лемы с характером. О Ларсе Клингбайле и его геноссен и говорить нечего. И это подводит нас к проб­леме.

В русском языке есть нецензурная поговорка, которая в вольном переводе гласит, что кто-то в результате размножения опустился до уровня мышей. В нашей партийной системе всё обстоит аналогично, только слово «размножение» нужно заменить на «селекцию». Этот отбор носит негативный характер. И если его понимать, становится ясно, почему страна находится в том состоянии, в котором находится. И почему те фигуры, которых мы повседневно видим наверху, пробились на передний план.

В конце 1980-х я вступил в СДПГ, в которой состоял еще мой прадед. Я был молод, полон идеализма и убежден, что в политике можно что-то изменить. На партсъезде по выдвижению кандидата в горсовет было два претендента. Один из них был секретарем профсоюза – опытный, с обоснованными взглядами, знавший, о чем говорил. Другой отличался лишь тем, что был полон решимости победить. То, что произошло дальше, стало для меня первым важным уроком в политике.