КОЛОНКА ИЗДАТЕЛЯ д-ра Р. КОРЕНЦЕХЕРА

Дорогие читатели,

2026 год стремительно приближается к важным еврейским праздникам. Еврейский месяц элул, заканчивающийся в этом году 11 сентября, является последним месяцем старого еврейского года 5786, который завершается с началом месяца тишрей.

Несмотря на продолжавшиеся тысячелетия враждебные действия и попытки уничтожения со стороны старых и новых врагов, и в этом году миллионы евреев в Израиле и по всему миру следуют вековому обычаю: в день Рош ха-Шана, как и издавна, прислушиваются к звуку шофара и молят о счастливом, мирном и здоровом, одним словом, сладком Новом годе для своих близких и для себя.

Редакция и я от всего сердца присоединяемся к этим пожеланиям для наших читателей и для всех нас. Праздник Рош ха-Шана и последующие дни вплоть до Йом-Кипура являются для всего еврейского народа не только временем надежды на новое, но и временем самоанализа и размышлений о прожитом, о том, чего не удалось сделать, и о том, чего удалось достичь.

Многовековая традиция этих праздников, отмечаемых евреями по всему миру, еще раз подтверждает, что Израиль является одним из государств с самой длительной исторической легитимностью на своей территории, включая его цельную и неделимую столицу Иерусалим, еврейскую Храмовую гору, а также еврейские регионы Иудею, Самарию и Галилею. Непревзойденным цинизмом является то, что именно еврейское Государство Израиль снова и снова становится мишенью всемирной кампании по делегитимации, возглавляемой ООН, в то время как к завоевателям и настоящим узурпаторам земель относятся с осторожностью и даже поощряют их действия.

Конец старого и начало нового года – подходящий момент, чтобы поблагодарить прежде всего вас за то, что вы остались верны нашей «Еврейской панораме», который выходит уже 13-й год. Редакция и я лично в новом 5787 г. по-прежнему будем делать всё возможное, чтобы оправдать ожидания наших читателей.

Несмотря на отпуска и праздники, политическая реальность не знает застоя. Даже когда мы на несколько дней пытаемся отвлечься от мировых событий, континент продолжает меняться на наших глазах – причем с такой скоростью и силой, что это уже невозможно игнорировать.

В этом сентябре отмечается дата, которая не может отсутствовать ни в одном сентябрьском номере нашей газеты: 1 сентября исполняется 87 лет со дня немецкого вторжения в Польшу – начала Второй мировой войны и одновременно начала уничтожения польского еврейства, крупнейшей еврейской общины Европы, из которой происходит семейная история столь многих наших читателей. Из 3,5 млн польских евреев до конца войны дожили лишь около 75 тыс. Тот, кто хочет понять, почему еврейский народ больше никогда не будет полагаться на обещания, равнодушие или доброжелательность других, найдет ответ в этой одной дате. И тот, кто хочет понять, почему на следующих страницах мы так безжалостно называем вещи своими именами, говоря об опасностях нашего времени, также.

До 60 тыс. почти исключительно молодых мужчин преодолели внешнюю границу ЕС и ворвались в испанский эксклав Сеуту. Эти события стали демонстрацией силы, напоминавшей вторжение.

Европейский Союз, стремящийся до мельчайших деталей предписывать своим гражданам, как им следует жить, передвигаться, строить, говорить, питаться и думать, оказался пугающе беспомощным там, где государственный суверенитет действительно должен был бы проявиться. ЕС может распределять миллиарды, узурпировать права национального суверенитета и регулировать всё возможное с помощью безгранично растущего аппарата. Но, по-видимому, одного он не может: защищать собственные границы. Трудно представить себе более сильное унижение для континента, который до сих пор считает себя геополитической силой.

Среди прибывших почти не было женщин с маленькими детьми, стариков или явно беззащитных людей. В основном это были молодые мужчины из исламского культурного пространства. И именно здесь рушится сказка о беженцах. Ведь тот, кто действительно бежит от войны или бедствия, берет с собой семью. Когда молодые мужчины отправляются в путь в одиночку и, словно по команде, десятками тысяч, они не бегут. Они идут. Так во все времена маршировали армии – колонны беженцев выглядят иначе. Ни один народ не знает этого лучше, чем еврейский, который на протяжении своей истории пережил бесконечные изгнания и бегства.

И особенно для еврейского населения, для женщин, гомосексуалов и всех остальных, кто не вписывается в мировоззрение исламских кругов, характеризующихся агрессивностью, склонностью к насилию, пренебрежением законом и ненавистью к евреям, эта тенденция представляет собой вполне реальную угрозу жизни и здоровью.

Ярким примером провала Европы служит испанский премьер-социалист Педро Санчес: он не только не встал на защиту захваченного города и его жителей, подвергшихся нападению, но и увлекся «моралью гостеприимства» и риторикой понимания. Как и в остальных случаях он предпочитает направлять свое возмущение против еврейского государства, а не против преступников 7 октября – и теперь также против тех, кто штурмует его страну.

Миграция уже давно перестала быть лишь следствием бедности, надежды или личных жизненных решений. Она превратилась в оружие, которое в любой момент могут задействовать авторитарные государства, страны с исламским уклоном или государства, находящиеся в конфликте с Европой.

В Германии об этом известно с 2015 г.

Ангела Меркель, выросшая и получившая образование в стране, где существовала Берлинская стена, бывшая, по свидетельствам ее тогдашних знакомых, секретарем FDJ по агитации и пропаганде, в то время не просто приняла решение о границе. Она инициировала коренную перестройку страны, социальные, финансовые и связанные с безопасностью последствия которой до сих пор не были ни честно проанализированы, ни эффективно исправлены. Перегруженные муниципалитеты, постоянно возникающие новые расходы в миллиарды, нехватка жилья, практически не осуществляемые депортации, рост насилия, исламизация школ и распространение исламских параллельных обществ с тех пор стали повседневной реальностью в «лучшей Германии всех времен».

Кроме того, Сеута – это не исключительно испанская проблема. Добравшийся до нее, попадает в Шенгенскую зону, а значит может, несмотря на периодические проверки, свободно передвигаться по Европе. Таким образом, провал испанской пограничной политики напрямую становится проблемой Германии, Австрии, Франции, Нидерландов и других государств. Шенгенская система основывалась на четком компромиссе: внутренние границы Европы должны оставаться открытыми – в обмен на это внешние границы должны были быть надежно защищены. Выполнена была только первая часть соглашения. Так европейский проект свободы превратился в «миграционную автомагистраль».

Правительству Мерца тоже не стоит рассматривать Сеуту как какое-то далекое испанское событие: в итоге целью большинства тех, кто преодолевает незащищенную внешнюю границу ЕС, является Германия – с ее центрами занятости, социальными пособиями и слабой судебной системой. И объявленный Мерцем с большим пафосом более жесткий курс будет оцениваться по тому, будет ли на этот раз расстояние между объявлением и границей меньше, чем та привычная бездна неискренности, которая увенчивает все остальные его обещания.

Для евреев Европы эта тенденция уже давно перестала быть абстрактной ошибкой иммиграционной политики, а стала непосредственной угрозой их повседневной жизни. Там, где исламская ненависть к евреям импортируется, преуменьшается и поощряется слабостью государства, кипа, звезда Давида и иврит в первую очередь исчезают из общественного пространства – а вместе с ними исчезает еще одна часть еврейской повседневной жизни. Однако никому не следует поддаваться иллюзии, что это насилие направлено исключительно против евреев. То, что сегодня затрагивает еврейских школьников, посетителей синагог или израильские учреждения, всё чаще затрагивает также женщин, гомосексуалов, полицейских, учителей или любого случайного прохожего, который в неподходящее время в неподходящем месте оказывается на пути агрессивных притязаний склонных к насилию мигрантских кругов. Тот, кто больше не может защитить еврейскую жизнь, подвергает опасности безопасность всего населения.

Пока ислам находится в меньшинстве, он – вместе со своими суицидальными лево-«зелеными» и «просвещенными» сторонниками – громко требует защиты прав меньшинств. Однако там, где он приходит к власти или превышает критическую массу, исчезают не только права меньшинств, но и сами меньшинства. Тому, кто хочет знать, к чему это приведет, достаточно учебника истории. Малая Азия, земля первых христианских общин, еще в 1914 г. на пятую часть состояла из христиан – сегодня их там 0,2%. В Египте, веками бывшем христианским оплотом, от некогда коптского большинства осталось угнетаемое меньшинство, церкви которого сжигают. Северная Африка, родина святого Августина, была полностью дехристианизирована. Ливан, в 1932 г. единственная страна Ближнего Востока с христианским большинством, утратил его: «Когда мусульмане стали большинством, они начали убивать христиан, которые их приветствовали», – свидетельствует один ливанский христианин. До раздела Пакистана индуисты и сикхи составляли пятую часть населения – сегодня едва ли 3%. От буддистского прошлого Афганистана остались взорванные статуи Будды в Бамиане. А Вифлеем, город рождения Иисуса, который в середине XX в. был преимущественно христианским городом, после трех десятилетий «палестинского» правления превратился в город, где христианская община составляет едва ли 10% населения. Эта картина повторяется на трех континентах и на протяжении 14 веков: там, где к власти приходит ислам, другие религии исчезают. Европа – единственный континент, который верит, что у нее всё сложится иначе.

Что означает продолжающаяся эрозия нашей внутренней безопасности, нам пришлось жестоким образом ощутить на себе во время исламского теракта на гей-параде в Берлине – всем нам, и особенно тем представителям ЛГБТ-сообщества, которые являются сторонниками и поклонниками исламского безумия и скандируют на своих парадах «Свободу Палестине». И Берлин был далеко не единственным: всего через два дня в Париже исламист с ножом напал на трех женщин и заявил, что Аллах послал его убивать женщин. Французские власти, зная об этом заявлении, постарались завуалировать мотив преступления. Две столицы, один уик-энд – и одна самоубийственная схема.

Между тем еврейское государство предоставляет геям и лесбиянкам ту свободу, о которой они могут только мечтать в большей части исламского мира. В Тель-Авиве гомосексуалы могут открыто жить, веселиться и проводить демонстрации. Под исламским правлением им пришлось бы столкнуться с преследованиями, жестоким обращением или смертью. Тем не менее западные квир-активисты маршируют под палестинскими флагами и объявляют Израиль угнетателем.

Более абсурдного политического самоотречения и представить себе трудно. Ведь те же самые активисты, которые здесь размахивают флагами в поддержку ислама и преступников из Газы, не прожили бы и недели под властью, за установление которой они так рьяно выступают.

В то же время в Европе царит оглушительное молчание по поводу исламской гомофобии. При этом за актами исламского насилия следует практически ритуализированное представление. Еще до завершения расследования политики, журналисты и беспринципные самопровозглашенные эксперты начинают дистанционно выдвигать психиатрические диагнозы, которыми так легко не удостаивается ни одна другая группа преступников. Преступник якобы травмирован, имеет психические отклонения, социально изолирован или обладает ограниченной вменяемостью – такова стандартная оправдательная формула, предвосхищающее снятие вины с преступников. Фанатик превращается в пациента: каждый фанатичный убийца и нападавший с ножом в течение нескольких часов становится лицом, заслуживающим защиты. В Германии защита преступников, по-видимому, ставится выше защиты жертв.

Тот, кто действительно хочет положить конец этим преступлениям, должен требовать – и добиваться – введения ощутимых наказаний, политики нулевой терпимости и безусловной, немедленной депортации всех иностранных преступников. А тот, кто действительно хочет защитить гомосексуалов и всех остальных от нападений с ножом со стороны мусульман и иммигрантов, должен называть преступников преступниками – в том числе и особенно тогда, когда они не вписываются в мировоззрение «зеленых», левых и «просвещенных».

До тех пор, пока вместо этого обвиняют Израиль, пока евреев оскорбляют, избивают и ранят прямо на улице, пока исламофашистскую идеологию преуменьшают, а убийц и террористов защищают беспринципные психиатры, до тех пор от столь часто упоминаемого «ужесточения» мер в отношении насилия со стороны мусульман и иммигрантов остается лишь одно: лицемерие. Нельзя больше проявлять пощаду и ложную деликатность, нужно называть вещи своими именами: ведь в итоге именно из самого ислама и проистекает всё это. Не бывает исламизма без ислама, так же как не бывает алкоголизма без алкоголя.

А что же делает немецкая политика на фоне всего этого? Она развешивает плакаты против непричастных. В эти дни в Ольденбурге красуется рекламный щит, на котором ХДС, СДПГ, «зеленые», СвДП, ряд малых партий и «левые» объединились под лозунгом: «Разные по цветам, едины в деле», а под ним изображена корзина для мусора, в которую выбрасывают оппозицию, украшенную бомбами и ручными гранатами. Это невероятно: партия Аденауэра, Эрхарда и Коля публично заявляет о своей «единстве в деле» с правопреемницей той самой партии, которая приказала стрелять в немцев, отгородила собственный народ стеной и сегодня объявляет самооборону Израиля «геноцидом».

В Великобритании Кир Стармер оказался на свалке истории, но его преемник Энди Бёрнхэм, в типичном для лейбористов стиле, следует по его антиизраильским стопам – только быстрее, громче и с большим рвением. Едва его утвердили в должности премьера, как он уже указал объект своей новой решимости: Израиль. Не Иран. Не террористическая группировка ХАМАС, не убийственный режим в Тегеране, не исламофашистские сети, которые на протяжении десятилетий обрушивают на еврейское государство террор, ракетные обстрелы и угрозы уничтожения. Демонстративная жесткость Бёрнхэма направлена против единственного демократического государства на Ближнем Востоке.

Бёрнхэм осуществляет внешне- и внутриполитическое подчинение растущему мусульманскому электорату. В настоящее время в Соединенном Королевстве проживает почти 4 млн мусульман, значительная часть которых имеет право голоса. Во многих британских избирательных округах их голоса имеют достаточный вес, чтобы определить победу или поражение того или иного кандидата. В британской мажоритарной избирательной системе всего несколько тысяч голосов могут положить конец политической карьере, переломить ситуацию в традиционно «лейбористском» избирательном округе и лишить правительство большинства. Это политически недальновидно, исторически неверно и стратегически опасно.

И кто же эти избиратели, перед которыми Бёрнхэм склоняется в надежде завоевать их благосклонность? Это та среда, которая уже вечером 7 октября на британских улицах приветствовала массовые убийства, прославляя палачей как героев и борцов сопротивления. Тот, кто хочет удержать или вернуть этих избирателей, должен публично обвинять Израиль, требовать санкций и узаконить «палестинское» террористическое государство.

Бёрнхэм приносит извинения за прежнюю позицию своей партии, называет жертв в Газе бременем для британской совести и обвиняет своего предшественника в недостаточной решимости.

Где извинения за то, что на протяжении многих лет закрывали глаза на террористическую группировку ХАМАС? Где самокритика со стороны Великобритании в связи с той западной финансовой помощью, которая косвенно способствовала стабилизации убийственного режима, злоупотреблявшего школами, больницами и жилыми районами в своих военных целях? Где же публичное давление Бёрнхэма на арабские государства, которые на протяжении десятилетий громко обещают солидарность палестинским арабам, но отказываются взять на себя ответственность за их будущее?

Об этом почти ничего не слышно. Вместо этого признание «палестинского» террористического государства стало средством внешнеполитического «отпущения грехов» для оказавшейся в затруднительном положении Лейбористской партии. Таким образом, лейбористы и Бёрнхэм поощряют бесчеловечное насилие против невинных израильских граждан и посылают роковой сигнал всем исламским террористическим группировкам: убийства, изнасилования и захваты заложников окупаются.

Речь идет о государстве, границы, политическое руководство, система безопасности и экономическая жизнеспособность которого остаются неопределенными. Государстве, потенциальные представители власти которого не могут гарантировать право Израиля на существование, разоружение террористических группировок или прекращение основанной на исламе борьбы за уничтожение еврейского соседа.

Тем не менее Бёрнхэм хочет заранее оказать этому государству политическую поддержку. Поэтому новый премьер-министр Великобритании объявил о намерении оказать экономическое давление на Израиль. В то же время Лейбористская партия лицемерно заявляет о намерении бороться с антисемитизмом. Однако тот, кто демонизирует Израиль, лишает легитимности его самооборону и, из соображений заботы об исламских избирателях, относится к исламской ненависти к евреям с пониманием, создает политический климат, который всё больше душит жизнь евреев в Великобритании.

Почему это лицемерие так невыносимо? Бёрнхэм знает об этом не понаслышке. В 2025 г., будучи мэром Манчестера, он стал непосредственным свидетелем покушения на еврейскую общину Хитон-Парка, мотивом которого был ислам: двое погибших, трое тяжело раненых. Он по собственному опыту знает о прямой связи между ненавистью к Израилю и смертоносным насилием в отношении британских евреев. Он видел скорбящих.

Поэтому курс Бёрнхэма – это не политический прорыв, а поклонение: перед мусульманскими группами избирателей, перед антиизраильской партийной базой и перед склонной к насилию толпой на улицах, которая открыто призывает к уничтожению еврейского государства. Он знает, что делает. И всё равно делает это. Таким образом, мы также знаем, чего следует ожидать от его политики в отношении Израиля в будущем: не перемен, а ужесточения враждебности по отношению к Израилю, давно практикуемой в Европе.

Но Израиль переживет и этот этап европейской самонадеянности. Он пережил гораздо более опасных врагов, более тяжелые войны и гораздо более серьезные угрозы, чем очередной премьер-министр Великобритании.

Am Israel Chai!

 

 

Ваш д-р Рафаэль Коренцехер