Одна на всех...

81 год назад, 9 мая 1945 г. в 00.16 - то есть примерно на 75 минут позже, чем это было официально зафиксировано в документе, - в Европе закончилась Вторая мировая война. В берлинском районе Карлсхорст немецкий генерал-фельдмаршал Вильгельм Кейтель подписал документ о безоговорочной капитуляции.

«Мы, нижеподписавшиеся… объявляем о безоговорочной капитуляции всех наших вооруженных сил…» Этими словами закончилась война, в которой участвовали около 40 государств и которая унесла жизни более 50 миллионов человек. Для Европы этот момент означал конец беспрецедентной кампании уничтожения. Для еврейского народа это было окончание невообразимого мученичества: убийства шести миллионов евреев - детей, женщин и мужчин. Для немногих выживших евррев этот день не был политической датой. Это был момент, когда прекратилось убийство.

Эрих Кестнер рано осознал эту взаимосвязь. Его понимание того, что поражение Германии было предпосылкой для подлинного нового начала, по-прежнему отражает суть дела. Без полной, вынужденной капитуляции не было бы настоящего освобождения от нацистской системы. Эта мысль неудобна, но она верна.

Война не была закончена Германией. Ее закончили для Германии. И ее закончили союзники - Соединенные Штаты, Великобритания и, в значительной степени, народы Советского Союза, которые заплатили цену, масштабы которой едва ли можно осознать. С 1941 г. основная тяжесть войны против нацистской Германии лежала на советской территории. Погибли миллионы солдат и гражданских лиц, были разрушены целые регионы. Эти жертвы несопоставимы с тем, что пришлось перенести другим участникам войны. Констатация этого факта является не политической оценкой, а признанием исторической реальности. В то же время к исторической правде относится и то, что эта победа стала возможной только благодаря совместным усилиям всех союзников. Военная мощь оправившейся от первоначального потрясения Красной армии, промышленная и логистическая поддержка Соединенных Штатов, долгая и часто недооцениваемая борьба Великобритании - все это сыграло свою роль.

И при этом следует помнить еще об одном моменте: это была последняя крупная совместная операция именно тех держав - Советского Союза и Соединенных Штатов, - которые сразу после этого стали противостоять друг другу в холодной войне. В этот единственный исторический момент они, несмотря на все противоречия, действовали сообща - и тем самым освободили Европу от нацистского режима.

Вторая мировая война началась не как«Великая Отечественная война, а в сентябре 1939 г. с нападения на Польшу. И она закончилась не благодаря усилиям одной армии, а благодаря коалиции, сформировавшейся только в ходе войны. Это тоже часть истории. В итоге, однако, вывод однозначен: без объединенной силы этого альянса нацистская Германия не была бы побеждена. Поэтому 9 мая – или 8 мая, в зависимости от точки зрения, – это не просто праздник. Это день памяти.

Поколение, пережившее эту войну, очень хорошо понимало, что означает этот день. Для них это не было поводом для громких слов или пафоса. Многие молчали. Люди сидели вместе, думали о павших, о пропавших без вести, о тех, кто не вернулся. А если и говорили, то редко о подвигах, а о том, что было утрачено. Возможно, именно в этом заключается форма достоинства, которая сегодня часто утрачивается. Поминание не означает идеализацию. Это также не означает инструментализацию. Это означает помнить – о жертвах, о погибших и о масштабах этой войны. 

И это означает осознавать, что конец этой войны стал возможен только благодаря полному разгрому преступной системы.

Для Европы это означало шанс на новый начало.

Для евреев Европы это означало выживание тех немногих, кто еще остался.

Уже одно это - достаточная причина, чтобы торжественно отметить этот день.

Без пафоса. Но с ясностью.

 

Рафаэль Коренцехер