Кризисные времена всегда мобилизуют и консолидируют

Еврей по собственному желанию

Евреи проживают на территории Украины как минимум две тысячи лет, что делает украинскую еврейскую общину одной из старейших в мире. Она и до сих пор является одной из самых значительных в Европе. В ходе последней переписи евреями себя назвало чуть больше 105 тыс. человек. Это почти сопоставимо с официальным числом евреев в Германии. Правда, с тех пор прошло почти четверть века. Естественная убыль и эмиграция внесли существенные коррективы. Сегодня демографы оценивают остаток общины в 32 тыс. человек. Их расчеты можно критиковать, но оспаривать очевидную динамику стремительного уменьшения численности сложно. Всё чаще звучит сомнение в том, есть ли вообще у украинского еврейства будущее.

Демографические показатели сами по себе еще не приговор. Очевидно, что украинцев частично еврейского происхождение гораздо больше. Однако само по себе наличие еврейских корней, как правило, отдаленных, в современной ситуации не обеспечивает идентификацию с еврейской общиной. Человек может осознавать и принимать свое этническое происхождение, но не придавать ему особого значения. Семейное воспитание не гарантирует воспроизведение устойчивой идентичности. Речь, скорее, идет о расплывчатом сантименте, который еще необходимо актуализировать.

У среднестатистического слаборелигиозного постсоветского еврея связь с еврейством формируется либо интеллектуально, через знание, либо эмоционально – через культуру, то есть, в современных условиях, употребление аудиовизуального контента. Поэтому особую важность для актуализации еврейской идентичности, ее укреп­ления и развития приобретают культурная и просветительская деятельность общины.

В ситуации внешнего экзистенциального вызова, ставящего под угрозу существование украинского народа, для жителей страны естественным образом усиливается значимость принадлежности к украинской гражданской нации с принятием ее символов и этнокультурных элементов. Это означает, что общинным институтам необходимо прилагать еще больше, чем в «нормальной» ситуации, усилий для того, чтобы украинские евреи (или украинцы еврейского происхождения) чувствовали себя не только украинцами, но и евреями.

Поддержание еврейской идентичности в условиях свободного выбора требует от общины конкурентоспособности. Сравнение с супермаркетом, в котором клиент выбирает понравившуюся ему культурную модель из имеющихся на выбор, может быть преувеличением, но очевидно, что никогда ранее в истории национальная идентичность не была столь гибкой и изменчивой. Еврейская община должна быть в состоянии предложить привлекательный информационно-культурный продукт. Насколько она в состоянии самостоятельно справиться с этой задачей?

 

Изоляция

Образовательная, информационная и культурная деятельность еврейской общины больше всего пострадала из-за уменьшения финансовых и людских ресурсов из-за войны.

Прямой ущерб от обстрелов, снижение экономического потенциала и массовый отъезд из страны относятся к наиболее очевидным последствиям войны. В совокупности эти факторы существенно подорвали саму способность институциональной еврейской общины Украины продолжать свою обычную деятельность.

Есть и другие, менее очевидные негативные аспекты войны, которые незаметно, но неуклонно «подтачивают» еврейскую идентичность. К ним относится, например, ограничение мобильности и разрыв привычных личных и организационных связей. Болезненным является и разрыв связей с евреями России. Будучи более богатой и развитой инфраструктурно, российская еврейская община ранее в некоторых аспектах поддерживала украинскую. Некоторые общинные проекты буквально финансировались российскими (как минимум, по происхождению капиталов) еврейскими олигархами.

В качестве яркого примера можно упомянуть историю основанного Михаилом Фридманом Мемориального центра Холокоста «Бабий Яр». До полномасштабной войны в результате значительных финансовых вложений и лоббистских усилий он практически начал определять государственную политику в сфере памяти о Холокосте, по крайней мере, непосредственно на территории Национального историко-мемориального заповедника «Бабий Яр». Хотя многие инициативы Мемориального центра подвергалась резкой критике, а основными его функционерами были привлеченные иностранцы, щедрое финансирование позволяло также большому количеству украинских интеллектуалов и деятелей культуры получать какие-то деньги и даже реализовывать свои проекты. После начала полномасштабной агрессии Михаил Фридман подпал под санкции, и активность Мемориального центра была свернута.

Материальная поддержка бизнесменов с российским капиталом была существенной, но фрагментарной. На системном уровне украинские общинные структуры зависели от спонсорской помощи собственных олигархов и в меньшей степени – от грантового финансирования западных доноров. Важнее была культурная связь. В некоторых сферах она имела определяющий характер.

Качественные русские переводы израильской литературы и классических религиозных текстов, выпускаемые такими издательствами, как «Книжники» или «Гешарим», полностью удовлетворяли спрос на еврейскую книгу. Украинские исследователи иудаики публиковались в российских изданиях и ежегодно собирались в Москве на научных конференциях Центра «Сэфер». Российские коллеги организовывали приезды лекторов в Украину и полевые школы в Подолии или Крыму.

Разрыв организационных связей начался в 2014 г. Личные связи в основном сохранялись и даже переживали некоторое оживление в период карантина в связи с пандемией Covid-19 в 2020–2021 гг., поскольку онлайн-общение стало основной формой коммуникации вне зависимости от местонахождения собеседников или участников интернет-конференций. Однако после начала полномасштабного вторжения проблематичным стало поддержание связей даже между родственниками. Поездки стали, разумеется, просто невозможными, как и завоз литературы, которую, впрочем, на русском вряд ли кто-нибудь будет читать.

Книги по еврейской тематике на украинском, конечно, выходят. Лидирует в этом киевское издательство «Дух и Литера». Однако, с текущими объемами работы оно не в состоянии значительно повлиять на ситуацию, сложившуюся за десятилетия доминирования в Украине российской и русскоязычной книжной продукции. Спрос на еврейскую тематику на украинском книжном рынке остается неудовлетворенным. Только в августе 2025 г. стараниями хабадской Федерации еврейский общин был издан первый (неполный) украинский молитвенник (сидур). Но в принципе в еврейских общинах отсутствует базовый набор священных текстов и традиционных комментариев. Их издание требует значительных интеллектуальных ресурсов и квалификации, которую имеющиеся украинские проекты до настоящего времени были не в состоянии обеспечить. Интеллектуальные дискуссии в мировой иудаики десятилетиями проходят мимо украинской аудитории. В этом плане Украина безнадежно отстала не только от России, но и от Польши.

 

Народ без газеты

В других сегментах культуры ситуация обстоит не сильно лучше. Показательным примером могут служить средства массовой информации.

Медиа – это важно. СМИ являются одновременно как инструментом воспроизведения и поддержания идентичности внутри самой общины, так и каналом позиционирования и репрезентации еврейства во вне. До широкого распространения Интернета наличие в доме еврейского периодического издания делало дом еврейским. На постсоветском пространстве шутили даже, что евреи из народа Книги превратились в народ газеты. Сейчас эпоха традиционных СМИ заканчивается, и общине необходимо вырабатывать новые формы внутренней и внешней коммуникации. В Украине это получается не очень хорошо. Еврейские СМИ тут пребывают в тяжелом кризисе. От когда-то впечатляющего разнообразия не осталось практически ничего, по крайней мере в печатном виде. В электронном формате некоторая жизнь еще теплится, но она явно не соответствует потребностям.

Расцвет еврейских медиа в Украине наблюдался лет примерно 15 лет назад. Тогда читателю была доступна широкая палитра газет: еженедельный в лучшие свои времена «ВЕК», ежемесячные «Хадашот», «Еврейский обозреватель», «Еврейские вести», «Киев еврейский», «Эйникайт». Практически во всех областных центрах выходила своя газета, как правило, ежемесячная, а то и не одна.

Сегодня из этого разнообразия формально (в режиме онлайн) продолжает существовать только орган Еврейской конфедерации Украины «Еврейский обозреватель». Его главный редактор при этом проживает последние годы в Германии. В начале полномасштабной войны перестал обновляться сайт газеты «Хадашот», издания Ваада Украины, к этому времени тоже выходившего только в Интернете. Ее главный редактор также покинул Украину. Прочие упомянутые газеты перестали выходить еще раньше.

Поубавилось и региональных изданий. Например, в Одессе с началом полномасштабной вой­ны перестал выходить неплохой журнал «Мигдаль Times». Символично, что последний доступный онлайн-номер, вышедший в январе 2022 г., посвящен 30-летию создания одноименного общинного центра. Немного дольше, до начала осени 2022 г., продержалась одесская еженедельная хабадская газета «Шомрей шабос». Справедливости ради нужно отметить, что в некоторых регионах еще продолжают выходить местные издания, остающиеся последними островками еврейской прессы. В Чернигове выходит газета «Тхия», во Львове – «Шофар», в Днепре – «Шаббат шалом».

Профессиональный макет, верстка, корректура, печать, рассылка по почте стали неподъемной роскошью для еврейских организаций. Поддерживать сайт всё же проще, да и профессиональные стандарты ниже. Но и в Интернете особого разнообразия мы не найдем. Из полноценных онлайн-изданий можно упомянуть разве что сайт с оригинальным названием «Еврейские новости» (jewishnews.com.ua). Издание финансируется Объединенной еврейской общиной Украины. Когда-то, в 2014 г., сайт появился как реакция на начавшуюся российскую агрессию. Его задачей было формировать украинское еврейское информационное пространство, альтернативное значительно более развитому российскому, ранее во многом удовлетворявшему потребность читающей на русском языке интернет-аудитории в еврейской тематике. Сегодня от амбициозной концепции «Еврейских новостей» десятилетней давности мало что осталось. Однако они остаются единственным стабильно обновляемым в ежедневном режиме общеукраинским еврейским новостным сайтом.

Украинские еврейские медиа, по крайней мере, традиционные, переживают затяжной кризис. Он вызван не только полномасштабной войной и даже не ковидом, а структурными проблемами. В Украине никогда не было независимых еврейских медиа. Все перечисленные выше газеты в некотором смысле были «партийными». Важнейшей их функцией было обеспечивать публичность лидерам и спонсорам издававших их организаций. С уменьшением возможностей основных еврейских организаций стало сокращаться и медийное пространство, никак не опиравшееся на аудиторию и не имевшее никаких других источников финансирования.

Вполне естественно в этой ситуации, что уровень украинских еврейских газет всегда был низким. Значительная часть материалов носила «вневременной» характер. Основной их тематикой было освещение общинных мероприятий и пиар деятельности издававших их организаций, информация про еврейские праздники, материалы популярно-исторической тематики, перепечатки новостей Израиля и диаспоры из новостных сайтов (что особенно странно смотрелось в ежемесячных газетах), в изданиях религиозных общин – комментарии на недельную главу Торы. Поскольку печатные издания получали по бесплатной подписке или брали в общинных центрах, часто благотворительной направленности, в основном пожилые люди, в целом их это удовлетворяло. Основной функцией еврейских газет было не информировать или создавать пространство для обсуждения актуальных проблем, а поддерживать важную для репрезентации идентичности символическую связь с еврейским информационным пространством. Привлечь новую аудиторию или заинтересовать молодое поколение, привыкшее к совершенно иному стилю подачи информации, такие издания не могли.

При этом нельзя сказать, чтобы еврейская проблематика не была интересна более широкой аудитории. Целый пласт тем, от украино-еврейских отношений в исторической перспективе до современного Израиля, привлекают отнюдь не только завсегдатаев общинных мероприятий. Отдельные материалы на «еврейские» темы, появляющиеся в мейнстримовых медиа, широко читаются и обсуждаются.

Интересным представляется сравнить общинные издания в странах с сопоставимым по численности еврейским населением – в той же Германии. Трудно отрицать, что цветная еженедельная Jüdische Allgemeine куда профессиональнее лучших украинских еврейских газет в их лучшие времена. Правда, это издание, будучи органом Центрального совета евреев в Германии, имеет солидную финансовую базу и может позволить себе полноценную редакцию. Более релевантным может быть сравнение с «Еврейской панорамой», которую вы держите в руках. Она не зависит ни от каких организаций. Как и украинские еврейские издания, газета делается главным редактором фактически в одиночку. По уровню же, однако, она тоже находится в «другой лиге» по сравнению с украинскими изданиями – или, точнее, воспоминаниями о них.

Конечно, следует принять во внимание особенности медийной культуры и банальную разницу в покупательной способности населения. Но печатные издания с развитой интернет-версией выживают и на постсоветском пространстве.

Релевантным примером в другом формате может быть российский ежемесячный журнал «Лехаим». Его главному редактору, бывшему одесситу, кстати, удалось создать качественный интеллектуальный продукт. У журнала, правда, хорошая финансовая база – он издается российским «Хабадом». Но его с интересом читают и совершенно нерелигиозные евреи. Это немного напоминает ситуацию с советскими интеллигентскими научно-популярными журналами. Читатель пролистывал в них первые страницы с идеологическими партийными материалами или вообще читал «по-турецки» – с конца. В случае «Лехаима» аудитория пропускает передовицы с проповедями главного раввина России Берла Лазара и воспоминания о последнем Любавическом ребе, и с огромным интересом читает материалы по истории, книжные обзоры, интервью и главы из книг, подготовленных к печати хабадским же издательством «Книжники». Во многом уровень журнала поддерживается за счет переводов и статей русскоязычных израильских авторов, что способствует расширению кругозора аудитории. В Украине предпринимались попытки издания еврейских журналов («Орах хаим», «От сердца к сердцу»), однако читать их, откровенно говоря, было невозможно.

Эти и другие примеры показывают потенциал развития даже традиционной еврейской прессы, не говоря уже о новым медиа. Интересными представляются попытки создания мультимедийного контента, такие, как ютуб-канал EVREI TV (Jewish Modern Television). Пока подобные проекты развиваются на энтузиазме их инициаторов и не получили широкой известности. При этом, будучи относительно малобюджетным, этот формат представляется перспективным, на настоящий момент еще не полностью раскрывшим свой потенциал.

При наличии ресурсов после вой­ны систему еврейских СМИ придется создавать практически заново. Еврейская периодика не может зависеть от какой-то одной конкретной организации. В идеале она должна носить «общееврейский» или, скорее, даже «общеукраинско-еврейский» характер.

 

Свет в конце туннеля

После завершения войны в Украине будет существенно меньше евреев, чем до ее начала. Общину надо будет «пересобирать» заново и во многом на новых основаниях. Это, безусловно, драматичная ситуация, однако она не уникальна. Даже если не вспоминать попытки возрождения общинной жизни в Европе после Второй мировой войны, можно привести значительно более близкий пример.

На рубеже 1980-х и 1990-х гг., в последние годы Перестройки и сразу после распада Советского Союза, происходил массовый «исход» евреев из региона – Большая алия и эмиграция в США, Германию и другие страны. Количественно община уменьшилась в несколько раз, если не на порядок.

Стереотипное представление о том, что в Советском Союзе еврейской жизни не было, на самом деле ошибочно. В деятельности разного рода неформальных объединений, от подпольных религиозных кружков до полухипповских тусовок, в 1970–1980-х гг. участвовали десятки тысяч человек. В массе своей благополучно пережив андроповские гонения, в годы Перестройки эти активисты стали ядром вышедшей из подполья еврейской общины, активной и жаждущей открытого провозглашения собственного еврейства. На отмечавшиеся уже легально еврейские праздники толпы заполняли не только областные дома культуры, но и Кремлевский дворец съездов.

Несмотря на специфические, еще советские экономические условия, перестроечная «протообщина» крепко стояла на собственных ногах. У нее не было спонсоров. Люди самоорганизовывались для уборки на старых кладбищах, «скидывались» по 50 копеек или по рублю, чтобы начать издавать газету и т. п.

Большинство активистов того поколения эмигрировали. Многие из уехавших, особенно репатриировавшиеся в Израиль, были наиболее сознательными носителями еврейской идентичности. Во многих городах не сохранилось ни преемственности, ни институциональной памяти об этом движении. Уже через 10–15 лет следующее поколение еврейских активистов было уверено, что общинная жизнь в их городе началась во второй половине 1990-х, когда «пришли» «Хабад», «Джойнт», «Сохнут», появились крупные бизнесмены, выступившие спонсорами. В некотором смысле после того, как волна Большой алии схлынула, в середине 1990-х, еврейскую общину действительно надо было создавать заново.

Конечно, эта аналогия условна. Послевоенная Украина будет пребывать в куда более драматической ситуации, чем постсоветская. Однако этот пример показывает, что еврейская община имеет значительный потенциал выживания, несмотря на все обстоятельства.

 

Контуры будущего

Когда закончится война, перед украинским еврейством остро встанет вопрос сохранения идентичности и самого дальнейшего существования общины. Общинным институтам и донорам хорошо было бы пересмотреть стратегические приоритеты деятельности. Залог развития украинской еврейской общины заключается в ее выходе «вовне».

Несмотря на непростые обстоятельства, при оценке перспектив украинского еврейства есть место не только пессимизму. Общинные организации с честью выдержали испытание тяжелейшим кризисом и продемонстрировали завидную стойкость в тяжелейших испытаниях. Более того, то, что ранее казалось изъянами (вроде патронажно-клиентской системы отношений и зависимости от внешних спонсоров), способствовало эффективности, когда многие еврейские структуры полностью переориентировались на гуманитарную работу. Мне приходилось уже об этом писать подробно.

За годы войны еврейская община перестала быть той замкнутой «общиной в себе и для себя», какой она была ранее. Она стала одним из важных элементов украинской полиэтничной и поликультурной политической нации.

Теперь еврейской общине Украины следует задуматься о переформатировании не только деятельности, но и собственного представления о себе. Удачной формулой может стать внутренняя гибкость и открытость вовне. Совсем идеально было бы выработать приемлемую модель сохранения идентичности, сочетающуюся с гармоничной интеграцией в общество (без ассимиляции). Представляется, что этому может способствовать укрепление плюрализма в самой еврейской общине, в частности, более широкое представительство реформистского и прогрессивного иудаизма как на общинно-институционально уровне, так и на уровне концептуальном, в интеллектуальных и медийных дискуссиях.

Кризисные времена всегда мобилизуют и консолидируют. Украинская еврейская община чувствует мощную поддержку в мире, которую сформировала волна солидарности с Украиной в мировой еврейской диаспоре. Эта поддержка будет крайне необходима и после окончания войны. К сожалению, похоже, еще совсем неблизкого.

 

Вячеслав ЛИХАЧЕВ