Эвакуация

Наверное, ни в одном языке нет более зловещего слова, чем это, связанное с варварским нападением, с несчастьями, бегством людей из собственного дома, ломкой жизни... Цену эвакуации хорошо знали наши родители. В 1945 г. после уничтожения гитлеровской Германии страны-победительницы заключили договор, на многие десятилетия определивший границы влияния каждого государства. Его в той или иной мере Европа придерживалась без малого 80 лет. Время от времени то там, то здесь международный порядок нарушался, тем не менее серьезных, всеобъемлющих потрясений не случалось. Что произошло с миром в последние годы, почему в разных уголках земного шара становится все беспокойнее и опаснее жить? Ответов на этот вопрос много, но нет ни одного, который дал бы исчерпывающее объяснение или хотя бы подсказал, почему мир всё больше слетает с катушек...

...В тот день по хайфской больнице «Рамбам» ходили слухи, что в связи с атаками Ирана на Израиль проводится эвакуация и больные будут переселены в подземные помещения госпиталя. Большинство из пациентов слабо представляли себе, как это будет происходить, строили всевозможные догадки. Внизу, под больницей «Рамбам», есть огромная парковочная площадка – видимо, туда... Но как? Речь шла о 700 пациентах. Медперсонал на все связанные с эвакуацией вопросы отвечал сдержанно: ждем распоряжения.

До сих пор молчавшая соседка по палате неожиданно заметила:

– Как странно, но живя в Израиле – стране измученной террором, – многие израильтяне очень мало знают о таком техническом и организационном прорыве, как эвакуация больницы.

Я с удивлением глянула на соседку. Идет вой­на, взрывы гремят по всему Израилю, пациентов куда-то собираются перевозить, о каких эвакуационных прорывах говорит эта женщина?

Вдруг она заметила:

– Между прочим, тут одна медсестра сказала мне, что вы газетный работник. Это так?

Я подтвердила.

– И никогда не интересовались, как в нашей воюющей стране производится эвакуация огромного госпиталя?

Я смутилась... Действительно, в общих чертах я знала о необыкновенном сооружении под госпиталем, но в подробности не вникала. Соседка тем временем язвительно сказала:

– Мы, израильтяне, готовы критиковать власти за любые действия. Как будто у каждого из нас есть своя «дорожная карта» и мы лучше всех знаем, каким должен быть «маршрут» государства. А вот достойно оценивать наши очевидные достижения не всегда склонны, часто о них даже не знаем. Лично у меня это вызывает стойкое неприятие.

Я осторожно спросила:

– Вы считаете, что люди не имеют права на свое мнение и критику властей предержащих?

– Отчего же, – пожала она плечами. – Когда знаешь, за что и почему критикуешь, и критика пойдет на пользу, я только «за». Но многие просто отводят душу, критикуют ради критики, не имея понятия, как реально повлиять на ситуацию. Впрочем, мы сейчас говорим не о политике. Нам предстоит эвакуация, и мне хотелось бы, чтоб вы в меру сил вникли в увиденное и, может быть, описали его.

– Что, собственно, я могу описать, не будучи специалистом по части подобных мероприятий?

– А не нужно быть специалистом, – отрезала соседка. – Поделитесь своим впечатлением от увиденного.

...Через некоторое время больных пересадили в кресла для транспортировки, и солдаты Службы тыла стали перевозить нас на лифтах на 3-й этаж. Эвакуация началась. Всё, что происходило на наших глазах, выглядело как нечто нереальное, фантастическое. Огромное пространство парковочной площадки наполнялось медицинским оборудованием. С потолка, из стен появлялись сложнейшие системы жизнеобеспечения больных. Рядом возникали медицинские устройства для проведения диализа, реанимации, кислородного обеспечения, компьютерных и других форм медицинского обслуживания. Стремительность, с которой происходило обживание только что пустовавшего пространства, напоминала некое мистическое действо.

– Эвакуация – не такой уж хороший повод для радости, – сказала соседка, которая опять оказалась рядом со мной. – Но то, как она проведена, – зрелище незабываемое.

Это правда. Подумайте только, огромная парковка на глазах обрастает всеми структурами госпиталя. Это происходит будто само собой, без усилий людей. В течение нескольких часов все были устроены на новых местах, точно ко времени техперсонал раздал больным лекарства. Ничего нигде не застопорилось, не нарушилось. Спокойно и равномерно, как часы, работал огромный механизм больницы. К девяти вечера все необходимые инфраструктуры были включены, госпиталь работал в полную силу.

Моя соседка по палате продолжала возмущаться тем, как мало мы, жители Хайфы, интересуемся собственным городом и тем, что в нем происходит необычного.

– В свое время мой муж был одним из проектировщиков этого фантастического комплекса, – говорила она. – Я многое знала из его рассказов, пыталась вникнуть в разработку подземного госпиталя, но большими знаниями не обладала. Отрывочные сведения сохранились до сих пор. Хотите, расскажу?

– Конечно!

– Комплекс был спроектирован на подземной парковочной стоянке в 2006 г., после Второй Ливанской вой­ны. Рассчитывался на 2000 коек. Площадь стоянки – 20 тыс. кв. м на каждом уровне. За работами по созданию хайфского подземного госпиталя стоит грандиозный план и грандиозные по масштабам учения, в основе проекта лежит сложнейшая логистика. Медперсонал проходит специальную подготовку для работы в подземных условиях. Систематически им помогают солдаты Службы тыла. Размеренность действий каждого отделения определяется участком, строгой очередью по спуску больных на нижние этажи. Каждый работник четко знает, чем и когда он должен заниматься. Для детей персонала есть детский сад, чтобы родители могли спокойно работать. Это ли не чудо, не важнейший ли прорыв в подготовке и организации больницы в условиях чрезвычайной ситуации? И знаете, что я еще скажу вам? – продолжала моя соседка. – Мы живем в тяжелые, пугающие времена. Непрекращающиеся вой­ны то здесь, то там, мир будто потерял почву под ногами, стал таким ненадежным, хрупким... Мы спрашиваем себя, в чем искать опору, чтобы выстоять, не сломаться, не потерять веру в лучшее будущее. Я отвечаю на этот вопрос так: опору каждому нужно искать в себе. В том позитивном, что сопровождает нас, несмотря на испытания. Например, в волшебном подземном госпитале, с которым мы с вами находимся в нынешние тревожные дни. Можете обвинить меня в чрезмерном пафосе, но такая мощная защита рядового гражданина со стороны государства дает огромную силу в противостоянии злу. Вы не согласны?

– Как с этим можно не согласиться! – ответила я.

 

Инна СТЕССЕЛЬ