Полный провал

Согласно отчету, первые признаки готовящегося вторжения (подготовка к ракетному обстрелу, групповой уход высшего звена ХАМАСа в тоннели, одновременное включение десятков израильских сим-карт в секторе Газа) появились уже в 21.00 6 октября. В расследовании говорится, что «наряду с тревожными признаками были и успокаивающие индикаторы» и что «каждый из этих признаков сам по себе не свидетельствовал о том, что готовится нечто масштабное, но их совокупность представляла собой нештатную ситуацию».

В частности, из ШАБАКа данные о десятках включившихся сим-карт передали в армейскую разведку (АМАН) для дальнейшего анализа и принятия мер. Однако это было сделано текстовым сообщением по WhatsApp, без реального контакта и подчеркивания важности сообщения. Согласно выводам в докладе, оба дежурных штаба, ШАБАК и АМАН, сработали неудовлетворительно.

Установлено, что в ходе ночных совещаний начальник Генштаба Герци Халеви обсуждал ситуацию на юге по телефону с командованием Южного округа и оперативным отделом Генштаба, но не общался с командиром ВВС, начальниками военной разведки и Службы общей безопасности.

Установлено, что командир ВВС генерал-майор Томер Бар лишь в 9.30 дал указание перекрыть зону разделительного забора с воздуха и «стрелять во всё, что движется» по просьбе начальника Южного военного округа генерал-майора Ярона Финкельмана, не заручившись одобрением начальника Генштаба и политического руководства. Финкельман мог запросить авиационную поддержку на полтора часа раньше, но он неверно оценил ситуацию, а также не направил достаточной военной поддержки в южную часть периметра, не обеспечил надежной и быстрой эвакуации гражданского населения.

Установлено, что уже в ту ночь дежурные части военной авиации находились в полной готовности и боеспособности. С 6.30 до 7.15 осуществлялись плановые патрульные вылеты самолетов F-16 по охране израильского воздушного пространства и газовых месторождений – в то время в ВВС еще не знали о происходящем в зоне разделительного забора. Когда стало известно о вторжении боевиков, восемь боевых самолетов немедленно вылетели по тревоге, еще восемь – спустя полчаса. Но пилоты не понимали, что происходит и каковы цели, а поэтому в первый час вторжения 16 самолетов по сути летали просто так, без какого-то ни было влияния на происходящее внизу.

Отмечается, что у ВВС не было четкого плана для вполне очевидного сценария подобного вторжения, и командующий ВВС осознал масштаб происходящего лишь спустя три часа после начала вторжения – он не был осведомлен о ночных совещаниях разведчиков.

В целом летчикам, получающим сообщения с мест, было ясно, что нужно что-то делать, но координации с сухопутными силами практически не было.

В первые часы вторжения летчикам на местах приходилось «импровизировать», самостоятельно решая, куда лететь и чем заниматься, командование ВВС и оперативные части авиабаз не могли составить полной картины и быстро разработать план действий. Неприятным сюрпризом для ВВС стала возможность ХАМАСа по переброске боевиков через забор при помощи парапланов.

Ряд существенных ошибок допустило командование Южного округа. Оно не было готово к вторжению боевиков и не имело плана действий, недооценило совокупность тревожных признаков в ночь перед вторжением и не предприняло мер по сбору дополнительной ситуации о происходящем в Газе. Также в штабе округа не обеспечили достаточного войскового присутствия в южной части периметра забора и не сумели сразу понять масштабы происходящего на фестивале «Супернова».

В главе, посвященной военной разведке, говорится, что никто в этом департаменте не видел признаков организации подобного события. Отмечается, что в два года, предшествующих вторжению, были признаки и возможности заметить приготовления, но АМАН их пропускала. В наблюдениях и выводах исследовательского отдела АМАН «присутствовали существенные расхождения с действительностью». Аналитические методы АМАН перед 7 октября отличались «некритичным подходом» и «непониманием языковых и культурных кодов исламского фанатизма» (см. «ЕП», 2025, № 3).

В соответствии с очетом, АМАН знала о планируемой Яхьей Синуаром операции «Иерихонская стена» еще в 2017 г., однако проигнорировала эти планы как «нереалистичные». Допущенные ЦАХАЛом в целом и АМАН в частности ошибки еще за десятилетие до «черной субботы» привели к провалу разведки, обернувшемуся бойней. Руководители разведструктур продемонстрировали вопиющее непонимание ситуации, и разрыв в их восприятии с реальностью на местах оказался катастрофическим.

В отчете изложен ход событий от антитеррористической операции «Нерушимая скала» в 2014 г. до резни 7 октября 2023 г. В нем указано, что после операции «Нерушимая скала» ХАМАС начал институционализировать свои военные структуры, создав командную вертикаль и, по сути, трансформировавшись в армию. ХАМАС разработал план атаки, который был утвержден руководством группировки в 2019 г., однако до операции «Страж стен», проведенной Израилем в 2021 г., план был еще недостаточно «обкатан», и у боевиков «Нухбы», на которых ХАМАС возлагал основную задачу по нейтрализации позиций дивизии «Газа», не было достаточных кадров.

В соответствии с планом террористов, боевики «Нухбы» должны были атаковать батальонные и ротные позиции дивизии «Газа», уничтожив их, а также атаковать кибуцы, чтобы захватить мирных граждан в заложники, и временно захватить пять военных баз и опорных пунктов ЦАХАЛа.

Переломным моментом для израильских служб безопасности стала антитеррористическая операция «Страж стен», в ходе которой израильские войска нанесли удар по подземной инфраструктуре ХАМАСа в секторе Газа. По итогам операции был сделан ложный вывод о том, что ХАМАС отныне сдерживается израильскими войсками. На деле всё оказалось наоборот: ХАМАС не только не стал сдерживаемым – он понял, что способен противостоять Израилю, что масштабный рейд может нанести Израилю серьезный ущерб, а, сыграв на «проблеме Аль-Аксы» и «захваченного Иерусалима», можно привлечь на свою сторону Иран и его сателлитов.

Операция «Страж стен» спровоцировала руководство ХАМАСа на возобновление работы над планом операции «Иерихонская стена»: боевики прорывают оборону дивизии «Газа», чтобы достичь городов первой линии – Ашкелона, Сдерота и Нетивота.

ХАМАС приступил к активной подготовке к реализации этого плана, при этом уменьшив свою видимую активность и тем самым сумев убедить израильскую армию в том, что он заинтересован в спокойствии и добивается экономического процветания сектора. При этом продолжалась активная вербовка и обучение боевиков, приобретение вооружения и эффективная работа над реализацией плана.

В мае 2022 г. лидер политбюро ХАМАСа Исмаил Ханийя написал лидеру его боевого крыла ХАМАСа Яхье Синуару о том, что провел встречу с лидером «Хезболлы»: «Позиция Насраллы ясная: мы поддерживаем… уничтожение Израиля. Эту позицию Насралла представит высшему руководителю Ирана».

Заручившись поддержкой «Хезболлы» и Ирана, ХАМАС ускорил подготовку своего плана. В конце 2022 г. в Израиле произошли выборы и, наблюдая за происходящим в Израиле, в ХАМАСе решили, что 2023 г. предоставит возможности к действию. В первой половине 2023 г. ХАМАС достиг пика своей готовности.

В отчете указывается: в ходе расследования не было найдено подтверждение версии о том, что протесты против судебной реформы помогли ХАМАСу выбрать дату нападения, однако нельзя исключать, что внутренний кризис в Израиле способствовал пониманию в ХАМАСе удобных стратегических обстоятельств для реализации плана.

При этом ХАМАС решил сдерживать себя в применении силы, снизив террористическую активность и создавая обманчивое восприятие своих намерений в отношении Израиля. Решение о начале операции «Иерихонская стена» было принято очень ограниченным кругом лиц незадолго до 7 октября. ХАМАС активно готовился к нападению на Израиль во время осенних праздников, и Синуар был уверен, что вся иранская ось присоединится к нему. Это произошло в намного меньшей мере, чем ХАМАС рассчитывал.

 

По материалам израильских СМИ

И ШАБАК не лучше…

По сообщению газеты «Едиот Ахронот», Служба общей безопасности Израиля (ШАБАК) вслед за ЦАХАЛом опубликовала свой отчет.

В нем отмечаются недостатки системы предупреждения: несмотря на то, что ШАБАК в ночь на 7 октября получала сигналы о подготовке атаки, это не привело к принятию серьезных мер. Также у ШАБАКа было «неправильное понимание» прочности границы Израиля с сектором Газа и способности израильских военных отреагировать на нападение.

Кроме того, ШАБАК ссылается на нечеткое разделение ответственности между ней и ЦАХАЛом относительно того, кто должен предупреждать о подготовке атак – особенно с учетом того, что ХАМАС в предшествующие годы превратился из небольшой террористической группировки в полноценную военную силу.

ШАБАК признает, что знала о двух планах вторжения ХАМАСа, найденных израильской разведкой несколькими годами ранее, но они «не были обработаны должным образом». Служба безопасности недооценила угрозу, сочтя, что ХАМАС занят в основном терактами на Западном берегу Иордана.

Также в отчете приведены основные причины, позволившие террористам нарастить свои силы и начать наступление. В ШАБАК считают, что к этому привела политика руководства Израиля, опиравшаяся на представление о том, что ХАМАС в секторе Газа находится в стадии «затишья». В это время террористы же, напротив, усиливались – в том числе благодаря притоку денег из Катара, передававшихся военному крылу ХАМАСу. Также ШАБАК упрекает руководство страны в постоянном ослаблении сдерживания террористов и попытке избежать наступательных инициатив.

Многие из выводов отчета ШАБАК остаются засекреченными, поскольку они раскрывают ее инструменты и методы работы Службы безопасности, отмечает The Times of Israel. Кроме того, по словам главы ШАБАК Ронена Бара, для окончательных выводов необходимо провести более широкое расследование на государственном уровне. В октябре 2023 г. Бар взял на себя личную ответственность за то, что нападение ХАМАС не было предотвращено. Ожидается, что он уйдет в отставку после окончания вой­ны.