Секрет криминального Полишинеля

В один из выходных дней в мае ярмарка в Люденшайде (земля Северный Рейн – Вестфалия) была омрачена трагической смертью 40-летнего посетителя, который, согласно текущему состоянию полицейского расследования, стал случайной жертвой, то есть оказался не в том месте и не в то время. По слухам, уроженец Судана получил по меньшей мере одну пулю в селезенку и впоследствии скончался от сильного внутреннего кровотечения. По данным прокуратуры, то, что жертва была застрелена, стало ясно только во время вскрытия. Преступлению, как сообщает газета Bild, предшествовала ссора между 16-летним подростком и группой «молодых южан». Когда в разборку вмешался 52-летний отец молодого человека, группа обратилась в бегство, и два человека из этой группы открыли беспорядочную стрельбу по толпе из холостого и боевого оружия.

Через два дня подозреваемый в совершении убийства был арестован в своей квартире и с тех пор находится под стражей. Полиция вышла на след подозреваемого после анализа видеозаписи, на которой видно, как группа убегает сразу после смертельной перестрелки. Остальных членов группы все еще ищут, но полиция ожидает, что вскоре они сдадутся сами. Тем временем многие СМИ сообщили, что подозреваемый в стрельбе в Люденшайде был 16-летним подростком. Но только Bild упоминает его национальность – речь идет о сирийце.

 

Правила изменились, поведение – нет

В соответствии с руководящими принципами Кодекса прессы, в течение долгого времени было принято упоминать национальность преступников, а также жертв только при наличии «оправданной связи» этой информации с мотивом преступления. Однако после начала волны беженцев в 2015 г. и событий, связанных с новогодней ночью 2015/2016 г. в Кeльне, произошла смена парадигмы. Поэтому в 2017 г. в соответствующий пункт Кодекса прессы были внесены изменения, и теперь он гласит: «Как правило, происхождение не должно упоминаться за исключением случаев, когда для этого есть оправданный общественный интерес».

Эта, безусловно, весьма расплывчатая формулировка оставляет широкий простор для толкования. По этой причине полицейские участки и прокуратуры также действуют совершенно по-разному, когда представители прессы спрашивают их о происхождении подозреваемых в совершении преступлений. Однако, как правило, «обоснованный общественный интерес» может быть подтвержден, по крайней мере если подозреваемый является выходцем из одной из стран, из которых во время волны беженцев в 2015 г. в Европу и в том числе в Германию прибыло особенно большое количество иммигрантов.

 

Не может быть, потому что не может быть никогда

Что особенно поражает в медиальном освещении инцидента на ярмарке в Люденшайде, так это то, что СМИ приводят подробную информацию о ходе событий и личности предполагаемого стрелка. Среди прочего в них упоминается улица, на которой проходил обыск его квартиры и последующий арест, а также то, что школьник ранее уже был известен полиции, но не имел судимости. И, самое позднее, после публикаций в Bild каждый журналист, пишущий об этом, также знает о происхождении молодого человека. Однако вместо того, чтобы назвать это происхождение прямым текстом, его не только скрывают, но в некоторых случаях излагают информацию так, что можно предположить, что речь идет о немце.

Чтобы не говорить неудобную правду, большинство СМИ – от Stern до Spiegel и от t-online до dpa – используют альтернативные формулировки. Говорят о «непреодолимом бремени доказательств против жителя Люденшайда» или о «членах группы в возрасте от 16 до 20 лет». Прокуратура заявила, что «подозреваемый проживает в Люденшайде». Конечно, вся эта информация не является ошибочной, но она не говорит всей правды или даже частично превращает ее в противоположность.

Насколько шатко это почти догматическое отрицание роста преступлений (особенно насильственных), совершаемых иммигрантами, можно было недавно увидеть на примере берлинской полиции. В столице теперь полиция больше не имеет права сообщать, например, о нападениях на евреев и гомосексуалистов – якобы по соображениям защиты персональных данных (см. выше). Однако стоящая за этим правда, вероятно, заключается в том, что нередко именно иммигранты с Ближнего и Среднего Востока несут ответственность за преступления, направленные против представителей этих двух групп (хотя правительство и многие политики не перестают твердить о том, что основная опасность для них исходит от «правых», и даже не стесняются соответствующим образом препарировать статистику правонарушений. – Ред.). А гомофобные или антисемитски настроенные иммигранты определенно не должны существовать в «лучшей Германии всех времен».

 

Кай РЕБМАН