Без понятия в истории, в том числе новейшей

Йозеф Шустер, президент Центрального совета евреев в Германии (ЦСЕГ), дал интервью Deutschlandfunk, которое радиостанция в анонсе резюмировала следующим образом: «Шустер выразил „озабоченность по поводу радикализации и исторической забывчивости участников протестов“ против мер по защите от коронавируса. „Тот, кто сравнивает сегодняшнюю ситуацию с событиями в Третьем рейхе, кто чувствует себя как Софи Шолль, которой пришлось заплатить за свои действия жизнью, просто не имеет ни малейшего представления об истории, даже о недавней немецкой истории“. Мы имеем дело с „громким, отчасти также радикальным меньшинством“, о котором, однако, „нельзя сказать, что оно стало лидером мнений“.

Конечно, „не всех, кто протестует против защитных мер в отношении коронавируса, следует ставить под общее подозрение“. Он мог бы понять, пусть даже теоретически, „что есть люди, которые чувствуют себя ограниченными в своих основных правах в результате ограничения личной свободы“. Однако, „если... те, кто демонстрирует благонамеренно, оказываются инфильтрированы, прежде всего, правыми экстремистами, а затем звучат антиеврейские мифы о заговоре“, то для него это означает выход за пределы „все еще понятной или, возможно, постижимой области“.

Сам он считает, что правительственные меры по защите от коронавируса в принципе верны. Однако более ранняя блокировка имела бы смысл. „Но задним умом все мы сильны“.

Кроме того, Шустер предупреждает об опасности „всё более разнузданного вербального антисемитизма“ в масштабе, какого он не мог себе представить несколько лет назад. По его словам, в этом частично виноваты „функционеры AfD“, часть из которых призывала к „повороту на 180° в плане культуры памяти“. Это приводит к тому, что то, что в течение длительного времени люди не осмеливались говорить, „становится возможным и приемлемым сказать“. На следующем этапе за словами последуют дела, как это было в случае с нападением на синагогу в Галле в октябре 2019 г.».

Таково резюме интервью с президентом ЦСЕГ Йозефом Шустером.

Шустер имеет право и обязан привлекать внимание к антисемитским тенденциям в ФРГ и, при необходимости, бить в тревожные колокола. Но это именно то, чего он не делает. Он дрейфует между «озабоченностью» и «банализацией». С одной стороны, на улицы выходит громкое и порой радикальное меньшинство, но, с другой стороны, нельзя сказать, что они подчинили себе дискурс. Нельзя ставить под общее подозрение всех тех, кто протестует против правил защиты от коронавируса, есть также люди, которые чувствуют себя ущемленными в своих основных правах в результате ограничения личной свободы. Но и они должны быть осторожными, чтобы не попасть под влияние правых радикалов.

Непоследовательность – это самая мягкая из возможных оценок подобной аргументации. Дело не только в том, что говорят, но и в том, кто это говорит. Фраза: «Кстати, „антисемитизм, связанный с Израилем“ (как якобы самая распространенная форма антисемитизма) был придуман для скандализации критики сионизма», был бы антисемитизмом чистой воды, если бы об этом сказал какой-нибудь кретин из числа «вечно вчерашних». И тогда Шустер прервал бы свою гастроэнтерологическую деятельность, чтобы должным образом ему ответить. Но это был переведенный в Кёльн в качестве наказания «корреспондент по культуре» уважаемой ежедневной газеты, который постоянно жалуется, что его критика сионизма не слышна так, как хотелось бы диссиденту с докторской степенью.

Если Шустер предупреждает об опасности «всё более разнузданного вербального антисемитизма» в масштабе, какого он не мог себе представить несколько лет назад, то это должно быть связано либо с его юным возрастом, либо со слабой памятью. Он забыл или не заметил антисемитские скандалы, которые неоднократно происходили в Германии независимо от того, кто в то время был у власти в Бонне или Берлине. Антисемитизм является частью Германии, такой же частью немецкой ДНК, как и любовь к лесу и страх перед концом света. Поскольку уровень антисемитизма изменяется по синусоиде, иногда создается впечатление, что он исчез. Но при следующей возможности он снова возвращается полный сил и готовый к любым гадостям.

Когда-то был режиссер театра во Франкфурте, который объявил «конец щадящего режима для евреев»; лидер Партии «зеленых», который оправдывал ракетные удары Ирака по Израилю как «логичное, почти неизбежное следствие израильской политики по отношению к палестинцам и арабским государствам»; национальный литератор, который яростно возражал против использования «моральной дубины Аушвица»; лауреат Нобелевской премии по литературе, который, используя «последние чернила», сказал то, что должен был сказать, а именно: что «ядерная держава Израиль ставит под угрозу мир во всем мире».

Был скандал с Мёллеманом и неудачная попытка четырех депутатов Бундес­тага освободить Газу от израильской оккупации. Но все это произошло до того, как на политическую сцену вышли AfD и сторонники теорий заговора, и поэтому сегодня мы имеем дело сo «всё более разнузданным вербальным антисемитизмом» в масштабе, которого доктор Шустер не мог себе представить несколько лет назад. Замените в этом утверждении «представить» на «вспомнить», и вы получите совсем иной смысл, потому что мы знаем: память – это секрет искупления.

Каждый, кто слышал интервью с президентом ЦСЕГ или читал его резюме, должен спросить себя: кто здесь «не имеет ни малейшего представления об истории, даже о недавней немецкой истории» – президент ЦСЕГ или молодая тупица, которая «чувствует себя, как Софи Шолль»?

Нет необходимости углубляться в далекую и даже в новейшую историю Германии, чтобы найти повод удивляться тому, когда ЦСЕГ вмешивается в происходящее, а когда – нет. Официальной реакции на антисемитские эскапады журналиста Якоба Аугштайна не последовало, даже когда Центр Симона Визенталя включил его в десятку главных антисемитов клеветников на Израиль. Напротив, тогдашний президент ЦСЕГ выступил в журнале Focus с декларацией достоинства Аугштайна. Хотя Аугштайн и пишет об Израиле «с тактичностью бульдозера», издатель не заслуживает включения в список десяти худших антисемитов мира, публикуемый Центром Симона Визенталя; Аугштейн «нагнетает настроения против Израиля и оседлал волну популизма». Однако он не хочет обвинять Аугштайна в «камуфлированном антисемитизме, использующем антиизраильскую риторику», подчеркнул Дитер Грауман.

Да, именно так Центральный совет дифференцировал восемь лет назад. Точно так он ведет себя и сегодня. Он не проронил ни звука, когда президент ФРГ поклонился могиле убийцы евреев Арафата или послал поздравление режиму в Тегеране в годовщину иранской революции. В данном случае не имело значения, что аятоллы отрицают последний Холокост и готовят следующий. Это мелочи по сравнению с деятельностью функционеров AfD, которые призывают к «повороту на 180° в плане культуры памяти». И только в этом случае действует лозунг: «Wehret den Anfängen!» («Подавляйте в зародыше!»). Когда в игру вступают внешняя политика или экономические интересы, придворный шут вежливо молчит.

 

Хенрик М. БРОДЕР