Пригласить, отказать, снова пригласить

Скандал вокруг отмены и повторного приглашения публициста и бывшего вице-президента Центрального совета евреев в Германии Мишеля Фридмана на Байройтский фестиваль завершился успешным проведением запланированного мемориального мероприятия. Это произошло после резкой критики со стороны общественности, извинений со стороны руководства фестиваля.

Хронология событий следующая. В начале июня Фридмана официально пригласили выступить с программной речью на торжествах по случаю 150-летия Байройтского фестиваля. Планировалось, что выступление публициста откроет мемориальный концерт «Заглушенные голоса», посвященный памяти преследуемых и убитых еврейских музыкантов. Но вдруг 16 июня руководство фестиваля неожиданно отменяет мемориальное мероприятие. Официальными причинами названы «соображения безопасности» и несовместимость организационных планов. При этом полицейские управления Верхней Франконии и города Байройта сообщили, что не участвовали в планировании этого мероприятия в преддверии его проведения.

В последующие два дня Фридман предал дело огласке. В газете Süddeutsche Zeitung он резко критиковал отмену акции, называя это «самоубийственной смертью» для демократии. Он требует, чтобы мероприятия защищались от угроз, а не отменялись. По Германии прокатилась волна возмущения. Шарлотте Кноблох (президент Еврейской общины Мюнхена и Верхней Баварии) назвала отмену «декларацией о банкротстве на всех уровнях». Людвиг Шпенле, баварский уполномоченный по вопросам еврейской жизни и борьбы с антисемитизмом, говорил о колоссальном ущербе. Критики обвинили руководство фестиваля в том, что оно действовало в духе его антисемитского прошлого.

На протяжении 18 и 19 июня фес­тивальная дирекция резко меняет свою позицию. Директор фестиваля Катарина Вагнер говорит о «цепочке организационных и связанных с безопасностью просчетов», официально приносит извинения Мишелю Фридману и снова приглашает его выступить с речью, как и планировалось изначально. Фридман принимает извинения.

26 июля он произносит свою речь «О Байройте, о Германии. Попытка социального анализа», ставшую широко известной. Фридман осудил многолетнее замалчивание связей Рихарда Вагнера с нацистами и его антисемитизма. Оратор критиковал то, что в послевоенные десятилетия публика, дефилирующая по красной дорожке, полностью игнорировала нацистское прошлое организации фес­тиваля. Он потребовал, чтобы историческая «культура репрессий» была окончательно заменена «культурой памяти». Фридман отметил: «Вольфганг и Виланд Вагнеры писали гостям, приезжавшим сюда слушать музыку. Цитирую: „Ради успешного проведения фестиваля мы просим вас воздержаться от политических разговоров и дискуссий на Фестивальном холме. Здесь безраздельно царит искусство“. И это было пожеланием не только самих Вагнеров».

На протяжении десятилетий ФРГ не ставила с должной остротой важнейшие вопросы о соучастии в преступ­лениях прошлого. Фридман критиковал за это упущение прежде всего свое собственное поколение. Впрочем, и поколение внуков тоже научилось хранить молчание по политическим вопросам: «Может быть, мы, демократы, устали за последние десятилетия? Может быть, мы – скучающие демократы, демократы эпохи упадка, которые с радостью брали, но так мало отдавали взамен?»

Фридман призывал к верности демократическим идеалам: «Каждый человек может встать на защиту прав человека и принципов многообразия, выступить против „Альтернативы для Германии“ – партии, разрушающей демократию». Фридман прямо говорил о возможности победы этой партии на выборах в земельный парламент Саксонии-Анхальт. Спокойствие, с которым миллионы немцев отреагировали на угрозу отмены демократических принципов в этой федеральной земле, внушает ему страх и тревогу: «Саксония-Анхальт – это не какая-то „ничейная земля“. Саксония-Анхальт – это Германия. И то, что происходит там, касается всех нас».

Речь завершилась настоятельным призывом к гражданской смелости и защите устойчивости демократии, что вызвало бурные овации в Фестшпильхаусе.

 

Сергей ГАВРИЛОВ