«Главное – переломить стереотип»

Новая военная база бригады «Хашмонаим» еще не начала действовать в полную мощь, а туда уже водят экскурсии, чтобы показать, как ЦАХАЛ готовится к массовому призыву харедим. Ведет эти экскурсии, как правило, будущий командир будущей бригады полковник Авиноам Эмуна.

Бригада «Хашмонаим» создается на основе решений комиссии во главе с бывшим командиром ВВС Элиэзером Шкеди, которая должна была выработать наиболее дружественную по отношению к харедим систему призыва в ряды ЦАХАЛа. Одна из главных рекомендаций комиссии состоит в том, что харедим не следует вливать в обычные боевые подразделения, которым предстоит подлаживаться под их нужды, а ультраортодоксальной молодежи, соответственно, приспосабливаться к армейским порядкам. Их следует направлять в боевые части, изначально созданные под и для харедим, чтобы те с первого дня службы находились в привычной им среде.

Одно из главных правил, действующих на базе бригады «Хашмонаим»: «Женщинам вход воспрещен!». Абсолютно все служащие на базе – мужчины, включая сотрудников канцелярии, продавцов в магазинчике и т. д., обязанности которых обычно выполняют девушки. Разумеется, курс молодого бойца и дальнейшие учения тоже проводят только мужчины.

Первоначально задумывалось, что все служащие на базе будут исключительно ультраортодоксами. Но поскольку достаточного количества офицеров-харедим пока нет, приходится набирать командный состав из числа «вязаных кип». Форма одежды служащих на базе соответствующая: ношение малого талита с кистями цицит обязательно, как и пейсы, а вот борода – по желанию.

Режим дня на базе тоже соответствующий: утреннее построение, молитва, тренировки и учения, послеполуденная молитва, двухчасовой урок с напарником или с раввином в бейт-мидраше, снова учения. Разумеется, всё это перемежается с кошерными завтраком, обедом и ужином. В свободное от службы время бойцы бригады должны ходить в одежде, однозначно свидетельствующей об их принадлежности к ультраортодоксальной общине.

Система отбора для службы в бригаде «Хашмонаим» отличается от общепринятой в ЦАХАЛе: понятно, что иешиботники вряд ли могут сравниться со светскими сверстниками по знанию математики или общей эрудиции, и их когнитивные способности надо оценивать по другим тестам.

– Никто не рассчитывает, что после сформирования бригады «Хашмонаим» и широкой рекламы созданных здесь условий для службы ультраортодоксы толпами направятся в ЦАХАЛ, – заявил ответственный за призыв харедим в армию генерал Давид Зини. – Но мы уверены, что постепенно этот процесс пойдет, важно не слишком его подгонять. Мы сейчас ведем беседы с лидерами ультраортодоксальных общин, убеждая их изменить позицию по отношению к призыву, и у нас уже есть определенные успехи. Главное сейчас – это переломить в сообществе харедим стереотип, что в армии служат только «порченные», а те, кто отслужил, портятся еще больше. Именно это отношение, а не столько сопротивление раввинов, мешает нам больше всего.

Давид Зини признает, что в обозримом будущем ученики таких иешив, как «Паневежис» или «Хеврон», вряд ли явятся на призывные пункты. Но учащимся менее престижных религиозных заведений новые условия службы могут показаться вполне привлекательными.

Как известно, в начале февраля армия с гордостью сообщила, что на базе «Хашмонаим» появились первые 57 призывников, относящихся к разным течениям внутри ультраортодоксального сообщества: по 12 человек из литовских и сефардских иешив, десять хабадников, шесть новых религиозных репатриантов из США, пять относятся к различным направлениям хасидизма, о 13 остальных ничего не известно. Но когда автор стал выяснять подробности, оказалось, что на самом деле ЦАХАЛ не говорит всей правды. Большинство этих ребят уже служили в тыловых частях, а теперь решили пройти службу в боевых, у многих из них есть семьи. Часть призывников попросту обманули – обещали зачислить в ультраортодоксальную роту МАГАВа с последующим трудоустройством в полиции, и направление в «Хашмонаим» стало для них полной неожиданностью. И слухи о том, что армия обманывает харедим, мгновенно распространились по общине.

Но Давид Зини, безусловно, прав, когда говорит, что главное – изменить взгляд харедим на призываемых в армию молодых людей как «порченных». Один из служащих на базе «Хашмонаим» в беседе с автором признался, что скрывает сей факт от друзей и соседей: если об этом станет известно, он не сможет определить детей в хедер, который наметил, на него и всю его семью станут косо смотреть в районе и городе.

Пока трудно предугадать, как оно сложится с призывом харедим. Но, как сказал автору майор ЦАХАЛа в вязаной кипе, представитель армии солгал судьям БАГАЦа, когда заявил, что армия способна уже в следующем году с легкостью принять 12 тыс. призывников-харедим. «Подумай сам, – сказал майор, – 12 тыс. новых призывников – это 12 тыс. коек, которые надо установить, это оружие, амуниция и всё прочее, чего нам катастрофически не хватало в начале войны. Допустим, что оружие, бронежилеты, боеприпасы за год можно закупить. Но создать в такой короткий срок столько дополнительных мест на базах, чтобы они отвечали всем стандартам, – невероятно сложная логистическая задача. А уж создать с нуля нужное число баз только для ультраортодоксов вообще невозможно. Словом, не знаю, зачем, но народ снова водят за нос».

Мой собеседник считает, что те, кто требует, чтобы всех харедим призывали сразу в боевые или вспомогательные части, только наносят вред. По его мнению, не будет ничего страшного, если поначалу этих ребят будут направлять в Службу тыла или в Штаб логистики. «Кто слишком быстро шагает, штаны порвет», – напомнил он известную израильскую поговорку. В то же время вряд ли стоит отрицать, что армия предпринимает усилия для успешной интеграции харедим. И желательно, чтобы этот процесс стал встречным.

Пока материал готовился к печати, стало известно, что на базе «Хашмонаим» возник первый конфликт, и армия сейчас делает всё для того, чтобы предотвратить его огласку, дабы не испортить имидж проекта. Причиной конфликта стало то, что в некоторых хасидских общинах, прежде всего у хасидов «Хабада», принято перед утренней молитвой окунаться в микву. Обычай этот в упомянутых общинах настолько распространен и важен, что в России их адепты зимой использовали в качестве миквы проруби. И вряд ли стоит удивляться тому, что военнослужащие базы уже в первые дни поинтересовались, где расположена миква и предусмотрено ли ее посещение утренним распорядком дня.

Вопрос явно застал командование базы врасплох: наличие миквы проектом предусмотрено не было. Призывники потребовали встречи с командиром базы, обвинили его в нарушении обещания сохранить привычный образ жизни, а хасид без миквы, по их словам, это как самолет без крыльев.

Полковник Эмуна был явно не готов к такому повороту дела и ответил, что служащим базы гарантировали возможность строгого соблюдения заповедей, но не обещали, что они смогут соблюдать всё множество принятых в каждой общине обычаев, а посещение миквы, это, дескать, именно обычай, а не заповедь. В то же время полковник обещал передать компетентным лицам их просьбу.

Однако генерал Зини заявил, что раз миква изначально не предусмотрена, то ее и не будет, поскольку она, мол, отсутствует на базе по неким оперативным соображениям и соображениям безопасности. Тогда призывники-хабадники заявили о нежелании служить на базе «Хашмонаим». В армии, правда, утверждают, что их отчислили после того, как выяснилось, что они не соответствуют требованиям, предъявляемым к физической подготовке военнослужащих нового подразделения. Однако слухи об истинной причине конфликта уже широко разошлись среди молодежи «Хабада». Внутри течения выражают недоумение по поводу случившегося: по словам его руководителей, на строительство базы ушло немало миллионов, так не было бы разумнее изыскать еще немного денег, чтобы построить микву, чем отталкивать потенциальных призывников (согласно плану, юноши-хабадники в будущем должны составлять порядка 25% военнослужащих базы, а ведь миква нужна не только им).

Позже, по слухам, в распорядок дня военнослужащих базы были внесены изменения, предусматривающие время на прием душа перед молитвой. Не исключено, что этот пункт на самом деле означает омовение в микве, которую предстоит построить. А в ультрарелигиозных кругах говорят, что история с миквой еще раз показала: когда в отделе кадров ЦАХАЛа говорят, что могут удовлетворить все требования религиозных призывников, лишь бы те начали служить, то на самом деле туманно представляют себе, в чем эти требования могут заключаться, так как попросту не знакомы с особенностями жизни ультраортодоксальной общины. Что ж, может, и так. Но не пришло ли время армии и харедим сделать шаг навстречу друг другу?

 

Лев ПИНСКЕР

 

 

И девушки не отстают

По данным организации Ohr Torah Stone Institutions, во время войны значительно возросло число религиозных девушек, изъявивших желание служить в боевых частях. Так, в 2024 г. в ЦАХАЛе начали службу 3500 религиозных призывниц, из которых 12% – в боевых частях.

Чтобы удовлетворить спрос на боевые специальности для религиозных военнослужащих, в ЦАХАЛе создали отдельный женский взвод. Набор в подразделение производился на добровольных началах. Сейчас девушки заканчивают трехмесячный курс общевой­сковой подготовки, после чего им предстоит еще пять месяцев учебы по специальности и месяц боевого слаживания.

Что касается веры, то ею наполнены все дни будущих разведчиц. Им отводится время на то, чтобы трижды в день обратить молитвы к Всевышнему. И рабанит у них есть. И всё необходимое для привычного образа жизни.

Как реагировали родители? Большинство – со страхом. Некоторые – со скандалом. Кому-то говорили, мол, кто тебя после этого замуж возьмет. Кого-то предупреждали, что от веры отступятся. Но теперь гордятся своими девочками.