Дело за делом

2 декабря 2024 г. по дороге на работу сотрудниками отдела по расследованию полицейских преступлений при Министерстве юстиции (МАХАШ) был задержан глава Управления тюрем (ШАБАС) генерал Коби Яакоби. Поскольку ввиду занимаемой должности генерала сопровождает личная охрана, в ответ на требование остановиться телохранители достали оружие. Перестрелка не возникла исключительно потому, что генерал приказал охране остановиться, попросил незнакомцев предъявить документы и, убедившись, что это сотрудники правоохранительных органов, поинтересовался, что происходит. Узнав, что они получили предписание доставить его на допрос, Яакоби заявил, что готов сам отправиться в МАХАШ и ответить на все вопросы. Однако ему объяснили, что это невозможно: согласно приказу, его должны привезти под конвоем и в наручниках.

Допрос Яакоби продолжался около 12 часов, после чего глава ШАБАСа был отпущен под запрет контактировать с другими фигурантами дела. Но уже на следующий день генерал выступил на собрании офицеров ШАБАСа, отметив в том числе, что все подозрения и претензии в его адрес не имеют под собой никаких оснований.

Вскоре после ареста Яакоби сходным методом был арестован начальник центрального подразделения полиции (ЯМАР) округа Самарии и Иудеи полковник Авишай Муалем и его подчиненный в чине майора. Все материалы дела засекречены, причина ареста не оглашается, так что любые публикации по данному поводу – не более чем домыслы. Тем не менее, согласно просочившейся в СМИ информации, Яакоби среди прочего подозревается в использовании своей подчиненной в целях оказания давления на блогера Telegram-канала, публиковавшего материалы, направленные против Итамара Бен-Гвира. Подчиненная выполнила задание, сказав администратору, что ее продвижение по службе зависит от удаления материалов с канала.

Муалему инкриминируется дача взятки министру национальной безопасности в обмен на продвижение по службе, а также обман доверия и злоупотребление служебным положением. Адвокат Моше Димри, представляющий интересы Муалема, сказал: «Мы докажем, что это – политическое дело. Трое арестованных известны теплыми отношениями с Бен-Гвиром, и таким образом юридический советник и МАХАШ подают сигнал всем офицерам полиции, чтобы они держались подальше от министра национальной безопасности и не слишком ревностно выполняли его указания. Но правда вылезет на свет, и моему подопечному еще принесут извинения и пошлют букет цветов».

Тем не менее суд на несколько дней продлил арест одного из офицеров, а второго освободил под домашний арест. В тот же день Бен-Гвир созвал пресс-конференцию, на которой заявил: «Частная полиция Гали Бахарав-Миара пересекла еще одну „красную черту“, когда приказала задержать для расследования двух высокопоставленных лиц правоохранительной системы, которые выполняют мои указания и реализуют политику правого правительства. Две недели назад я обнародовал скандальные данные о том, как юридический советник правительства требовала от следователей „ЛАХАВ-433“ (спецподразделение в рамках израильской полиции, известное как „израильское ФБР“, задачами которого являются расследование преступлений национального масштаба, коррупции и особо тяжких преступлений. – Ред.) начать против меня расследование. А сегодня утром мы обнаружили: когда ей не удалось сфабриковать против меня дело через полицию, она решила действовать через свой личный отдел прокуратуры, название которому МАХАШ».

Назвав действия юридического советника незаконными и антидемократическими, Бен-Гвир обратился к Биньямину Нетаньяху и министру юстиции Яриву Левину с требованием остановить Бахарав-Миару и инициированный ею «полицейский переворот». Бен-Гвир предложил на ближайшем заседании правительства рассмотреть возможность созыва общественной комиссии под председательством судьи Ашера Груниса, которая решит, может ли Бахарав-Миара оставаться на своем посту при отсутствии доверия со стороны членов правительства.

Подробности следствия, повторим, остаются строго засекреченными. Однако депутат Моше Саада («Ликуд»), в прошлом заместитель главы МАХАШа, в эфире радиостанции «Галей-Исраэль» заявил, что пользуется парламентским иммунитетом для того, чтобы раскрыть некоторые детали дела. По словам депутата, Яакоби, Муалем и еще один офицер полиции подозреваются среди прочего в передаче Бен-Гвиру, полиции и ШАБАКу информации о реальном уровне преступности среди жителей поселений Иудеи и Самарии, которая якобы не совпадала с данными, озвучиваемыми главой Общей службы безопасности Роненом Баром. По непонятным причинам эти данные скрывались от Бен-Гвира, и, по версии следователей, Муалем передал их министру в обмен на назначение начальником ЯМАРа Иудеи и Самарии. Вскоре после вступления в должность Муалем заявил, что полиция Иудеи и Самарии больше не будет обслуживать интересы ШАБАКа и займется тем, чем, собственно, и должна заниматься: борьбой с преступностью, как еврейской, так и арабской. По версии Саады, именно конфликт Муалема с руководством ШАБАКа, а также его близость к Бен-Гвиру и являются подлинной причиной возбужденного против него расследования. «Сама ситуация, при которой какая-либо информация скрывается от министра национальной безопасности, ненормальна. И называть „опасной утечкой“ тот факт, что подчиненные докладывают министру об этом, просто абсурдно, – заявил Саада. – Эти офицеры выполняли свой служебный долг. А процедура ареста была вопиющей».

В сходном ключе отреагировал на случившееся министр по делам диаспоры Амихай Шикли («Ликуд»): «Это очень тревожный инцидент. Насильственное задержание главы ШАБАСа, как и ночной арест сверхсрочника А. (резервист, обвиняемый в передаче секретной информации), мог привести к перестрелке и кровопролитию. В обоих случаях было достаточно телефонного звонка, чтобы подозреваемый явился на допрос».

Газета «Маарив», настаивает, что из-за отсутствия достоверной информации произошла большая путаница. Муалем и его подчиненный, по версии журналистов, проходят по другому делу, никак не связанному с делом генерала Яакоби. Разница между этими делами, подчеркивают журналисты издания, существенная: если полицейским инкриминируются некие уголовные преступления, то Яакоби – чисто дисциплинарные, связанные с нарушениями, касающимися чести мундира. Таким образом, максимум, что ему грозит, – это досрочная отставка.

Но именно этого, судя по всему, и опасается Бен-Гвир. И уж в любом случае из-за дисциплинарных нарушений не перекрывают дорогу, не присылают для ареста генерала вооруженных сотрудников в масках и бронежилетах и не заковывают его в наручники. Те, кто отдал подобное указание, явно перестарались.

Подозрения же в адрес подчиненной генерала Яакоби, по мнению издания, звучат и вовсе смехотворно. Она действительно состояла с блогером в переписке, в ходе которой пыталась убедить того поменять взгляды, но такая переписка – обычное дело в социальных сетях и никак не может считаться преступлением. Ну а то, что она вела переписку по прямому указанию генерала Яакоби, никак не доказано. В конце концов, сама мысль о том, что глава ШАБАСа отслеживает публикации какого-то блогера, пусть и популярного, и решает оказать на него воздействие, звучит не очень убедительно: у Яакоби хватает забот и без этого. А женщина утверждает, что писала по наивности, не подозревая, что кто-либо попытается связать переписку с занимаемой ею должностью.

Что касается расследования против Муалема и его подчиненного, то в МАХАШе настаивают, что дело это очень серьезное и находится под личным контролем Бахарав-Миары. В отделе не исключают, что в ближайшее время будут произведены дополнительные аресты. Руководство МАХАШа также подвергло острой критике Бен-Гвира, который своими скандальными политическими заявлениями вводит общественность в заблуждение и мешает ходу расследования.

В юридических же кругах отмечают, что сама формулировка подозрений в адрес полковника Муалема деформирует начавшееся еще при открытии «дела 4000» в отношении Нетаньяху и содержащееся в законодательстве определение взятки и представляет собой акт судебного активизма.

 

Лев ПИНСКЕР