Путин без тормозов

Владимир Путин втянул свою страну в вой­ну в Украине, перейдя при этом все «красные линии». Или у мира было недостаточно этих «красных линий», а также решимости или возможностей для их защиты?

Утром 24 февраля большинство германских критиков Путина имели нечто общее с большинством германских путинистов: они были удивлены «реальным» вторжением России в Украину и, таким образом, вступлением в вой­ну, которую уже нельзя интерпретировать иначе. Даже многие из тех, кто действительно верил, что Путин способен на всё, и долгое время предупреждали об угрозе вой­ны, всё же надеялись, что правитель в Кремле сначала «всего лишь» оккупирует «народные республики» Донецка и Луганска, которые и так больше не находятся под властью украинского правительства, а затем немного подождет. Мой прогноз также был именно в этом направлении.

Я не ожидал, что Путин начнет атаки в различных частях Украины и будет вести настоящую вой­ну без ее объявления, хотя это и не особенно удивительно. На момент написания этих строк его армия, похоже, по внутриполитическим причинам избегает операций, способных привести к большому числу собственных жертв. Европейские правительства, прежде всего французское и германское, хотели предотвратить настоящую вой­ну, в полной мере используя свои дипломатические инструменты. Почему они не смогли добиться успеха? Возможно, потому, что за минувшие десятилетия они забыли, как работает система сдерживания, которая долгое время не позволяла холодной вой­не между Востоком и Западом перерасти в горячую.

Для того чтобы удержать потенциального агрессора от реализации своих планов, нужно дать ему понять, что риск понести в связи с этим экзистенциальный ущерб для него слишком велик. Необходимо четко и однозначно обозначить «красные линии», т. е. порог, за которым следует ожидать последствий такого масштаба, что их уже невозможно просчитать. Конечно, «красные линии» должны быть разумно пропорциональны потенциальным угрозам. В конце концов, они должны быть достаточно сдерживающими, а они являются таковыми только в том случае, если у другой стороны есть уверенность в том, что в чрезвычайной ситуации угрозы смогут быть приведены в исполнение. Имея на руках эти козыри, хорошие дипломаты и политики, обладающие дипломатическими навыками, в идеале должны сделать так, чтобы ни один выстрел не прозвучал. Конечно, они должны при этом понимать, как не перейти грань между компромиссом и попыткой умиротворения.

Но в преддверии нынешнего нападения России на Украину авторитетные политики Запада позволили своим переговорщикам вступить в дипломатическую игру без козырей. Им трудно было четко провести «красные линии». Было ли это вторжение России через официальную государственную границу? Или пересечение линии прекращения огня? Понятно, что это не могло быть сказано так четко, потому что Запад, очевидно, давно смирился с присутствием России в Донецке и Луганске.

Каковы бы ни были мыслимые «красные линии», теперь Путин перешел их все. Но чем можно было угрожать ему, чтобы предотвратить это? Или, говоря иначе: что можно было использовать в качестве угрозы Путину, с тем чтобы произвести на него впечатление? Собственное военное развертывание, единственной декларированной целью которого является защита соседних с Украиной партнеров по НАТО? Чтобы избежать недоразумений, президент США Джо Байден даже четко заявил, что он не хочет отправлять американских солдат в Украину, поскольку это грозит прямой военной конфронтацией с Россией и может привести к мировой вой­не. Это, безусловно, успокоило американских солдат и их семьи, а также Владимира Путина в Кремле. Возможно, он тoже опасался мировой вой­ны. Но было ли это достаточным основанием для того, чтобы посылать американских солдат в Украину? Кто может привести аргументы в пользу этого?

Вместо этого Путину пригрозили пестрым набором санкций. Москве рассказали о том, что ee может ожидать, и она внимательно приняла это к сведению. Обещание того, что санкции будут самыми худшими из всех мыслимых, это во многом фигура речи, которая вряд ли способна произвести впечатление на автократа.

«Агрессия должна иметь свою цену», – заявила в декабре председатель Еврокомиссии Урсула фон дер Ляйен, склоняя страны – члены ЕС к будущим санкциям против России. Эту фразу охотно повторили в Германии. Политики, которые любят решать или отодвигать проблемы посредством перечислeния большего количества денег, естественно, находят образ ценника убедительным. Для потенциального агрессора, однако, это приглашение просчитать, может ли он позволить себе запланированное нападение. Это не является сдерживающим фактором, если есть вероятность того, что он сочтет, что может себе это позволить.

Кстати, тем, кто должен оплачивать счета с нашей стороны, ценник не показывают. Федеральный министр иностранных дел Анналена Бэрбок заявила: «Для демократической, суверенной и свободной Украины мы готовы принять на себя экономические последствия». Но в то же время она подчеркнула: «Мир и свобода в Европе не имеют цены». Возможно, подозревают теперь налогоплательщики, в санкционную дань будут включены и некоторые другие расходы.

Но вернемся к вой­не в Украине. Усилия западных переговорщиков в Москве не увенчались успехом. Когда «Северный поток – 2», возможно, еще был козырной картой в дипломатической игре, правительство Германии не захотело ее разыгрывать. Какое развитие примет эта вой­на, насколько кровопролитной она станет, к сожалению, зависит в настоящее время, прежде всего, от правителя в Москве. Запад поначалу фактически стоял в стороне с призывами и сильными лозунгами и должен сначала вновь обрести ясность относительно реалистичных политических целей в этом конфликте и средств, которые могут быть использованы для их достижения. Путин четко распознал все слабые места сегодняшней германской и европейской внешней политики и безжалостно использует их. Сейчас уже бесполезно сетовать на это. К сожалению, это не та игра, в которой можно уповать на то, что беспристрастный судья проследит за соблюдением справедливости. Но даже если эта вой­на бушует на расстоянии, она уже напомнила немцам о том, что им необходимо сделать собственную армию функциональной в целяx национальной обороны.

Нынче западные политические лидеры соревнуются между собой в силе выражений с осуждением Путина. Конечно, все это должно быть сказано. Но что действительно было бы полезно сейчас – это наконец-то признать собственные ошибки и расстаться с удобными иллюзиями.

 

Петер ГРИММ