«22 июня, ровно в четыре часа…»

Эта песня, слова которой написаны поэтом Борисом Ковыневым на музыку популярного вальса Ежи Петерсбургского «Синий платочек», для советских людей неразрывно связана с началом Великой Отечественной войны, 80-летие которого нам скоро предстоит отметить. В то же время ее можно считать символом не только самогó этого трагического исторического события, но и тех белых пятен, неточностей, недоговоренностей и даже сознательных искажений, которые даже через 80 лет существуют вокруг этого важнейшего этапа Второй мировой.

Ведь на самом деле, как еще в 1970 г. рассказал в газете «Латвийский моряк» проживающий ныне в Иерусалиме журналист Ефим Гаммер, для исторически достоверного отсчета истинного начала войны стрелку часов нужно перевести как минимум на 15 минут назад. Именно в этот момент, в 3.45, капитан шедшего Балтийским морем из Риги в Германию торгового судна «Гайсма» Николай Дувэ, в 1940 г. переведенный в Латвию из Одессы, передал в пароходство радиограмму с сообщением о том, что его атакуют немецкие торпедные катера. Уже первыми выстрелами судно и часть его экипажа были выведены из строя. Успевшие пересесть в шлюпку старший помощник Ян Балодис и матрос Наум Гольдин доставили смертельно раненного капитана на маяк Ужава южнее Вентспилса, где он – одна из первых жертв той вой­ны в их огромном множестве – и был похоронен.

А сколько их было всего? Ответа на этот вопрос нет и сегодня. По официальной российской версии, безвозвратные военные потери СССР составляют 11 444 100 человек, потери гражданского населения в зоне оккупации – 13 684 700 человек. В этот список не включены большие, но трудно поддающиеся подсчету потери гражданского населения от боевого воздействия противника в прифронтовых районах, блокадных и осажденных городах. В 2015 г. Министерство обороны РФ объявило, что общие людские потери страны в Великой Oтечественной составили 26,6 млн человек.

Если учесть разброс в цифрах потерь между 7 млн, впервые озвученными Сталиным в 1946 г., и примерно 40 млн человек (в том числе 13–14 млн мирного населения), которые приводит российский историк Борис Соколов, то становится понятно, сколько здесь еще белых пятен. Но в любом случае можно быть уверенным: утверждение о том, что в СССР не было ни одной семьи, по которой не прошлась бы катком та страшная война, – не просто фигура речи.

Особенно трагические последствия эта кровавая бойня имела для еврейского народа. На территории СССР было уничтожено до 3 млн.  евреев – около 60% еврейского населения СССР. Здесь размах геноцида еврейского народа достиг невиданных масштабов даже для других стран, оккупированных нацистами. Но трагедия не окончилась и с окончанием войны, перейдя в государственный антисемитизм и систематическое замалчивание как самого Холокоста, так и факта широко участия в нем местного населения.

И через 80 лет после начала войны о ней сказано далеко не всё. Недавно в России вновь затруднили доступ к военным архивам, что, несомненно, осложнит работу независимым историкам. Что же касается очевидцев и участников тех событий, то их по понятным причинам с каждым годом остается все меньше. Данные этого года еще не обнародованы, но, по прошлогодним официальным данным, в России по состоянию на начало апреля 2020 г. проживали 1,28 млн инвалидов и ветеранов Великой Оте­чественной войны, приравненных к ним лиц (в том числе 74  тыс. участников боев) и членов семей погибших в боевых действиях. Больше всего (более 760 тыс. человек) в живых осталось тружеников тыла, меньше всего (144 человека) – бывших совершеннолетних узников нацистов.

Соответствующие данные по бывшим союзным республикам найти еще сложнее, особенно учитывая то, что каждая из образовавшихся на их основе стран имеет свои статистические критерии. Однако порядок цифр находящихся в живых участников боевых действий таков: Украина – около 30 тыс. человек, Беларусь – около 4500, Казахстан – около 2000, Латвия – около 1500, Литва – около 1200, Узбекистан – около 870, Туркменистан – около 600, Грузия – около 600, Эстония – около 400, Молдова – около 400, Азербайджан – около 400, Армения – около 300, Киргизия – около 250, Таджикистан – около 250.

С каждым годом их становится всё меньше. Одна лишь Россия за прошедший пандемийный год потеряла почти 38 тыс. инвалидов и ветеранов Великой Отечественной войны, в том числе 7500 участников боевых действий. Тем важнее пожелать ветеранам и всем тем, кто непосредственно испытал на себе тяжести той войны, крепкого здоровья и долгих лет жизни. Ведь тем из них, кому в 1941-м было 17, сегодня уже 97…