Двойная мораль: «расизм» и исламизм

Жуткое убийство во Франции раскрывает в столь же пугающей, как и впечатляющей форме двойные стандарты больших групп наших политиков и журналистов. Вы помните смерть Джорджа Флойда, который погиб 25 мая 2020 г. в Миннеаполисе в столкновении с полицейскими? Это происшествие доминировало в новостных заголовках в течение нескольких месяцев. Многие недели во всем мире проходили демонстрации против насилия со стороны полиции. Разговорам о нем и о расизме не было конца. Тот факт, что в настоящее время есть много оснований полагать, что Флойд, имевший несколько судимостей по уголовным делам, умер в результате передозировки наркотиков, в значительной степени игнорируется в ходе общественных дебатов. Флойд был стилизован под мученика, под икону. Любой, кто осмелился запятнать его ореол и указать на далеко не праведную жизнь, уже не мог быть уверен в том, что сохранит свою работу.

А теперь сравните эти реакции с реакциями на жестокое обезглавливание учителя Сaмюэля Пати. В отличие от уголовного преступника Флойда, его имя упоминается как бы мимоходом. Хотя он умер не под действием наркотиков, а из-за своей приверженности свободе слова, не предпринимается никаких попыток поставить его в центр внимания как человека и как жертву. Нет и речи о таком широком взрыве возмущения, какое всколыхнуло социальные сети после Миннеаполиса. Известные лево-«зеленые» актеры социальных сетей, обычно заходящиеся в негодовании по поводу любой неудачной шутки, сохраняют странное молчание по поводу этого кровавого преступления. Ничего особого не произошло?

В то время как после смерти Флойда на первый план сразу же вышел расизм – особенно в полиции, – СМИ, как минимум в Германии, после злодеяния, совершенного во Франции, предпочитают молчать о его религиозной подоплеке. В целом общественно-правовое телевидение старалось оттеснять сообщения об этом на задний план, стыдливо скрывая столь жестокие обстоятельства, как обезглавливание.

О предстоящей смерти Сaмюэля Пати было объявлено. Сам же он на уроке истории показывал иллюстрирующие тему свободы слова карикатуры на пророка Мухаммеда лишь после предупреждения и предложения всем ученикам, не желающим это видеть, покинуть класс.

Преступник был чеченцем. В этой республике, входящей в состав России, идет активная исламизация. Ее лидер Рамзан Кадыров уже открыто призывает к «священной войне» и штурму городов «неверных». Адам Делимханов, депутат российского парламента от Чечни и доверенное лицо Кадырова, в видеообращении открыто призывал к насилию по отношению к тем, кто «оскорбил» его веру: «Если вы не реагируете, когда пророка унижают, делая на него карикатуры, ваше негодование не будет услышано. И знаете, почему? Потому что вы дьяволы, трусы, цыплята... Когда оскорбляют Коран, когда его уничтожают, когда плюют на него, то эти проклятые Богом люди должны быть уничтожены! Но даже после этого вы, чеченцы, живущие в Европе, молчите! Почему вам не стыдно?! Вы дьяволы и цыплята! Никто из вас не предпринимает никаких действий, если кто-то вмешивается в вашу религию, Коран или затрагивает вашего пророка!»

Представьте себе на минуту реакцию, если бы преступник был правым экстремистом и если бы подобные призывы к насилию исходили от правых экстремистов. Совершенно верно, эта тема была бы вездесущей. В случае радикального ислама мы видим обратное: политический или религиозный фон замалчивается, а не выдвигается на первый план. Это молчание, взгляд в сторону – питательная почва для религиозно мотивированного насилия.

 

Борис РАЙТШУСТЕР

P. S. Написав этот комментарий, я задал себе вопрос, не должен ли я упрекать себя в том, в чем обвиняю своих коллег и политиков. Я ведь на своей интернет-странице редко обсуждаю насилие, исходящее от правых экстремистов. Но после тщательного анализа я пришел к выводу, что это не является проявлением двойных стандартов. Как индивидуум я могу иметь дело только с очень ограниченным кругом вопросов. И задача, которую я себе поставил, заключается в том, чтобы расставлять приоритеты иначе, чем это в большинстве делают другие. Если бы они в подавляющем большинстве случаев тематизировали насилие со стороны исламистов, но недостаточно обращали внимание на насилие со стороны правых экстремистов, я бы поставил его на первый план. Так что обвинение в двойных стандартах относится к политическому и журналистскому ландшафту в целом, потому что там преобладает односторонность. Говоря иначе, я не могу ожидать, что каждый журналист ARD или Der Spiegel будет освещать обезглавливание во Франции. Но я могу ожидать, что ARD и Der Spiegel в целом, имеющие для этого кадровые ресурсы, будут уделять преступлению во Франции такое же внимание, как случаю с Флойдом.