Беседа с публицистом и россиеведом Игорем Чубайсом  

Наш сегодняшний гость Игорь Борисович Чубайс – российский философ и социолог, доктор философских наук, автор многих научных и публицистических работ. Инициатор введения в российскую систему образования нового предмета «Россиеведение». Декан первого в России факультета россиеведения в Институте социальных наук. Член правления Союза литераторов России. Участник многих политических ток-шоу на различных российских телеканалах, где всегда занимает жесткую антикремлевскую позицию, за что постоянно подвергается остракизму и критике со стороны ведущих и политических оппонентов. Ярый противник политики России по отношению к Украине в связи с событиями на Донбассе и вхождением Крыма в состав Российской Федерации, которое он считает аннексией. 26 апреля Игорю Чубайсу исполнилось 70 лет. Накануне этой даты с юбиляром побеседовал наш корреспондент.

– Игорь Борисович, вы родились в Берлине, так что вполне символично и закономерно, что накануне юбилея вы даете интервью именно изданию, которое выходит в столице Германии. Расскажите, пожалуйста, немного о своих детских годах.
– В Берлине я прожил ровно год. Мой отец (Борис Матвеевич Чубайс, 1918–2000. – Е. К.) после окончания войны продолжал служить в армии. Он воевал с первого дня, а последний день войны встретил в Праге. Потом он служил в Европе: в Венгрии, в Германии, куда перевез из Москвы свою жену – мою маму. В 1947 г. родился я и первые шаги делал по немецкой земле. Вообще, я много раз был в Германии, но уже во времена перестройки: гостем на съездах Социал-демократической партии в Западном Берлине и Бремене, несколько месяцев работал в Центре по изучению Восточной Европы в Бременском университете, на радио «Свобода» в Мюнхене...
– А кем была ваша мама?
– С мамой (Раиса Ефимовна Сагал, 1918–2004. – Е. К.) у меня, увы, были очень сложные отношения. Ее уже давно нет, но я вспоминаю эти трудности до сих пор… Мама со своими родителями приехала в Москву из Могилева в раннем детстве, окончила здесь школу и институт, потом вышла замуж за моего отца, ставшего к тому времени профессиональным военным, и в 1940 г. они уехали в Литву, оккупированную Красной армией. Когда началась война, маме удалось бежать из Алитуса и вернуться в Москву, а отец, как я уже говорил, воевал. После окончания войны родители разъезжали по воинским частям, вдалеке от крупных городов. Потом папа учился в Москве в Академии им. Ленина, затем мы жили в Белоруссии, потом – в Одессе и во Львове. Я еще не сказал, что отец окончил адъюнктуру – военную аспирантуру – и защитил кандидатскую диссертацию, после чего работал на кафедре в военном вузе. Последнее место его работы – заведующий кафедрой марксизма-ленинизма в одном из вузов Ленинграда.
– А у вашей мамы была какая-либо профессия?
– У нее было высшее экономическое образование, но она очень недолго работала по специальности, потому что семья постоянно переезжала.
– Могли бы вы сравнить антисемитизм во времена СССР и в постперестроечное время? В этой связи можно вспомнить недавние вполне одиозные и недвусмысленные высказывания депутатов Государственной думы РФ Петра Толстого и Виталия Милонова. Как вы считаете: с тех пор что-то в этом вопросе принципиально изменилось?
– Вы знаете, вообще жизнь в СССР, как многие догадываются, это ситуация, когда вас заставляют быть несвободным человеком в несвободном государстве. Самое острое воспоминание в этом ряду – 21 августа 1968 г., оккупация Чехословакии. 23 августа я вышел протестовать на площадь перед обкомом партии в Одессе. Именно в политическом отношении я испытывал предельно жесткое давление. Что касается национального вопроса, здесь многое зависело от семьи. Моя мама – еврейка, у папы предки – прибалты, русские и евреи, но поскольку он был политработником, национальный вопрос у нас вообще не звучал, и я оставался вне этой темы. Контекст и рефрен был такой: «Мы – советские люди», хотя полностью избежать проблемы не удавалось…
– В чем же конкретно это выразилось?
– Вспоминаю далекий 1952 г. Мне было всего пять лет, но произошедшее навсегда осталось в памяти. Мы жили в Москве, отец учился в академии, в это время началась борьба с космополитизмом, затронувшая очень многих людей… Брат моей мамы, дядя Боря, – красивый и крепкий мужчина, проработавший всю войну на военном заводе, а после войны – мастер на автозаводе им. Лихачёва, который тогда носил имя Сталина. Дядя Боря пришел к нам и… плакал, говоря о том, что его теперь сошлют. Он не знал, что будет дальше. Эта картина надолго засела у меня в памяти. Но все обошлось: его не сослали, а через некоторое время борьба с космополитизмом закончилась. Отец все это как-то демпфировал, и я привык к тому, что он – абсолютно честен и справедлив. У меня эта проблема выразилась весьма своеобразно: в советское время я ощущал национальное давление и никогда бы публично не сказал, что я – еврей, я бы ушел от такого разговора.
– В советское время вообще не было принято афишировать национальность, тем более тем, кто относился к национальным меньшинствам. Но почему-то на излете СССР – в 1990-е – наступил некий всплеск антисемитизма, когда появились чернорубашечники, Макашов, Баркашов, РНЕ и им подобные черносотенные организации. Чем вы это можете объяснить?
– Я это все ощущал немного иначе. Национальная проблема для меня выражалась в том, что я бы ни с кем не стал это обсуждать. Когда ты ничего не можешь изменить, проблема уходит в подсознание. Но во время перестройки происходило другое: это не было взрывом какого-то антисемитизма или национализма. По головам людей 70 лет ходил тоталитарно-цензурный каток, который не давал ничему расти, и вдруг этот пресс убрали, и оказалось, что мы различаемся по национальности. Стали проявляться самые разные вещи, о которых прежде вообще нельзя было говорить. Оказалось, что у нас есть секс, что в советское время отрицалось. Проявилось и что-то национальное: еврейское и антиеврейское, семитское и антисемитское.
– А что происходит сегодня в этом вопросе?..

Беседовал Евгений КУДРЯЦ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь