Апрель 29, 2016 – 21 Nisan 5776
Возвращая долги государства

image

Гражданский подвиг фронтовика Зиновия Галутина  

Впервые о нем я услышал от моей сестры. Накануне войны Галя училась вместе с Зиновием в подмосковной битцевской школе.
– Каким он тебе запомнился? – спросил я у Гали.
– Зяма был доброжелательным, спокойным, рассудительным. Не помню, чтобы он с кем-то ссорился. Наоборот, всегда готов был прийти на помощь.
Пройдет 33 года, и на встрече бывших выпускников школы их учительница русского языка и литературы Елена Евгеньевна Смирнова прочитает стихи о своих учениках. Были там строки и о Зяме Галутине:
А Зяма важным занят делом:
Когда товарищ оплошал,
Ему, доску исчеркав мелом,
Задачу трудную решал.

***
Война разметала их поколение. Им пришлось решать такие задачи, о которых они и думать не могли в их безмятежную юношескую пору. Зяма стал военным. В 1944-м, окончив артиллерийское училище, 20-летним был направлен в действующую армию: Карельский фронт, 1-й Украинский... Освобождал Польшу, участвовал в Берлинской операции. Войну закончил в Праге.
Из наградного листа на командира взвода артиллерийской разведки гвардии лейтенанта Галутина: «...Непрерывно находясь на наблюдательном пункте, четко организовал службу разведки… В результате десятки огневых точек были накрыты мощным огнем бригады. 16 апреля 1945 г. на реке Нейсе он лично обнаружил девять ДЗОТов, две минометных батареи и другие цели противника. С самого начала прорыва он в рядах пехоты вызывал огонь бригады на узлы сопротивления. 25 апреля в районе расположения штаба бригады появилась группа противника. Он по личной инициативе собрал бойцов и офицеров и повел на уничтожение этой группы. В результате уничтожено 30 и пленено свыше 20 солдат и офицеров противника. За доблесть и мужество, проявленные в боях, достоин ордена Отечественной войны 2-й степени. Командир 163-й Отдельной гаубичной артиллерийской ордена Кутузова бригады полковник Раювич».
***
С фронта Зиновий вернулся с двумя орденами Отечественной войны и несколькими медалями. Видимо, почувствовав в себе «военную косточку», остался в армии. В 1947-м женился на однокласснице Нине Столяровой. А дальше – служба в Северокавказском военном округе, неуютный гарнизонный быт, о котором высокое начальство не очень-то заботилось. Приходилось снимать квартиру, доплачивая за нее из офицерского оклада. Хотя непосредственные начальники ценили Зиновия Вениаминовича Галутина (было за что), но продвижение по службе шло медленно. Пресловутый «пятый пункт» в те годы играл немалую роль. В 1968-м по выслуге лет ушел в запас в звании майора. Три года работал в военкомате, а в 1971-м стал военруком Московского торгово-экономического техникума.
Работа с людьми... За годы армейской службы убедился: это и есть его призвание. Способность не только научить тому, что умеет сам, но и вдохнуть в души своих подопечных то, что считал в жизни первостепенным. А это можно обозначить одним словом: порядочность. Слово не звонкое, можно сказать, будничное, но сколько вмещает высокого! И среди совокупности качеств, составляющих это емкое понятие, – непременно стремление быть благодарным.
Когда слышал «Я никому ничего не должен», все в нем протестовало. Как это «не должен»?! А родителям, которые дали жизнь, выхаживали, воспитывали? А школьным учителям или тем, кто чем-то когда-то помог? А солдатам Великой Отечественной, спасавшим ценой своих жизней страну, а значит, и будущее того, кто теперь отмахивается от всякой благодарности?
И он твердо определился: обучение азам военного дела – только часть его работы. Не менее важная часть – воспитание душевности. Да, именно так. Состояние души – суть человека. Но как воспитывать эту душевность? Нравоучениями? Нет уж, занудливых речей ребята от него не услышат. Воспитание будет делом. Настоящим, которое станет потребностью и его учеников (точнее, учениц – в техникуме в основном девушки).

***
Таким делом поначалу стало создание музея боевой славы. Подобные школьные музеи в те годы не были редкостью. Обычно они рассказывали о боевом пути в Великой Отечественной того или иного соединения. Так какое же взять? Подсказал директор техникума:
– Бери мою дивизию! Она заслуженная...
Выбор был сделан вовсе не потому, что в этой дивизии воевал директор. Она формировалась как раз в том самом Ленинском районе Москвы, где находится техникум. Называлась тогда 1-й дивизией народного ополчения и состояла в основном из добровольцев-москвичей. Вот эти два фактора и стали решающими при выборе.
В Совете ветеранов дивизии Зиновий узнал о ней многое. Впоследствии она получила наименование 60-й Севско-Варшавской Краснознаменной ордена Суворова стрелковой дивизии. Прошла с боями от Москвы до Эльбы. Получил Галутин и список ее ветеранов – около 200 человек, а также их адреса. Попросил и список тех, кто нуждается в повседневной помощи. Оказалось около 40 человек. В одной из групп рассказал о результатах своего визита в Союз ветеранов.
– Все понимают, что если бы не подвиги защитников Отечества, наверное, многих бы из вас и на свете не было?
– Понимаем.
– Так вот, у нас организуется клуб «Поиск». Ближайшая задача – посетить ветеранов войны и выяснить, как они живут, в чем нуждаются, если нужно – помочь. Дело сугубо добровольное...
С тем же выступил в каждой учебной группе. В течение нескольких дней добровольцев набралось около 50. По адресам, полученным в Совете ветеранов, разослали бывшим фронтовикам письма с просьбой прислать сохранившиеся у них с войны вещи, фотографии, документы или хотя бы их копии. А также подсказать, где можно найти остальных их однополчан.
Вскоре стали приходить посылки и бандероли с реликвиями военных лет и просто письма, в которых ветераны благодарили за внимание к ним и сообщали новые адреса.

***
Музей был создан и стал гордостью техникума. А девушки из клуба «Поиск» регулярно приходили к ветеранам-инвалидам и оказывали им всяческую помощь.
Казалось бы, главное из того, что он задумал, сделано. Но поиск ветеранов дивизии продолжался. Расширялась и переписка. Некоторые участники боев сообщали: были представлены к награде, но так ее и не получили…
Ему ли, фронтовику, не знать, почему это происходило? Убыл в госпиталь, в другую часть, на курсы… Или на коком-то этапе представления к награде допущена халатность. Но, независимо от причины, горечь в душе ветерана оставалась. Как писал Александр Твардовский в «Василии Теркине»: «Обеспечь, коль я достоин!» И у клуба появилось еще одно направление деятельности: поиск неврученных наград.
Пришлось приложить немало усилий, чтобы получить допуск в Центральный архив Министерства обороны в Подольске. В 1978-м в очередной летний отпуск Зиновий направился туда. В книгах учета личного состава искал тех, кто остался жив после войны. Одновременно заносил в тетрадь фамилии и адреса тех, кого разыскивали однополчане.
Рутинное, изнурительное занятие. Ежедневная езда в переполненных вагонах метро и электричек, автобусах. На дорогу в оба конца – свыше четырех часов. В архиве работал «от звонка до звонка». Иногда чувствовал такую усталость, что подкатывала тревога: а сможет ли осилить то, что взвалил на себя? Ведь уже не молоденький. Но за каждой выписанной фамилией вставали лица фронтовиков, их тяжкий, порой нечеловеческий труд, когда любая минута могла оборвать жизнь или превратить в инвалида. И каждое раннее утро становилось для Галутина стартом очередной дистанции, сойти с которой ни при каких обстоятельствах он и помыслить не мог. Надо! Если не ты, то кто же? Это давно уже стало постоянным импульсом его поступков.
За два отпускных месяца занес в толстую канцелярскую книгу около 1500 фамилий ветеранов дивизии с сопутствующими данными. Это был богатейший исходный материал для дальнейшей работы клуба «Поиск». Из этих полутора тысяч ветеранов удалось разыскать около 300. Переписка с ними дала новые данные. И снова – в архив...
Конечно же, Зиновию нужны были помощники. Обратился в Главное управление кадров (ГУК) Министерства обороны за допуском к картотеке для еще шестерых «поисковцев». Разрешение дали, и работа пошла быстрее. Но где взять время на поездки в Подольск, когда наступили обычные рабочие будни военрука? Не сокращать же учебную программу. С разрешения директора техникума график его занятий был уплотнен: вместо обычных четырех учебных часов в день их стало шесть, а то и восемь. За счет этого выкраивал один-два дня в неделю для поездки в архив.
Там со своими помощниками дотошно искал: кто получил награду, к которой был представлен, а кто нет. Не получивших ее среди живых и мертвых в 60-й дивизии оказалось порядка 1900. Их фамилиями заполнили три толстых тетради.
Награда не нашла героя... А что сделало государство, чтобы найти? Упорно искало? Если бы! Но как бы там ни было, фронтовик должен получить заслуженную им награду. Должен! Это стало нравственным зарядом поисковиков Галутина на новом этапе их работы.
Из-за ограниченной газетной площади опускаю многие ее детали: как разыскивали этих людей, связывались с военкоматами, местными органами власти, договаривались о месте вручения наград, о финансировании ветеранских поездок в Москву, как встречали на вокзалах прибывших в столицу ветеранов, размещали их в гостиницах, тщательно продумывали сценарий каждого такого торжества, водили гостей на экскурсии, а то и в театры, провожали вплоть до посадки в вагон...

Михаил НОРДШТЕЙН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь