Май 30, 2016 – 22 Iyyar 5776
Венец Торы

image

Празднуем Шавуот 

Этот последний из трех паломнических праздников начинается вечером 11 июня и кончается 13 июня. В Израиле он отмечается 6 сивана и является выходным днем.
На иврите слово «шавуот» означает «недели» – семь недель, отсчет которых начинается со второго дня Песаха. Песах – это праздник обретения свободы, а Шавуот – дарования Торы – нравственного закона, данного свободному народу. По преданию, в этот день Моисей получил на горе Синай скрижали Завета с десятью заповедями.
Как и многие другие еврейские праздники, Шавуот отмечает не только определенное историческое событие, но и завершение очередного сельскохозяйственного цикла – начало сезона жатвы пшеницы. В древности в этот день в Храме делали приношения пшеницы нового урожая. В наши дни в Шавуот в синагогах выносят свиток Торы и читают рассказ о том, как она была дарована, текст десяти заповедей и фрагмент, рассказывающий о законах празднования Шавуота в Храме. Существует также традиция в канун праздника всю ночь читать Тору.
В сельскохозяйственных поселениях и в кибуцах Израиля Шавуот – это праздник урожая, когда созревают зерновые и первые плоды, в том числе и семь видов, упомянутых в Торе: пшеница, ячмень, виноград, инжир, гранаты, маслины и финики.

Доводы рассудка и душевное движение
По традиции, в Шавуот читают библейскую книгу Руфи, так как действие ее происходит во время жатвы ячменя. Есть и другое объяснение этой традиции: на этот день приходится годовщина смерти царя Давида – правнука Руфи. Напомним содержание этой книги.
Во время голода в древнем Израиле один из руководителей народа, житель Вифлеема по имени Элимелех, переселяется в Моав вместе с женой и двумя сыновьями. Там, на чужбине, сыновья женятся на моавитянках, перешедших в еврейство. Затем Элимелех и его сыновья умирают. Вдова Элимелеха, Наоми, решает вернуться на родину. Невестки, Руфь и Орпа, заявляют, что не покинут свекровь. Та отговаривает их. В результате Орпа остается на родине, но Руфь идет с Наоми, сказав: «Куда ты пойдешь, туда и я пойду. Где ты будешь жить, там и я буду жить. Твой народ станет моим народом. Твой Бог будет моим Богом». Женщины приходят в Вифлеем. В дни жатвы Руфь подбирает колосья на поле Боаза, родственника Элимелеха. После знакомства с женщиной, произведшей на него впечатление своей скромностью и праведностью, Боаз решает поступить по обычаю, согласно которому родственник умершего берет в жены его бездетную вдову. От их брака рождается Овед, будущий дедушка царя Давида. Заметим также, что от Орпы произойдет Голиаф, которому суждено было погибнуть от удара камнем, пущенным пращой Давида.
Вот как комментирует эту библейскую историю современный раввин Реувен Пятигорский. Нетрудно заметить, говорит он, что у Наоми были вполне понятные основания обратиться к своим овдовевшим и бездетным невесткам с предложением оставить ее, тоже вдову, и не идти с ней в Эрец-Исраэль. Что их там ожидало, двух моавитянок, принявших еврейство и не нашедших в замужестве ни счастья, ни удачи? Поэтому она вынуждена была сказать им: «Ступайте, вернитесь каждая в дом своей матери. Да поступит с вами Всевышний милостиво, как вы поступили с умершими (мужьями) и со мной... Вернитесь, мои дочери, зачем вам идти со мной? Разве есть у меня еще сыновья?.. Да и стали бы вы ждать, пока они вырастут?»
Обе женщины слышат одинаковые слова, обе одинаково любят свекровь, но каждая поступает по-своему. Зададимся вопросом: почему одни и те же слова привели к столь разным действиям? Не иначе как каждая из них услышала в них что-то свое, одной ей понятное и нужное только ей.
Посмотрим еще раз, что сказала Наоми. Обратите внимание на обращение: «мои дочери». Она не сказала «мои невестки», она назвала их дочерьми. И по этой обмолвке, выскользнувшей из самых глубин сердца, видно, что она просила их не оставлять ее. В этих двух словах слышен голос правды. Руфь услышала его, а Орпа нет. Ибо слушала не душой. Душа ее на короткий миг как бы оглохла, и Орпа распрощалась с Наоми, вздохнув, наверное, при этом облегченно: я сделала все, что могла, но старая женщина права, и я ухожу.
Логика и разум были на стороне Орпы. Она, кстати, руководствовалась известным принципом, согласно которому нельзя требовать от человека, чтобы он поступился своими правами ради другого человека. Если захочет, сам выберет самоограничение и самопожертвование. Но заставить его быть щедрым за счет умаления собственной свободы мы не можем. На языке мудрецов это правило звучит так: «Айеха кодмим» – «Твоя жизнь – раньше». Вроде бы подобие русской пословицы: ««Своя рубашка ближе к телу», которая всегда произносится с осуждением в адрес эгоиста. Но повторяем: заставить человека быть альтруистом не может ни один суд мира. Он – явление сердечное, а не рассудочное.
И все же где проходит граница между доводом рассудка и душевным движением? Учителя сказали: на вершину горы, куда поднялась Руфь, Орпе не подняться. Того, что сделала Руфь, нельзя требовать от многих. На это способны единицы. Те, для кого истинная правда сильнее правды логики.
Мы перевели слова из Книги: «Руфь осталась с ней». На иврите написано: «Ве-Рут давка ба» – «прилепилась к ней». «Прилепляются» без логики. Кто любит, кто не оставит, тот не нуждается в помощи со стороны логики.
Про евреев сказано, что они «прилепились» к Торе, присоединились к Всевышнему, обещав никогда Его не оставлять. Евреи у горы Синай поступили так, как поступила Руфь с Наоми. Никакой помощи со стороны разума евреи получить не могли. Всё говорило о том, что разумнее было от Торы отказаться и не брать на себя обязательств по ее соблюдению. Так, кстати, поступили остальные народы. Они, подобно Орпе, вежливо выслушали и удалились. Чтобы стать вечным народом (а вечная Тора может быть дарована только вечному народу), надо обладать внутренним упрямством поступить вопреки разуму, который видит только моментальную выгоду.
Тора и выгода – два разных мира. Руфь и Орпа – два разных подхода к реальности нашего мира. Вечная жизнь выбрана Руфью. Очевидные удобства кратковременного земного существования выбраны Орпой.

Главное предназначение
Вернемся, однако, к главному смыслу этого праздника – дарованию Торы. Шавуот наступает по истечении семи священных недель после празднования Песаха и является своеобразным его апогеем. Ведь освобождение евреев из египетского рабства оказалось бы бессмысленным, если бы не было связано с получением Свода Законов на горе Синай. Синайское откровение стало основой всех монотеистических религий и общечеловеческой культуры, и недаром Лев Толстой называл еврея «первооткрывателем свободы», «первооткрывателем культуры», «святым существом, которое добыло с неба вечный огонь и просветило им землю и живущих на ней».
А вот что писал о главном предназначении еврея – об изучении Торы – Рамбам в «Мишне Тора»: «Трех венцов удостоился Израиль: венца Торы, венца священничества и венца царского. Венец священнический достался Аарону, ибо сказано...

М. Р.

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь