25 марта Ефиму Шифрину исполняется 60 лет  

Когда меня попросили подготовить материал к юбилею популярного артиста Ефима Шифрина, я, естественно, начал с того, что обратился к Интернету в поисках его сайта, но, к своему удивлению, не обнаружил его там. Представляете, в Сети не было сайта с такими известными именем и фамилией! Только потом я сообразил, что искать надо было не Ефима, а Нахима. И все стало на свои места. Принадлежащий артисту сайт http://shifrin.ru зарегистрирован на его настоящее имя – Нахим Залманович Шифрин. И это не случайно. Вот что он сам говорит по данному поводу: «Я не кричу на каждом углу, что я – еврей, но никогда и не скрываю, да в этом уже и нет нужды». Ефим (будем называть его привычно) хорошо знает идиш, хотя родным языком считает, конечно, русский. Вот его слова: «Судьба нашего народа сложилась так, что мы свое еврейство обнаруживаем в красках, линиях, во взгляде, в особой интонации, но не в письме, не в речи, не в литературе».
Идишу Ефима обучил отец, которого он безмерно уважал. К слову, и мама его хорошо знала идиш и пела на нем. Ефим вспоминает: «Много лет спустя после ее кончины я стал петь на эстраде фольклорную песню „Машке“, которую слышал только от нее. Мама пела ее на всех семейных праздниках, пела своеобразно. Идишские слова я записал на листке русскими буквами. Листок этот прошагал со мной все эти годы и словно взывал ко мне. Впервые я спел эту песню в эмигрантских общинах Израиля, и как будто что-то меня освободило, песня как бы задраила брешь в моей судьбе. Я как бы выполнил долг перед родителями – один долг из многих».
О родителях Ефима Шифрина можно написать отдельную книгу. Хотя почему можно? Она уже написана его отцом Залманом-Иосифом Шмуиловичем Шифриным и называется «Печальная рапсодия». В этой книге описана во многом типичная судьба советского человека. Это жизнь политзэка, прошедшего все круги сталинского ада – и застенки, и золотые прииски, и вольфрамовые рудники Крайнего Севера, и Колыму. Но Залман Шифрин выжил, оставшись достойным человеком.
Не менее героическая судьба была и у матери Ефима. Раша (Раиса Ильинична) Ципина, которой в то время было уже 35 лет, узнала о трагической судьбе Залмана в доме его брата Гесселя, вместе с которым она работала в школе. Раиса написала Залману теплое трогательное письмо. Завязалась переписка, в которой открылось родство душ. И вот, зная друг друга лишь по письмам, два одиноких уже не очень молодых человека решили соединить свои судьбы. Она поехала к нему на Колыму, где Залман жил на поселении. «Со стороны Раисы это был подвиг, – пишет Залман Шифрин в своей книге. – Но ею руководила не жалость. Ее привлекло мужество, с каким я перенес столько страшного, и она поверила мне. Так, оказывается, бывает не только в романах».
Она приехала к нему через всю страну в колымский поселок Адыглах, что в 800 км от бухты Нагаево. Жить поначалу пришлось в пятиметровой комнатушке в бараке, где умещались кровать и два стула. Но выросшая из заочной реальная любовь помогла им не только выжить, но и заиметь двух сыновей. Первенцем был Самуэль, который стал музыкантом и живет сейчас с семьей в Израиле. Три года спустя Раису повезли в роддом в кузове грузовика – права на место в кабине у нее не было. На колымской трассе ее так растрясло, что ребенок родился мертвым. А еще через год на свет появился Нахим. Это случилось 25 марта 1956 г. в поселке Нексикан Сусуманского района Магаданской области.
Хотя Залман Шифрин и был реабилитирован, но покинуть этот каторжный край его семья смогла только через десять лет. В 1966 г. они перебрались в Латвию, в Юрмалу. Там Ефим Шифрин окончил среднюю школу № 5 и в 1973 г. поступил в Латвийский государственный университет на филологический факультет.
Еще в школе Ефим активно занимался в художественной самодеятельности. Это ему очень нравилось, и он пользовался успехом. Поэтому не удивительно, что, уже будучи студентом, он стал принимать участие в кружках университетской художественной самодеятельности и после одного из выступлений понял, что его призвание – сцена.
После первого же курса Шифрин забрал документы из университета в Риге и уехал покорять Москву. В столице он поступил в единственное в то время учебное заведение в Москве, которое готовило артистов эстрады – Государственное училище циркового и эстрадного искусства им. Румянцева, на эстрадное отделение (курс Романа Виктюка). Выпускниками его стали многие эстрадные артисты, среди которых можно выделить, например, Геннадия Хазанова или Илью Клявера, более известного под фамилией Олейников. К слову говоря, в этом училище подрабатывала концертмейстером молодая и тогда еще мало кому известная Алла Пугачева. В этом вузе Ефим Шифрин учился в 1974–1978 гг.

Григорий ПРУСЛИН

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь