Сергей Лозница о своем фильме «Аустерлиц»  

Май 26, 2017 – 1 Sivan 5777
Ужас как предмет интереса

Информация сайта Государственного музея Аушвиц-Биркенау (Польша) гласит: до 2014 г. количество его посетителей составляло не более 700 тыс. в год. Но три года назад этот показатель вдруг возрос до 1,5 млн. А в 2016-м посетителей было уже более 2 млн. Не думаю, что это свидетельствует о резком всплеске искреннего интереса к теме Холокоста. Скорее всего, туристический бизнес стал более активными темпами использовать места скорби.
О том, как ведут себя там огромные массы людей, «рекрутируемые» туркомпаниями, свидетельствует лента Сергея Лозницы «Austerlitz» («Аустерлиц»), которая в прошлом году на международном кинофестивале DOK Leipzig получила приз «Золотой голубь» за лучший документальный фильм. Лента названа в честь романа немецкого писателя Винфрида Георга Зебальда, герой которого Жак Аустерлиц бесконечно и болезненно погружается мысленно в прошлое. Картина снималась в мемориалах, расположенных на местах бывших нацистских концлагерей Заксенхаузен и Дахау.
Работая над этим фильмом, Лозница был наблюдателем наблюдающих, но никак не комментатором. Это занятие предоставлено внимательному и терпеливому зрителю, которому не лень проводить душевную работу над человеческими ошибками. Тому способствует черно-белая картинка, устраняющая пестроту одежды посетителей мемориалов и выделяющая главное – например, лица, с которых увиденное не стирает выражение отпускной беззаботности и даже веселья. В особый ряд выстраиваются надписи на майках – например, «Просто все равно» или «Классная история, братишка». Это словно субтитры мыслей посетителей мемориалов. Важную роль играет и звуковая дорожка фильма, сложившаяся исключительно из звуков, окружавших съемочную группу, – фраз экскурсоводов, разговоров туристов, сигналов их электронных устройств. И весь этот гомон приличествует гигантскому рынку, но никак не месту тихой скорби.
– Сергей, судя по тому, как на протяжении всего фильма тщательно выстроен кадр, полагаю, что камера все время стояла на штативе и люди прекрасно видели, что их снимают.
– Да, конечно, я уже давно не прячу камеру. К тому же «Аустерлиц» мы снимали большой профессиональной камерой с большим объективом, с маленьким контрольным телевизором и так далее. Ее просто невозможно было спрятать. Она должна была стоять на штативе еще и по другой причине. Я не знаю, специально ли строившие концлагеря в Бухенвальде, Заксенхаузене и Дахау так подбирали места их расположения, чтобы ветер выносил дым, или просто так сложилось, но в каждом из этих мест богатая роза ветров – ветер дует с разных сторон и никогда не утихает. Выходите за территорию бывшего лагеря – уже ветра нет. Из-за сильных ветров нам был необходим очень хороший штатив – массивный, увесистый. И я даже дополнительно вешал на него груз для большей устойчивости.
– И люди совершенно спокойно реагировали на то, что за ними ведется наблюдение?
– Да, только один раз некая американка подошла и сказала негодующе: «Если вы снимали, вы должны были спросить у меня разрешение!» И я поздравил ее с тем, что в фильм она не попадет.
– Я очень сомневаюсь, что запечатленные в вашем фильме люди, когда идут проведывать могилы своих близких или друзей, одеваются столь же легкомысленно.

Беседовал Сергей ГАВРИЛОВ

Полностью эту статью вы можете прочесть в печатном или электронном выпуске газеты «Еврейская панорама».

Подписаться на газету в печатном виде вы можете здесь, в электронном виде здесь, купить актуальный номер газеты с доставкой по почте здесь, заказать ознакомительный экземпляр здесь